Обидный проигрыш

15 — Секреты в зале ожидания

Аутсайдер — человек или комбинация карт, которые являются явными фаворитами в раздаче.

Ненавижу больницы.

Всё в этом месте вызывает у меня дискомфорт: слепящий флуоресцентный свет, едкий запах дезинфицирующих средств и осознание того, что вокруг меня люди, которые тяжело больны или находятся на грани жизни и смерти.

Я всегда их недолюбливала, но моя неприязнь переросла в настоящую ненависть после инфаркта у отца и его долгого периода восстановления.

А отделения скорой помощи — это вообще отдельный вид ада: они всегда забиты пациентами, которые кашляют, стонут от боли или борются с тошнотой. Настоящий триумф микробов и тревоги.

В зале ожидания было не так много свободных мест, поэтому я примостилась в углу рядом с лысоватым мужчиной с перебинтованной рукой.

Пока жду, просматриваю почту, соцсети и рекламный пост, который мне нужно опубликовать до конца недели.

Сконцентрируйся, Лейла. Отвлекись. Притворись, что ты где угодно, только не здесь.

Телефон вибрирует — пришло сообщение от Дориана, он спрашивает о Холли. Я отправляю ему краткий отчет, точнее, «ничего-нового-отчет», так как она всё еще спит, и пытаюсь вернуться к работе.

Но у моего мозга другие планы: мысль о том, что Картер остался наедине с Дорианом, не дает мне покоя.

О чем они говорят? Картер держит язык за зубами? Или он уже прокололся и разрушил наше прикрытие? Неужели мой брат что-то заподозрил?

Я смотрю на телефон, экран расплывается перед глазами, и волна паники накрывает меня при одной мысли о том, что Дориан может узнать правду.

Я нервно ерзаю на стуле, пытаясь унять растущее внутри беспокойство. Дориан далеко не глуп. Один неверный шаг, одно лишнее слово — и его адвокатское чутье проснется. Эта бомба замедленного действия — последнее, что ему сейчас нужно.

И мне тоже.

Я не могу перестать гадать, чего Картер на самом деле хочет от меня. И, что еще важнее, чего я хочу от него.

Как бы там ни было, раскрывать наши отношения с лучшим другом брата сейчас недопустимо, особенно учитывая нашу разницу в возрасте и его репутацию. Некоторые люди просто не созданы для брака, и Картер явно не из тех, кто склонен к моногамии. Так что у нас есть срок годности. И мне стоит это принять.

Страх начинает скрестись в желудке, но уже по другим причинам.

Должна ли я поговорить с Картером? Или лучше покончить с этим сейчас, пока мое сердце не разбилось вдребезги?

Голова твердит, что второй вариант — самый благоразумный, но инстинкты тянут в другую сторону. Потому что прошлая ночь была почти... нежной.

Какая-то часть меня надеется, что в этот раз всё может быть иначе. В конце концов, каждому хочется верить, что он — исключение, но, возможно, я просто выдаю желаемое за действительное.

К тому же, чертовски сложно отличить настоящие чувства от секса, когда секс настолько хорош. Может, мне стоит перестать спать с Картером и взять паузу, чтобы понять, есть ли там что-то более глубокое? Но где тогда будет всё веселье?

Я мучаюсь из-за ситуации с Картером еще минут десять, пока медбрат не сообщает мне, что Холли проснулась, и не провожает меня по коридору до одиннадцатой палаты.

Когда я захожу, Холли лежит на кровати в синей больничной рубашке. Её длинные иссиня-черные волосы рассыпаны по белым простыням, создавая резкий контраст.

— Привет, — говорит она со слабой улыбкой. Её смуглая кожа сейчас кажется бледноватой.

Я начинаю понимать, почему Дориан так разнервничался.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я, подходя ближе и осторожно обнимая её. — Дориан ушел перекусить и попросил меня посидеть с тобой. Надеюсь, ты не против.

— Вовсе нет. Наоборот, я рада. Но от обезболивающих у меня кружится голова, так что собеседник из меня сейчас не лучший.

Типичная Холли — беспокоится о других, даже лежа на больничной койке.

Я сажусь на стул рядом. — Надеюсь, тебе дают что-то эффективное.

Где-то вдалеке слышу объявление о «красном коде», и по спине пробегает холодок.

Холли кивает. — Боль притупляют, но от них подташнивает.

— Принести тебе что-нибудь? Не знаю, можно ли тебе есть...

— Всё хорошо, спасибо. Но у меня есть к тебе просьба.

— Конечно. Что угодно.

Может, ей нужны чистые вещи? Или покормить их кота?

— Ты не могла бы помочь мне с организацией свадьбы, пока я тут застряла? Это не займет много времени, обещаю. Поставщиков я уже выбрала, нужно просто помочь с... Ай! — она морщится, пытаясь устроиться поудобнее. — С финальным выбором.

Я удивлена её просьбой. До этого момента я вообще не думала о свадьбе.

— Безусловно. То есть... если ты уверена, что хочешь доверить это мне, — отвечаю я, хотя на самом деле хочу спросить: «Ты серьезно хочешь делегировать мне подготовку самого важного дня в твоей жизни?».

Да, я умею создавать симпатичные мудборды, но это совсем другое дело. Планирование и организация — не мой конек. К тому же, никто из моих друзей еще не женился, опыта у меня ноль. Единственная свадьба, на которой я была за последние десять лет — это свадьба дяди, который женился во второй раз у себя в саду с импровизированным фуршетом и диджеем, застрявшим в девяностых.

— Не хочу сваливать на тебя всю работу, — вздыхает она. — Но врачи сказали, что мне нужен покой, — она закатывает глаза. — Покой и организация свадьбы плохо сочетаются, но попробуй объясни это им!

Покой станет для неё настоящим вызовом. Вместе с Дорианом Холли — один из самых целеустремленных людей и перфекционистов, которых я знаю. Именно поэтому ей не стоит доверять мне — самому расслабленному человеку в мире, который меньше всего подходит для управления чем-то настолько масштабным. Велика вероятность, что я её подведу, — честно говоря, это почти неизбежно.

— Я ждала этого кольца шесть лет, — говорит она, приподнимая левую руку. — Так что я пройду по этому проходу, даже если мне придется делать это в инвалидном кресле.

И я ни на секунду не сомневаюсь, что она так и сделает.

— Не волнуйся. Всё будет в порядке.

Я понимаю, насколько этот день важен для неё и моего брата, да и для обеих семей. Так что неважно, чего хочу я или справлюсь ли я, по моему мнению. Я должна сделать всё идеально. Точка.

— Я сделаю всё возможное, чтобы помочь. У меня запланировано несколько встреч с поставщиками, и мне нужно, чтобы ты там была. Знаю, это не то, чем ты хотела бы заниматься, но...

— Это будет весело, — вру я.

— Отлично, — она облегченно вздыхает. — Спасибо.

— Так, что еще осталось?

Холли на мгновение задумывается. — Мне нужно проверить мою таблицу. Список гостей подтвержден, рассадку я закончила две недели назад, так что с этим порядок. Но во вторник у нас дегустация в кейтеринге, и я не думаю, что смогу её перенести.

На Новый год она рассказывала, что там будет около четырех видов закусок, два салата и три основных блюда. То есть бесконечное количество шансов облажаться и выбрать не те блюда.

— Мы с Дорианом отлично справимся, — кажется, я пытаюсь убедить больше себя, чем её.

— Главное — убери его отсюда. Он сказал, что будет ночевать на этом стуле, если меня не выпишут, — она указывает на ряд кресел у окна.

Они и для меня-то маловаты, что уж говорить о моем брате.

Я только собираюсь ответить, когда входит врач, чтобы осмотреть Холли и решить вопрос с выпиской. Я киваю в знак приветствия, выхожу в коридор и прислоняюсь к белой стене.

Вскоре я вижу Дориана и Картера, которые выходят из-за раздвижных дверей. Когда мой взгляд встречается с взглядом Картера, сердце начинает выделывать кульбиты.

Хотелось бы сказать, что это от страха разоблачения, но это не единственная причина.

Если не считать того, что он выглядит слегка помятым, как и мой брат, оба они вполне презентабельны; так что, полагаю, за завтраком гранаты не взрывались.

— Холли говорила с тобой о свадьбе? — спрашивает Дориан, нарушая тишину. Его голос охрип от недосыпа.

Мы с Картером обмениваемся мимолетным взглядом, но его выражение лица трудно прочесть. Затем мой взгляд падает на отсутствующую пуговицу на его рубашке, и я чувствую, как жар приливает к щекам. Я кашляю и отвожу глаза.

Не думай об этом. Не здесь. Не сейчас.

— Да, мы обсудили это, — отвечаю я. — Я помогу с подготовкой и схожу с тобой на дегустацию во вторник вечером.

Кстати, Холли упомянула, что на следующей неделе еще будет выбор торта. Но никакого давления! Это же всего лишь самый важный день в их жизни!

— Я совсем забыл... — говорит Дориан. Он достает айфон из кармана брюк и с напряженным видом залипает в экран. — У меня весь день встречи, а потом ужин с партнерами. И мне нужно будет вернуться домой, чтобы присмотреть за Холли.

В животе завязывается узел. — А что, если мой выбор вам не понравится?

Что, если я всё испорчу? К тому же, идти одной — сомнительное удовольствие. Может, взять Аню или Зои, или кого-то, кто отличит приличную еду от посредственной?

— Брось, у тебя отличный вкус, — говорит Дориан, пытаясь меня успокоить.

В моде — возможно, но мои способности принимать решения просто катастрофичны. Я не могу выбрать, что посмотреть по телику, не говоря уже о свадебном меню.

Тревога накрывает меня, и я начинаю нервно теребить ремешок сумки, стараясь не сорваться прямо на глазах у Картера, который продолжает наблюдать за нами.

— Ты же знаешь, я готова тебя поддержать, но я не могу решить судьбу всего меню в одиночку. Это слишком большая ответственность. Ты не можешь перенести встречу и пойти со мной?

Дориан хмурится.

— Нет. Этот кейтеринг нарасхват. Дегустации бронируются за полгода. Там очередь. Холли в лепешку расшиблась, чтобы втиснуться в график.

Идеально.

Опять никакого давления, ага.

— А мама? Она могла бы пойти со мной… — но я тут же вспоминаю, что сейчас, как она выражается, «разгар сезона разводов», так что шансы на то, что она выкроит свободный вечер, стремятся к нулю.

Фантастика.

Значит, официально: я один на один с этим кошмаром.

Иногда я забываю, что у большинства людей нет такой гибкости в рабочем графике, особенно когда нужно «на вчера». У всех, кроме меня и…

Проклятье!

Я вижу, как то же самое осознание промелькнуло на лице Дориана в ту самую секунду, когда дошло и до меня.

— Картер может сходить с тобой, — предлагает он, кивнув в сторону друга.

Мы с Картером обмениваемся взглядами, но он остается невозмутимым.

— Картер? — переспрашиваю я, надеясь, что мне послышалось.

Серьезно, Дориан? Из всех людей на планете?

Не знаю, хорошая это затея или плохая. Скорее всего, и то и другое сразу.

Есть огромная вероятность, что мы ни черта не выберем, потому что сейчас единственное, о чем я могу думать — это ощущение его щетины на моих бедрах.

Соберись, Лейла. Держи фокус.

— Конечно, — отвечает Картер, бросив на меня красноречивый взгляд. — Мы вдвоем со всем разберемся.

Я открываю рот, чтобы возразить, но передумываю и решаю просто кивнуть. Спорить — значит вызывать лишние вопросы, к тому же я не могу отрицать, что помощь мне действительно нужна.

Тем не менее, Картер — паршивая идея по целому ряду причин. И мало того, что я не могу объяснить Дориану почему, я еще и не хочу добавлять ему стресса сейчас.

Выдавив улыбку, я встречаюсь с братом взглядом.

— Ладно.

Брови Дориана изумленно взлетают вверх.

— Ты даже не стала спорить. Могу я считать это знаком того, что вы сможете отложить свои разногласия ради общей цели?

— Именно так, — отвечаю я с напускной уверенностью. — Думаю, я справлюсь с ситуацией.

— Потрясающе, — говорит он, явно впечатленный. — Если хотите, можете даже надеть боксерские перчатки.

— Обязательно, — хором отвечаем мы с Картером.

И будем надеяться, что мы не закончим этот вечер с разорванной в клочья одеждой!