Леана бросилась к Ксиану, как только поняла, что все позади. Она всхлипнула, прижимаясь к нему всем телом. По ее щекам текли слезы. Леана и сама не могла бы сказать, от чего именно. От счастья, что Ксиан жив и здоров? От пережитого за него страха? От отчаяния насчет Юна? Наверно, от всего вместе. Ксиан обнимал Леану за талию, и ей очень хотелось потянуться к его губам, поцеловать. Надышаться в этом поцелуе ощущением, что любимый рядом, что ему больше ничего не угрожает. Но Леана чувствовала на себе взгляды не только своих друзей, но и врагов. В особенности Цзин. Леана наконец сумела оторваться от Ксиана, провести по лицу ладонью. И встретиться взглядом с Цзин. Та стояла напротив, не предпринимая попыток освободиться от пут. Более того, склонила голову, пряча лицо за растрепавшимися рыжими волосами. – Мне жаль. Я ничем не смогу помочь, – тихо проговорила Цзин. Леана не выдержала. Она рванулась к Цзин, перехватывая ее за плечи. Ты была так раздавлена своим поражением, что даже не стала сопротивляться, позволила встряхнуть себя, как тряпичную куклу. – Но все знают, что ты связана с Гун-Гуном! – закричала Леана. – Он насылает на людей бедствия, он владеет мощнейшей божественной энергией, так почему?! – Потому что это неправда. Слухи, – Цзин со стыдом отвернула лицо. – Которые я не развеивала, а наоборот, подогревала. Так меня больше боялись и не пытались изловить и убить. Леана обессиленно опустила руки. К Цзин подошел Фенг. Он уже уложил Юна на кольца Сяолуня, который заботливо присматривал за своим маленьким хозяином. Тот по-прежнему был без сознания. Фенг же теперь мог присмотреть за Цзин. Ксиан все равно сейчас оказался не в состоянии со всем этим разбираться. Он побрел куда-то с пустым невидящим взглядом. Леана побежала следом, и они показались посреди обгоревшего леса. Ни искорки, ни запаха дыма. Только лунный свет в почерневших ветвях, а под ногами хлопья пепла, оставшегося от сгоревших лепестков. Мягче свежевыпавшего снега, напоминающие грязный серый пух, сминающийся под туфлями. Леана сомневалась, что лепестки дают именно такой пепел, сгорая, но похоже, это место было особенным. Магический огонь по магическому лесу – и теперь получалась особая картина. Абсолютно безрадостная. – Ксиан! – Я забрал его с собой, думая, что спасаю. Получается, забрал на верную смерть? – глухо произнес Ксиан. Он прислонился к обгоревшему стволу, спрятал лицо в сгибе локтя. Но Леана успела увидеть страдальческое выражение, будто от боли. У нее у самой кошки на душе скреблись. Да, они спаслись, но... Леана уже успела прикипеть к Юну, как к родному. И понимала, что Ксиан тем более. – Мы что-нибудь придумаем, мы вылечим его! – она горячо схватила его за руку, разворачивая к себе и глядя в глаза. – Это невозможно, Леана. На такое способны только боги. Удар был смертельным. Просто на человека это действует немного иначе, убивает медленнее, потому что было направлено на другой тип энергии, демонический. Вдруг раздались шаги. К ним подошел Шенли. – Ксиан? – Если еще и ты бросишься на меня, решив отнять трон Таотянь, я даже сражаться с тобой по-честному не стану, – зло бросил Ксиан. – А просто скручу и всыплю, как ты заслужил, дурной мальчишка. Шенли вспыхнул. Понимал, что это заслужено, наверно. Ведь его попытка остановить Цзин самостоятельно обернулась всем этим. Хотя Леана подозревала, что демоница и так перехитрила бы их, и ничего хорошего из этого не вышло бы. – Я виноват, но... Нам нужно поговорить, повелитель, – на последнем слове Шенли нервно облизнул губы, ему явно тяжело далось признать, что больше не император, больше никто рядом с Ксианом. – Дома, – отрезал тот, мотнув головой. – Мы все слишком устали. Поехали домой с нами, Шенли?