Обидный проигрыш

8 — Противопоказание — Лейла

«Баттон» — круглая фишка, который кладут перед игроком, чтобы обозначить, что именно он будет дилером в данной раздаче.

Рекламные ролики по телевизору предупреждают: героин вызывает зависимость с первого же раза. На пачках сигарет печатают предостережения о побочных эффектах курения. И все мы знаем, что кофеин вызывает привыкание.

Но Лейла Дэвенпорт тоже заслуживает чертова предупреждения.

Внимание: может вызвать неконтролируемую одержимость, потерю рассудка и абсурдное желание схватить её и прижать к ближайшей стене.

Беговая дорожка замедляется до полной остановки. Я опираюсь на поручни, чтобы отдышаться. Рядом со мной Дэш поворачивается к большому светодиодному экрану на стене. В верхней части списка имен я читаю: «Картер Р. ЧСС 107 %». Это значит, что мой пульс зашкаливает за максимум, и вовсе не из-за упражнений.

Физически я в отличной форме.

Ментально? Полный крах.

Перевод: мне конец.

— Ты в порядке? — Дэш наблюдает за мной, вытирая лоб полотенцем.

— Да, — я делаю глоток воды. В боку колет, будто ножом, но это ничто по сравнению с хаосом в моей голове. — Всё отлично, — лгу я.

Прежде чем сойти с дорожки, я тянусь к панели и отсоединяю ключ безопасности. Дэш делает то же самое и идет за мной в поисках места для растяжки.

Я веду его подальше от брюнетки в розовой майке, которая тренируется на другом конце зала.

От той самой, которая вчера утром меня загостила.

Я бы хотел украдкой взглянуть на неё, но при таком количестве зеркал она тут же меня засечет.

Впрочем, не то чтобы мне это было нужно.

Я знаю её лицо до мельчайших подробностей. Я выучил его наизусть еще до того, как прикоснулся к ней. А теперь я знаю каждый сантиметр её тела.

Каждый изгиб.

Каждый стон.

Каждый чертов способ, которым она сводит меня с ума.

А она стоит там, спокойная. Будто то, что мы натворили, ни капли её не выбило из колеи.

— Отличная работа, группа! Теперь сосредоточимся на квадрицепсах! — Меган, наша энергичная рыжая инструкторша, сгибает левую ногу в колене и отводит её назад, демонстрируя упражнение.

Я повторяю движения на автомате. Мои мысли далеко. Взгляд падает на Лейлу — она стоит рядом со своей подругой Зои. Они о чем-то смеются, легкие, беззаботные.

Она кажется такой юной…

Но это не мешает мне желать её.

Мы переходим к растяжке, принимая положение глубокого выпада. Лейла следует за инструктором и делает шаг вперед, растягивая сгибатель правого бедра.

Трудно не пялиться на её задницу в этих черных леггинсах. К ней тянет как магнитом.

Волна жара скапливается ниже пояса, и я заставляю себя смотреть в пол, на инструктора, в потолок — куда угодно, только не на Лейлу Дэвенпорт и её идеальное тело.

— Ты точно в норме? — шепчет Дэш, прерывая мои мысли. — Ты какой-то странный.

И это правда. Но как мне ему объяснить?

Как сказать, что я теряю голову из-за девчонки, к которой не должен был даже прикасаться?

Я не могу допустить, чтобы Дориан что-то узнал, поэтому не могу открыться Дэшу. Даже если я ему доверяю, всегда есть риск, что он проболтается случайно.

Я еще не виделся со своим лучшим другом после того, что произошло с Лейлой.

И честно? Понятия не имею, как буду смотреть ему в глаза, когда это случится.

Потому что я не просто провел ночь с его сестрой. Она выгибалась на моей постели, вцеплялась пальцами в простыни и умоляла меня, чтобы я заставил её кончить — да так, что оставила следы когтей у меня на спине.

И я исполнил её просьбу. О да, еще как исполнил.

А теперь я хочу сделать это снова. И снова.

После одной-единственной ночи с Лейлой у меня ломка, как у наркомана. И она — моя чертова доза.

Но Дориан меня убьет. И я это заслужил.

Правило номер один в кодексе лучших друзей: младшие сестры — табу. Особенно если речь идет об интрижке на одну ночь.

Но я это сделал. Я трахнул её каждой клеткой своего существа. И теперь не могу выкинуть её из головы.

— Я проголодался, — бормочу я, пытаясь заглушить кавардак внутри.

На самом деле мой желудок скручен узлом.

— Я тоже, дружище, — говорит Дэш, обхватывает локоть и растягивает трицепс. — После пойдем перекусим. У тебя есть время?

Я заставляю себя выглядеть нормально. Притворяюсь всё тем же Картером, что и всегда.

— Конечно.

— Только хочу поговорить с Пенни перед уходом, — добавляет он. — Потом обсудим за завтраком новый филиал. На прошлой неделе я получил отчеты по рынку от франчайзера, там есть серьезные возможности.

Дэш — владелец этого зала, Пенни занимается управлением. Мы с Дорианом инвестировали как партнеры. Это растущая национальная франшиза, и наш филиал не исключение. Дэш хочет расширяться, раз уж мы прилично зарабатываем.

Вот только я сейчас вряд ли способен принимать финансовые решения.

Потому что я весь сосредоточен на том, чтобы спрятаться от двадцатитрехлетней девчонки.

Господи.

— Хорошо, — бросаю я.

— Дориану это тоже интересно, — добавляет он.

Мой желудок делает очередной кульбит.

Я чувствую себя реально дерьмовым другом.

— Идеально, — я наклоняюсь вперед, чтобы растянуть правое сухожилие, которое натянуто как струна.

Лейла здесь постоянная клиентка.

В теории я должен радоваться. Это бизнес. Деньги. Бесплатная реклама благодаря её постам как инфлюенсера. Но на практике — это гребаная пытка.

Она и её подружки оккупируют беговые дорожки с семи утра с понедельника по пятницу и с девяти почти каждые выходные.

Да уж, Лейла.

Всё еще там, в своих обтягивающих леггинсах, которые меня истязают.

Может, я преувеличиваю. Почти все здесь в Lululemon. Но никто не носит их так, как она.

Мне нужно было выплеснуть фрустрацию, которую я таскаю в себе с тех пор, как вчера утром проснулся в пустой постели, и я всё равно думал, что сегодня она не придет.

Я мог бы вытравить её из памяти, переспав с другой женщиной, но эта идея меня совсем не прельщает. И это красноречиво говорит о тяжести ситуации.

Со мной никогда раньше такого не случалось.

Меган велит нам лечь, чтобы растянуть ягодицы и мышцы задней поверхности бедра, и я прячусь за скамью, чтобы Лейла меня не заметила.

Смотрю в потолок, увешанный петлями для тренировок, выдыхаю и пытаюсь расслабиться, но не выходит.

Все мысли о ней.

О том, каково было бы проснуться с её телом рядом со моим.

О том, какой трусихой она оказалась, сбежав до того, как я успел это проверить.

— Финальная растяжка! — восклицает Меган, показывая движения для плеч. — Молодцы, ребята!

Пока остальные собирают вещи и выстраиваются в очередь перед стеклянными дверями, чтобы выйти в холл, я беру свою стальную бутылку, стоящую на скамье, и начинаю медленно двигаться к выходу, а Дэш идет следом.

Я не тороплюсь — не хочу оказаться зажатым рядом с Лейлой в толпе людей.

Еще несколько дней назад я думал, что моя одержимость ею вызвана лишь желанием получить что-то недосягаемое.

В конце концов, я привык получать то, что хочу. Брать, не спрашивая.

Я вырос в обеспеченной семье с родителями, вечно мучимыми чувством вины, и мне никогда ни в чем не отказывали.

У меня приличное состояние и отличная внешность, так что у меня есть всё, что я пожелаю.

Кроме неё.

Я пробираюсь вместе с Дэшем к шкафчикам. К счастью, Лейлы нигде не видно.

Я не знал, стоит ли мне поздороваться с ней или проигнорировать, если мы столкнемся, но теперь мне больше не нужно об этом думать. И это одновременно и разочарование, и облегчение.

Конечно, я понимал, что с ней это был просто секс.

Но в том-то и дело: я думал, что одной ночи хватит, чтобы избавиться от мучения, которое терзает меня годами.

Как унять зуд, если понимаете, о чем я.

Но вместо антидота, на который я надеялся, наша встреча оказалась настоящим ядом.

Она не только не утолила мою жажду, она её раздула.

Мы пересекаем многолюдный холл, я открываю шкафчик и делаю глубокий вдох, пытаясь привести мысли в порядок.

Сегодня воскресенье, прошло два дня с самой насыщенной ночи в моей жизни, и я не могу выкинуть её из головы.

Лейла, выкрикивающая моё имя.

Лейла, отдающаяся на мою милость.

Лейла в моей рубашке.

Не знаю, почему именно этот последний образ так врезался мне в память. Если бы любая другая женщина прикоснулась к моей одежде, мне было бы плевать.

Но с Лейлой… это совсем другая история.

— Привет.

Её голос звучит у меня за спиной — легкий и нежный. Тот же голос той, что пару дней назад исчезла без единого слова.

Ни сообщения.

Ни объяснения.

Только пустая постель и тишина.

Я оборачиваюсь, чувствуя себя слишком напряженным для собственного спокойствия.

Что со мной, черт возьми, не так?

Я не чувствовал себя таким неуклюжим с девчонками со времен старшей школы, а может, и со средней.

А может, и вообще никогда.

И вот она здесь, в своей обтягивающей майке и ярких кроссовках, выбивает меня из колеи простым приветствием.

— Привет, — отвечаю я, стараясь вести себя как обычно. — Как ты?

Я достаю телефон и ключи из шкафчика, делая вид, что её появление меня не всколыхнуло.

Но оно всколыхнуло. Еще как.

Лейла улыбается. Натянутой, почти неуверенной улыбкой.

Всё это абсурдно.

Я уверен, что она тоже старается не думать о том, какими пунцовыми были её щеки после секса со мной.

Она тоже знает, что мы никогда не должны были доходить до этой точки.

— Хорошо. Просто хотела поздороваться, — говорит она, переминаясь с ноги на ногу.

Её ледяные голубые глаза сканируют зал в поисках лишних ушей.

Мы в безопасности. Дэш всё еще на ресепшене, увлечен разговором с Пенни, а Зои собирает вещи у двери.

Лейла подходит ближе. — Знаешь, просто мы увидимся в эту пятницу и… — говорит она вполголоса.

Ах, вот оно что.

Теперь она пытается «нормализовать» ситуацию.

Сделать вид, что между нами не дымятся руины.

— М-м-м, да. Хорошо.

Гениально, Картер. Потрясающий ответ.

Боже, эта девчонка вводит меня в ступор. Само её присутствие мешает моему мозгу работать, вызывая короткое замыкание.

Она откашливается. — Я не хочу, чтобы всё было… странно.

Слишком поздно.

Мы уже за чертой.

Мы пересекли красную линию и оказались в параллельной реальности.

Я до сих пор не могу поверить, что всё это больше не просто сон. И видеть её в эти выходные на дне рождения Дориана будет, мягко говоря, неловко, но признание этого не поможет моему делу.

Каким бы оно ни было.

Забыть её?

Повторить всё снова?

Я пока сам не знаю.

— С чего бы это было странным? Я имею в виду… ничего ведь не произошло, верно?

Я могу лишь предположить, что её цель — всё отрицать, раз уж она сбежала на следующее утро.

Её улыбка дрогнула. — Верно, — она делает паузу, прикусывая нижнюю губу. — Ну, тогда увидимся в пятницу, — добавляет она.

— Да, именно, — я с силой захлопываю шкафчик, и звук получается громче, чем я ожидал, как выстрел, эхом раздавшийся по всему холлу. — Хорошего дня.

— Тебе тоже, — кивнув, она разворачивается и уходит.

Исчезает. Точь-в-точь как в то утро после нашей встречи под простынями. Когда я проснулся, готовый к новому раунду, а… она уже ушла.

Она обошлась со мной так, будто я какой-то чертов матч из Тиндера, а не мужчина, которого она знает почти десять лет.

С того момента я получил сообщения от трех женщин, которые предлагали себя на блюдечке.

Жаль только, что ни одна из них — не та, кого я хочу.

Я размышлял о том, что мог сделать не так. Спрашивал себя, не была ли наша ночь ошибкой, не было ли ей не так хорошо, как мне показалось.

Но в одном я уверен абсолютно: женские оргазмы — как игра в покер. Всегда есть зацепка.

Звук, сбитое дыхание, стон, который вырывается прежде, чем его успевают подавить. Что-то непроизвольное, подлинное. Что-то, что невозможно имитировать.

И теперь я знаю зацепку Лейлы, хотя и хотел бы не знать, потому что это единственная вещь, о которой я, черт возьми, могу думать.