Серая шейка. Непридуманная жизнь

А ты на чём играешь?

Вся наша компания собирается либо у Кирилла, либо у меня в комнатке. Неизбалованная обилием друзей и непривычная к шумным вечерам, я наслаждаюсь общением. Народ все интересный. Все что-то умное читают, делятся своими идеями. Даже Саша, с его монархическими заскоками, не напрягает. И никаких возлияний. Никаких пьяных приставаний, которыми обычно заканчивались посиделки с коллегами во время практик в газетах.

Сложно, конечно, угостить такую ораву. В магазинах пустые полки. Выручают продуктовые передачи от родителей, все же своя картошка и даже мясо.

Однажды Кирилл печет калачики для всех на моей плитке. Оказывается, в семье готовит он. Инна не умеет готовить и не хочет. Она для любви и красоты. Уборка и стирка тоже на нём. И он говорит об этом с гордостью.

Мы все слушаем много его рассказов о жене. О том, что она красавица. Первая красавица в классе! О том, как Кирилл со школы в неё влюблён и безответно. Только в Москве бывшая одноклассница обратила на него внимание. Он практически отвоевал Инну у её более ярких поклонников.

Инна ему много пишет. Рассказывает подробно, как гуляла и что читала. Её проникновенные письма мужу о высоком, о планах изучить труды мыслителя такого-то и такого-то. И он, гордясь, пересказывает нам. Она ещё и умная!

Постепенно в компании я узнаю историю этой еще одной странной для меня семьи. Кирилл и Инна поженились еще в студенчестве. В Москве была шикарная свадьба. У Инны какая-то крутая и непонятная мне профессия, связанная с компьютерами и программами. Она для меня почти как небожитель. Я видела-то компьютер разок за свою жизнь. И вот ей с дипломом московского вуза пришлось ехать к месту службы мужа — в нашу мухосрань. Хоть и в областной город, а не в отдаленный гарнизон. Но в Сибирь. Где Инночке, такой красивой и талантливой, придется прозябать.

— Первый месяц здесь мы жили в квартире нашего офицера. Она месяц плакала и даже не выходила на улицу. Я весь город обегал, искал ей работу. И нашёл. Но ей там не понравилось. Пришлось искать другую.

Молодым быстро дали от Минобороны квартиру в центре города. Но страдания Инны не стали острее. Она ждала мужа со службы, чтобы он приготовил ужин. И плакала, сидя среди разрухи и грязи, разрисовывала цветочками девичий альбом. Этот альбом мне с гордостью был показан. Действительно, красиво. Все фото (чаще всего портреты хозяйки) были украшены сложными разноцветными рамками, дополнены рисунками. Да, Инна красива, умна и талантлива!

И, соловьем расхваливая достоинства своей жены, он одновременно проявляет нездоровый интерес ко мне. И не скрывает! Это вообще как? Это что?

Кирилл на вечеринках поёт под гитару. Неплохо поёт. Голос не очень, но музыкальное образование его выручает. Кирилл учился по классу балалайки. Боже, как я ему завидую! Все детство я мечтала учиться музыке. И школа музыкальная в нашем поселке была. Но мама так и не отправила меня в музыкальную. Не сочла нужным? Посчитала меня бездарной? Или это отвлекало бы меня от ежедневного мытья пола? Сестру отдали в музыкальную. И даже купили пианино, говорят, очень приличный немецкий инструмент. Ну что же, на третьем ребенке родители поняли, что нужно будет девочке в жизни. И это точно не скоростная чистка картофеля.

Кирилл поёт явно для меня. Про неразделенную любовь. Откровенно. Даже демонстративно. Глядя мне в глаза. Всем вокруг неуютно. Мне особенно.

— А ты на чём играешь? — Спрашивает меня Надя.

— А она играет на нервах у Кирилла. — Отвечает Саша.

Какое я имею отношение к нервам Кирилла, хочется спросить. Но не решаюсь обострять. Привычно проглатываю шпильку. Уж это я умею делать безупречно, тренируюсь с детства.