Формула влечения

Глава 52

Раздеваться волнительно, впрочем, как и всегда перед ним. Я сжимаю шершавое полотенце и замираю у входа в парилку.

Ощущаю себя раздавленной из-за страшной ссоры с братьями и всех ужасов, что сгоряча наговорила. Из-за обескураживающего одиночества, ошеломляющей усталости, жуткой неуверенности в себе и давящей на затылок ответственности за чужие жизни.

Я словно зацикленный алгоритм, сломавшаяся программа. Кажется, у меня даже кожа болит, и еще мне ужасно хочется залезть к кому-то на ручки (в идеале, конечно, чтобы это был Данияр), и чтобы этот человек снова и снова повторял: ты невероятно умна и красива, и гладил бы меня по голове.

И я бы отвечала, что это вовсе не так, а сама бы, словно кошка, жмурилась бы от удовольствия.

Взрослые мечты взрослых самостоятельных девочек.

Обмотавшись полотенцем и так и не сумев унять дрожь, я устраиваюсь на верхней полке и кричу:

— Можно!

Данияр заходит сразу же.

Полотенце обмотано вокруг его бедер очень низко. Горячий воздух жжет легкие, и я убеждаю себя, что дышу через раз именно из-за этого. Не понимаю, как так снова вышло, что он рядом. В очередной фиговый для меня момент.

Удар горячим веником. Ох.

Когда мне плохо, я всегда выбираю одиночество, чтобы никому не портить настроение. Еще один удар. А потом множество мелких от стоп для шеи. Горячо!

Отчасти именно Дан причина того, что мне плохо, и по идее он должен поднимать внутри новую волну негатива, но этого не происходит.

Гладит меня веником и вновь осыпает ударами. Тело томится, млеет, и как будто перерождается, и у меня, наконец, получается расслабиться.

А потом Данияр спрашивает:

— Перевернешься?

Хрипло спрашивает, и моя фантазия взрывается яркими красками. Я воображаю, как приподнимусь, обнажив перед ним грудь. Беззащитная, как никогда прежде.

Вздрагиваю и, растерявшись, бормочу:

— Я... лучше пойду в дом.

— Все в порядке? — в голосе мелькает волнение. — Переборщил?

— Нет. Не надо быть хорошим. А то я снова. И потом опять. Не хочу испытывать такое сильное влечение к человеку, который не умеет любить. Меня это ранит. Поэтому... давай просто переживем эту долбанную презентацию.

Поднимаюсь и, закутавшись в полотенце, пулей вылетаю из бани.

Стелю ему на диване, сама же занимаю небольшую комнатку на втором этаже. Запираюсь и сижу в постели.

Занавесок нет и яркая луна долго не дает расслабиться, провалиться в забытье.

Присутствие Данияра одновременно успокаивает и будоражит. Смотрю на его машину, припаркованную у ворот, и нервничаю. Какого черта он все же приехал? Какого черта я этому обрадовалась?

Столько неизвестных коэффициентов в Формуле.

Утром мечемся по домику. Опаздываем!

Вернее, я мечусь. Данияр, кажется, проснулся совсем рано, если вообще спал. Маленькими глотками пью кофе, пока он ведет машину по направлению к городу. Меня потряхивает перед презентацией, я понятия не имею, смогу ли продержаться. Вдруг репортеры придумают еще что-то. Вдруг там будут братья или Максим. Отец! Господи. Я точно разревусь. Мы проиграем из-за меня.

Зацикленный алгоритм.

Когда поднимаемся в квартиру, Данияр сразу идет в душ, я следую его примеру и занимаю гостевую ванную.

Только начинаю сушить волосы и дверь открывается. Он уже полностью одет по дресс-коду. Не получается смотреть ему в глаза, и я понятия не имею, о чем он думает, но голос звучит как будто неуверенно:

— Карин, я поехал.

— Десять минут и я готова! Мне... слушай, нечего надеть. Костюм остался в доме. Может, мы заскочим в торговый центр по пути? Я знаю свой размер, обещаю, что быстро управляюсь.

— Я решил, что ты останешься дома.

Выключаю фен.

— Почему?

— Ты сделала достаточно для этого проекта. Это уже намного больше, чем я или кто-то другой в команде мог рассчитывать.

— Но комиссия...

— Всему должна быть мера, — прерывает он. Подходит и целует меня в лоб, а когда я, обмерев, смотрю на него снизу вверх, слегка улыбается: — Я тебя не пущу в расход этому проекту. Я уже все решил.

Почему? Но вместо этого говорю вслух:

— Да я в порядке, нам обоим нужны деньги. В конце концов это все, что имеет значение.

— Угу. Оставайся дома и постарайся поспать, а я справлюсь сам. Вечером расскажу, как прошло.

Он уходит поспешно, потому что время и правда поджимает, а я начинаю нервничать еще сильнее.

Поспать? Он серьезно?!

Спустя полчаса понимаю, что хоть и чувствую облегчение, не могу оставаться в стороне. Поищу хотя бы трансляцию.

Включаю мобильник, и тот сразу начинает неистово вибрировать. Уведомления о пропущенных звонках и сообщениях градом сыпятся. От мамы, папы, Марата, Марка, Сони... Данияра, конечно. С ума сойти, сколько пропущенных от Данияра. На него это совсем не похоже.

Быстро пробегаю глазами:

Мама: «Кари, позвони, как сможешь. Поговорим о том, что случилось».

Мама: «Дочка, Данияр всем оборвал телефоны. Что ему сказать?»

БМ1: «Надо поговорить, систер. СЕЙЧАС».

Это Марат. БМ2 — Марк.

Мама: «Представляешь, я расплакалась и мальчишки меня обняли. Впервые за долгое время!»

Мама: «Спасибо, моя девочка. Спасибо тебе огромное! Ты моя умничка, я не верила, что все может наладиться».

Мама: «Карин, у тебя все в порядке? Твой муж заразил меня беспокойством».

Папа: «Карина, доченька, ты в порядке? Аминов не знает, где ты. И я начинаю паниковать!»

БМ1: «Набери, как сможешь. Я с ума схожу от беспокойства!»

БМ2: «Прости-прости-прости. Я придурок. Только вернись, Карри!!»

БМ2: «Этот утырок за все ответит!»

БМ2: «И да, Максим — настоящий утырок, он говорил, что беспокоится о тебе и не доверяет Данияру. Я лошара, верил ему».

Соня: «Ты где, Кариш? Твой муж тут с ума сходит. Думает ты прячешься от него на балконе. И смех и грех».

Соня: «Он что-то натворил? Как мне себя вести? Алло!»

Соня: «Он перечеркнул нашу Формулу, прикинь! Я его выгнала!! Ничего?»

БМ2: «Я лох. Но я все исправлю. Сам. Максу капец».

БМ1: «Я ищу Марка. Если он выйдет на связь, сразу позвони!»

БМ1: «Извинись за меня перед Данияром, я повел себя стремно».

БМ2: «Твой муж оказывается хорош в драке. Я думал, все ботаны как папа».

БМ1: «Сам извинился уже. Дан прав, Макс не стоит того. Хотя он и сам взбесился».

БМ1: «И я был прав: все упирается в бабки, Данияр объяснил, почему Макс так себя вел. Ему обещали долю. Но как по мне — это отстой полный. Деньги не главное, почему люди этого не понимают?!»

БМ1: «Дан норм пацан. Зря ты нас не познакомила. И Марка он вытащил ловко».

БМ2: «Я найду другой клуб. К ЧЕРТУ ЭТОГО КОЗЛА!!»

БМ2: «Не вздумай чувствовать вину, это МОЕ решение».

БМ2: «Ни о чем не беспокойся. Мы все уладим».

БМ2: «Я знаю, что ты пошутила, и на самом деле нас любишь. Мы с Маратом в травме. Дан все уладил с полицией».

БМ1: «Я извинился перед мамой и готов извиниться перед тобой. Пожалуйста, не ставь на мне крест!!!»

БМ1: «Я тебя люблю, систер, ты мне как мамка почти. Удали это сообщение как прочитаешь».

БМ2: «Если кто-то спросит, кто навалял Максу и его друзьям, то говори, что понятия не имеешь».

БМ2: «Перелома нет, это только ушиб. Я сразу сказал Дану, но он ответил, что лучше подстраховаться. Мне каж, он боится тебя подвести».

Папа: «Карина, я места себе не нахожу».

Соня: «Вы встретились? Напиши как что, я волнуюсь. Люблю тебя, подружка».

БМ2: «Мы дома все четверо: я, Марат, Мама, Данияр. Твой муж нас довез».

БМ2: «Папа приехал, он тоже волнуется. Мы все помирились».

БМ1: «Мама не говорила, где ты, он сам догадался. Нашел наши детские фотки с дачи и как-то выяснил геолокацию».

БМ1: «Лады, может, ты права, надо учиться. Биолог сумел выяснить, где ты, а я нет».

БМ2: «Но между нами — досталось Максу ништяк! И он сам виноват, что сказал про тебя такое. Данияр как с цепи сорвался».

БМ2: «Ему тоже досталось, их было много. Но я тебе не говорил».

Мама: «Дочка, Данияр едет на дачу. Я предупредила тебя».

Соня: «Слушай, я щас посмотрела получше, Данияр не зачеркнул Формулу. Он ее исправил. Смотри, как у него вышло».

Фотография, наконец, загружается, и я вижу нашу доску. В столбце, подписанном «Данияр» начеркано красным. Увеличиваю. Знакомый почерк.

Его.

Дан исправил Формулу. Чему равно влечение Данияра А.

Сократил слагаемые, а напротив компонента Икс поставил равно и написал Карина.

Зажимаю ладонью рот.

Получилась, какая-то ерунда. Его Влечение стремится к максимальному значению, если в формуле есть Карина.

Это же бред. Почему он все остальное удалил? Выходит, будто Карина и есть влечение.

Как будто я — единственное, что вызывает в нем влечение.

Без всякий коэффициентов. Слагаемых. Плюсов и минусов. Без учета частоты встреч и при любых моих отрицательных качествах.

Это же неправильно.

Неправильно же?..

Данияр вытащил моих братьев из переделки, сцепился с Максом накануне презентации, а потом как ни в чем ни бывало отмывал террасу моей тети, потому что, следуя его Формуле, единственное, что имеет значение — это я.

Какая есть.

И все это как будто никак не относится к Презентации, он меня на нее вообще не взял.

Открываю галерею на телефоне и смотрю на фотографию, на которой Данияр держит меня на руках у банкомата и смеется. Я тоже хохочу! Кривая косая фотка, так как Марк тоже смеялся, пока фотографировал, и делал уж как смог.

Глупость такая, но как же весело было! С Даном всегда весело, безопасно, и... как же прекрасно быть его территорией.

Он сказал, что не умеет любить. А что если он... ну не знаю, запутался в терминах?

Сколько бы раз Максим не пытался нас скомпрометировать, Данияр ни разу на мне не сорвался. Так какого фига я развела драму из-за дурацкой фотки актрисы?

Пусть я всегда была словно сама себе чужой. Не понимала, папин склад ума — это дар или проклятье? Пыталась отыскать золотую середину, мучилась и разрывалась.

Но одно я знаю наверняка — сегодня у моего мужа важный день, и неважно, облажается он или победит, я хочу быть рядом. Чтобы поддержать его.

Плевать, фиктивные у нас фиктивные отношения или настоящие. Плевать на термины! Он — моя территория, которую я буду защищать любым способом. Как он защищает — свою.

Я врываюсь в спальню и сдергиваю с вешалки одну из его белых рубашек, заправляю в джинсы. Наношу легкий макияж и, схватив сумку, несусь на первый этаж.

Такси уже подъезжает.

«Аминов Биотек» выступает в середине, и если пробок не будет, я успею.