Маркатис #2. Курс 1. Октябрь. 18+ (с иллюстрациями)

17 октября. 09:35

Сон был глубоким и безмятежным, каким бывает только после полного физического истощения. Поэтому первое тыканье в щеку я воспринял как назойливую муху или очередной кошмар, связанный с учебой.

— Зигги, отстань, — пробормотал я, не открывая глаз, и зарылся лицом в подушку глубже. — У меня сегодня выходной…

Тычок повторился. Уже более настойчивый, острым ногтем. Я недовольно крякнул и, наконец, разлепил веки, затуманенные сном.

Прямо перед моим лицом, склонившись над кроватью, стояла Кейси фон Эклипс. Её каштановые волосы были убраны в безупречный, но простой хвост, а на губах играла та самая, едва уловимая, дерзкая улыбка.

— Доброе утро, — почти пропела она.

Мой мозг, ещё не вышедший из режима «отбой», медленно переваривал информацию. Знакомое лицо. В моей комнате. Утром.

— Кейси? — сонно протянул я, закрывая глаза снова. — Не раздевайся. Я знаю, что это сон.

Последовала секунда гробовой тишины. А затем из-под моей головы резко выдернули подушку. Прежде чем я успел понять, что происходит, по моей голове, плечам и спине застучали мягкие, но яростные удары.

— Ты совсем уже охренел⁈ — шипела Кейси, орудуя подушкой как дубиной. — Вставай, мешок с костями! Я тебе не приснилась!

— Да все! Все! Встаю! — закричал я, беспомощно прикрываясь руками от её гнева. Защита, надо сказать, была чисто символической.

— Бегом! — она отшвырнула подушку в угол и уперла руки в боки. — А то я Лане расскажу, какие у тебе фантазии в отношении меня бывают!

С стоном, больше похожим на предсмертный хрип, я начал медленно, с невероятным усилием отрывать себя от матраса. Сел на кровати, потер лицо ладонями, чувствуя, как каждый мускул вопит в унисон.

— Боги! — вдруг вскрикнула Кейси и резко отвернулась, покраснев до корней волос. — Ты что, в трусах⁈

Я тупо посмотрел вниз. Да, на мне были только темно-синие боксеры. Ничего особенного.

— Извини, — честно сказал я, зевая. — Я голым не сплю… По крайней мере, не в общаге.

— Дарквуд! — её возмущённый возглас прозвучал так, будто я признался в каком-то неслыханном преступлении против нравственности.

Я усмехнулся. Эта сцена окончательно прогнала остатки сна. Я лениво поплёлся в сторону маленькой ванной комнаты, чувствуя на спине её испепеляющий, смущённо-негодующий взгляд.

И только захлопнув за собой дверь и увидев в зеркале своё помятое отдохнувшее лицо, меня осенило. Я замер, зубная щётка в руке.

«Чёрт, — медленно подумал я, глядя на своё отражение. — Она же видела… ну, утренний стояк. Явный и очевидный».

Я пожал плечами, выдавил на щётку пасту.

«Ну и ладно, — решил я, начиная чистить зубы. — Пусть знает, что её визиты так действуют на мужскую психику. Может, в следующий раз постучится».

17 октября. 10:00–14:00

После душа и смены одежды я чувствовал себя уже не развалюхой, а просто очень уставшим человеком. Мы сидели с Кейси в полупустом актовом зале, за одним из столов. Гулкое пространство пахло пылью, старым деревом и её дорогими духами, которые теперь казались ещё навязчивее.

— А тебе на занятия не надо? — спросил я, глядя, как она с важным видом раскладывает перед собой исписанные листы с графиками.

— Я отличница, — спокойно, не отрываясь от бумаг, ответила Кейси, будто это объясняло всё на свете. — И я отвечаю за организацию праздника. Это приоритет.

— Может… мне тогда надо на занятия? — слабо попытался я выкрутиться. — Я-то… нет.

Она медленно подняла на меня взгляд. Не злой, не сердитый. Абсолютно холодный и непоколебимый.

— Ты не уйдешь отсюда, — произнесла она четко, разделяя каждое слово. — Пока не выучишь всё. До уровня, хоть как-то меня устраивающего. Так что предлагаю не тратить время на пустые надежды.

И началось. До обеда я провел, уткнувшись в тот злополучный листок. Читал его снова и снова, бубня под нос витиеватые фразы про «сияющие купола знаний», «неугасимый огонь исканий» и «священный союз традиции и прогресса». Кейси сидела рядом, откинувшись на стуле, и ловила каждую ошибку.

— Нет-нет-нет! — раздавалось её возмущённое шипение. — Не «священный», а «свя-щен-ный»! С чувством! С благоговением, а не как будто тебе зуб вырывают!

Или: — Ты что, слово «симбиоз» с первого раза выговорить не можешь? Это же базовый лексикон! Не «симбиос»! Сим-би-оз!

К полудню у меня от этих высокопарных речей начало слегка подёргиваться веко. Мы наконец-то отправились в столовую, и Кейси всю дорогу не переставала причитать.

— Отвратительно, — говорила она, качая головой. — Неужели так сложно говорить официальным тоном, а не как разносчик в портовой таверне? Десятилетки из начальной школы и то прочитали бы лучше.

— Не урчи, — буркнул я в ответ, уже автоматом. — Ты как попугай заевший.

Мы взяли подносы и сели за свободный стол. Я уже занес ложку над супом, как в кармане завибрировал коммуникатор. Достал, взглянул на экран.

От Ланы: Как всё прошло? Кушать придешь?

Простое, будничное сообщение. Но в нём читалось всё: и ревнивое любопытство (она явно знала, с кем я провёл утро), и желание контролировать, и это её странное, почти хозяйское «придешь?».

Я задержал взгляд на экране, чувствуя, как на меня с другого конца стола тут же упал колючий, оценивающий взгляд Кейси. Она не спрашивала, но её молчаливое внимание было ощутимо, как давление.

«Отвечать сейчас — значит, разжечь новый виток допроса со стороны Кейси. Не отвечать — рискую получить сцену от Ланы позже», — пронеслось в голове.

Я быстро набрал ответ, стараясь сделать его нейтральным:

«Тяжело. Да, я в столовой. Сижу с Кейси, по праздничному мероприятию общаемся».

Отправил и положил коммуникатор экраном вниз на стол, возвращаясь к супу. Надеясь, что это хоть как-то удовлетворит обе стороны. По крайней мере, на ближайшие пять минут.

Не успело сообщение улететь в мессенджер, как на скамью рядом со мной опустился чей-то вес. Я даже не успел повернуть голову, как чувственный, чуть влажный поцелуй чмокнул меня в щеку, а в ноздри ударил знакомый пряный аромат духов Ланы.

— А вот и ты, — ласково пропела она, усаживаясь вплотную, так, что её бедро прижалось к моему. — Проголодался, котик?

Я невольно улыбнулся, глядя на её сияющие алые глаза и едва уловимую хитринку в уголках губ.

— О! Привет, малая, — выдохнул я, чувствуя, как часть напряжения от Кейси мгновенно растворяется. — Да, вот взяли перекур от зубрёжки.

— И как? Справляешься? — спросила она, игриво тыча пальчиком в мою грудную клетку.

— Да, — коротко ответил я, не желая вдаваться в подробности при Кейси.

— Тц, — громко цокнула языком Кейси, не отрывая взгляда от своего салата, который она вдруг начала яростно ковырять вилкой. — Я сделаю вид, что этого не слышала и не видела. Продолжайте свое… фырканье.

— Всё так плохо? — уже серьёзнее спросила Лана, переводя взгляд с моей уставшей физиономии на напряжённую спину Кейси.

— Она преувеличивает, — натянуто улыбнулся я, пытаясь сгладить углы.

— Преуменьшаю, — тут же, ледяным тоном парировала Кейси, наконец подняв на нас глаза. В них читалось глухое раздражение. — До уровня «удовлетворительно» ему как до луны.

Лана проигнорировала её, её взгляд, тёплый и цепкий, не отпускал меня.

— А когда ты освободишься? — спросила она тихо, но настойчиво.

— Я бы его совсем не отпускала, — фыркнула Кейси, отодвигая тарелку. — До идеального результата.

— У него завтра игра, — мягко, но твёрдо напомнила Лана, наконец поворачиваясь к Кейси лицом к лицу. В её голосе зазвучали нотки лёгкой угрозы. — Ему нужен отдых.

— Я знаю, — холодно сказала Кейси, встречая её взгляд. В воздухе между ними словно запахло озоном. — Я же спонсирую его команду. Но если он не покажет мне сегодня должный уровень подготовки к празднику, то, чувствую, проведёт завтрашний матч на скамейке запасных. Спонсорское право, знаешь ли.

Я сурово посмотрел на Кейси. Она не шутила. За её красивой, высокомерной маской скрывалась стальная воля и реальная власть. Она вполне могла надавить на Аларика под предлогом «заботы о репутации спонсируемого актива».

— Я постараюсь, — сухо, отчеканивая каждое слово, сказал я, глядя прямо на неё. — Удовлетворить твои требования.

Наступила секундная пауза. Кейси медленно подняла бровь, и на её губах появилась надменная, ядовитая усмешка.

— Меня, милый барон, ещё никто не смог удовлетворить, — важно заявила она.

— Оно и видно, — тут же, с сладкой ядовитостью, бросила Лана, окидывая Кейси оценивающим взглядом с головы до ног.

Кейси опешила. Её щёки залились ярким румянцем, когда она осознала, в каком именно ключе были восприняты её слова. Она резко встала, отчего стул неприятно скрипнул по полу.

— Аппетит пропал, — прошипела она, хватая свою сумку. — Поешь. И через пятнадцать минут я жду тебя в актовом зале. Не опоздай.

И она ушла, высоко держа голову, но её уши всё ещё пылали предательским алым цветом. Мы с Ланой остались вдвоём.

Я тяжело выдохнул.

— Слава богам! — протянул я, откидываясь на спинку стула.

— Не богам, а богине, — поправила меня Лана, её лицо озарила победная, озорная улыбка. Она тыкнула указательным пальчиком себя в грудь. — Вот этой. Запомни.