Обидный проигрыш

30 — Космические совпадения и очищающие поцелуи

Орех

Рука, которую невозможно победить.

— Вы поругались из-за налогов? — спрашивает Зои.

Аня, сидящая рядом с ней, бросает на меня обеспокоенный взгляд.

После недели, проведенной в попытках избежать любого человеческого контакта — и игнорирования каждого сообщения в нашей группе в WhatsApp, — я оказалась на допросе прямо посреди итальянского ресторана. Стоило мне только подойти к столу, как они обе поняли: что-то не так, и не стали терять времени, принявшись копать.

— Ну да, и поругались знатно. — Я беру корзинку с хлебом, выуживаю третью по счету гренку и густо намазываю её чесночным маслом с травами с каким-то терапевтическим остервенением. Если я не могу навести порядок в своей жизни, то хотя бы могу анестезировать боль углеводами и Пино Нуар. Разве не так работает исцеление?

Зои забирает предпоследний кусок хлеба из корзинки и смотрит на меня, приподняв бровь. — Почему? Что вообще произошло?

Хороший вопрос.

Как мы перешли от просмотра фильма на диване к яростной перепалке из-за налогов? Мы не живем вместе. У нас нет общей ипотеки. И, судя по тому, на что намекнул Картер в тот вечер, вряд ли это когда-нибудь случится. В глубине души он всё еще видит во мне безответственную девчонку, которая заказывает слишком много кофе по шесть долларов и разбрасывает чеки как конфетти.

И, возможно, он прав.

— Ну так, что случилось? — настаивает Аня.

Обычно я первой бегу писать в нашу группу. Я бы отправила драматичное аудиосообщение, приправив его какой-нибудь выразительной гифкой. Но в этот раз... я хотела просто замолчать. Потому что я даже не знаю, как определить то, что произошло. Я не знаю, кто мы друг для друга, я и Картер, после всего этого.

И как будто этого мало, мне придется увидеть его сегодня вечером на мальчишнике и девичнике Дориана и Холли. Деталь, о которой мой желудок напоминает мне через равные промежутки времени.

— Всё из-за его дурацкого эго, — и пока я это говорю, я чувствую колющую боль в животе — ту самую, что ощутила, когда он закрыл за собой дверь, не оборачиваясь.

Зои и Аня замерли в ожидании.

Я делаю еще глоток вина и начинаю рассказывать: про письма из налоговой, про его вопросы и про то, как он ушел из моего дома. Чем больше я говорю, тем больше мне не по себе. Терпеть не могу обсуждать свои финансовые проблемы. Это унизительно. Всё равно что стоять голой под светом неоновых ламп. Я бы лучше на прием к гинекологу сходила, честное слово.

Когда я заканчиваю, воцаряется тяжелое молчание.

— Не знаю, мне кажется, он просто хотел тебе помочь, — говорит наконец Зои.

Очередной укол. Но этот — другой. Тоньше, глубже. Наверное, это чувство вины.

— Серьезно? — парирую я, стараясь звучать саркастично. — Потому что мне показалось, что он меня осуждал.

Официант появляется в этот момент, словно видение, посланное богами эмоционального побега. Он расставляет перед нами тарелки. Я хватаю вилку, готовясь с головой уйти в пасту. Аня — единственная, кто пытается питаться правильно, со своим лососем на пару и бурым рисом. Порции пенне с водкой у Зои хватило бы на целую семью, а мои спагетти карбонара — это просто способ поглотить запредельное количество сливок и бекона.

— Возможно, ты восприняла это в штыки, потому что тема для тебя болезненная? — предполагает Аня своим обычным мягким тоном, стараясь на цыпочках пройти по этому минному полю.

Если быть до конца честной, мы оба облажались. Картер — со своей манерой профессора университета, решившего преподать жизненный урок. Я — со своей импульсивностью, вечной защитной стойкой и иррациональным желанием ударить первой, прежде чем ударят меня.

Хоть я всё еще считаю, что его подход был холодным и осуждающим, должна признать: возможно, я перегнула палку. Не то чтобы я когда-нибудь призналась в этом вслух. Даже перед лучшими подругами.

Я пожимаю плечами, но по лицу Ани вижу — она знает правду. Она как живой детектор лжи.

— Вы с Картером разговаривали с тех пор? — спрашивает Зои, не отрываясь от тарелки.

Я удивлена, что Дэш ей еще всё не выболтал. Но, может, Картер никому ничего не сказал. Я достаточно его знаю, чтобы понимать, насколько он скрытный, и сомневаюсь, что он захочет делиться с Дорианом или кем-то еще позорными подробностями нашей ссоры.

— Он присылал сообщения, — признаюсь я, — но я ответила, что мне нужно пространство. К тому же, я была по уши в тренировках.

Между Дэшем, который заставил меня учить основы обязательных курсов, и безумным количеством запросов от клиентов, мой календарь просто взорвался. Это было изнурительно, но удобно. Отличный способ не думать о Картере.

Оглядываясь назад, мне стоило согласиться встретиться с ним до сегодняшнего вечера, чтобы поговорить до того, как мы окажемся в одной комнате с двадцатью людьми и открытым баром, празднуя скорую свадьбу моего брата. Но нет. Я закрылась в себе, пытаясь зализать раны в одиночку, и вот я здесь, с математической уверенностью, что это будет один из самых неловких вечеров в моей жизни.

— Хватит обо мне, — обрываю я, забирая последний кусок хлеба. — Как там у вас с Дэшем?

— Да, Зои, как оно? — улыбается Аня с тем самым заговорщицким видом, который дает мне понять, что я пропустила что-то грандиозное.

Щеки Зои заливает румянец. — Всё... хорошо.

— Да скажи ты ей уже, — подначивает Аня, накалывая кусочек лосося.

— Ну, в общем, на днях во время секса он мне... — Зои замолкает и делает глубокий вдох.

— Подарил лучший оргазм в её жизни, — заканчивает Аня за неё.

Бум.

Вот оно, напоминание, которое мне было совсем не нужно. Прошло больше недели с тех пор, как у меня был секс. Я знаю, это не вечность, но... после Картера каждый день кажется эпохой. Хуже того: прошлым вечером у меня был оргазм во сне. Да, во сне. И, разумеется, мне снился он. Очевидно, некоторым частям меня плевать на то, как сильно я злюсь. Это еще одна причина, по которой я его избегаю: я знаю, что просто затащу его в постель вместо того, чтобы решать проблему.

И тут еще эта деталь, которую невозможно игнорировать: Картер сказал своему брату, что не хочет, чтобы я знала их родителей.

— Он позвал меня уехать с ним на следующий месяц, — говорит Зои. — Просто на выходные в Напу или типа того.

— Это круто! — восклицаю я. — Ты же согласилась?

— Да, но я немного на взводе. Всё идет слишком хорошо, понимаешь? У меня всегда такое чувство, что что-то может пойти не так.

Да. Я понимаю тебя слишком хорошо. Это чувство, которое заползает под кожу, когда дела кажутся идеальными. Будто вселенная затаила дыхание только для того, чтобы отвесить тебе пощечину секундой позже.

Я тоже это чувствовала.

И в итоге всё действительно пошло не так.

Ужин пролетел незаметно, и вот мы уже на улице, перед массивными деревянными дверями «On Tap».

Я чувствую себя объевшейся, взвинченной и слегка пьяной. Взрывоопасная смесь.

Когда Аня открывает дверь, меня как обухом по голове бьет мысль: телефон!

Шарю в сумке и... бинго. Его нет.

— Черт, я оставила телефон в машине. Аня, можно ключи? Сбегаю заберу.

Она оборачивается и смотрит на меня со скепсисом. — Ты уверена, что забыла его, или просто пытаешься оттянуть неизбежное?

Я пожимаю плечами. — Серьезно забыла. Кажется, он в подстаканнике.

Хотя, честно говоря, это отличный предлог, чтобы выиграть немного времени перед встречей с Картером. Аня бросает мне ключи, и я ловлю их на лету. Две минуты спустя телефон у меня в руках, и я стою одна у входа, рядом со стойкой хостес, пытаясь убедить себя присоединиться к вечеринке в глубине зала.

Не то чтобы у меня был выбор. Я не могу подвести брата и Холли.

— Лейла?

Голос, раздавшийся за спиной, мне слишком хорошо знаком...

Но это не Картер.

Да, я жалкая. Потому что на секунду какая-то часть меня надеялась, что это он.

Я оборачиваюсь, и стоит мне увидеть, кто передо мной, как сердце уходит в пятки.

Остин и Мелани. Рука в руке.

Серьезно, вселенная? Именно сегодня? Именно здесь?

Очевидно, они не знают, что это бар Картера и что я буду здесь. Так что да, это просто совпадение. Скверное, тошнотворное, жестокое совпадение.

Я задерживаю дыхание, пытаясь собрать по кусочкам свое достоинство, пока разглядываю их.

На Остине выцветшая футболка группы, которую мы слушали вместе, и рваные джинси. Он выглядит как вечный студент-переросток, а не как взрослый мужчина.

Мелани же при полном параде. На ней белое мини-платье, короче которого только закон запрещает, и лавандовые волосы, которые, признаю, ей чертовски идут. Если бы я попыталась так покраситься, я бы выглядела как тролль.

Бесит, насколько она привлекательна, несмотря на свой мерзкий характер.

Она улыбается мне. Улыбкой, от которой за версту несет фальшью. — О, привет, Лейла. Какое совпадение! Что ты тут делаешь?

— Мальчишник Дориана, — выдавливаю я.

В голове у меня целый список вещей, которые я хотела бы ей высказать. Весь сценарий с едкими шуточками и идеальным финалом, но сейчас, глядя на неё, я чувствую себя пустой. Селективная немота на почве подавленной ярости, или как там это называется.

— Ну, выглядишь отлично. Так здорово тебя снова увидеть. Знаешь, я хотела тебе написать. Уверена, мы можем оставить всё в прошлом. Никаких обид, верно?

Обид? Да нет. Только маленькое мимолетное желание увидеть, как ты спотыкаешься и летишь лицом в асфальт.

— Вот ты где...

Электрический разряд прошивает меня насквозь, когда я слышу другой голос.

Его голос.

Картер.

Снова увидеть его — всё равно что вынырнуть на поверхность после того, как слишком долго пробыла под водой. Болезненное облегчение, от которого кружится голова.

Остин рядом с ним выглядит как помятое белье после стирки, в то время как Картер...

Господи.

Картер выглядит как мужчина из рекламы дорогого парфюма. Черная рубашка, закатанные рукава, напряженная челюсть, пронзительный взгляд.

И когда он смотрит на меня, когда идет прямиком ко мне, даже не удостоив Мелани и Остина взглядом, я чувствую, как вибрирует каждая клетка моего тела.

Он останавливается и целует меня. С тем самым напряжением человека, который слишком долго ждал этого момента. Сначала я цепенею от неожиданности, но потом... теряюсь в нем. Его язык касается моего, и мозг отключается. Обида испаряется. Его аромат окутывает меня — теплый, надежный и опасно знакомый.

Когда он отстраняется, его пальцы касаются моей щеки — нежно, будто он дотрагивается до чего-то хрупкого. Его глаза впиваются в мои. Темные, глубокие, полные чего-то, что я бы назвала желанием... или тоской.

— Я скучал по тебе.

Не знаю, искренне ли он это говорит или просто ради приличия, но сейчас это именно то, что мне нужно было услышать.

— Я как раз собиралась зайти, — говорю я голосом более хриплым, чем хотелось бы. — Просто меня тут задержали на секунду.

Картер смотрит на меня так, будто я единственный человек в этом заведении, полностью игнорируя Мелани и Остина.

Последний прочищает горло, чтобы привлечь внимание. Его поведение выглядит почти комично. Будто это мы здесь невежливые, хотя это он притащился сюда с моей бывшей лучшей подругой. Придурок.

— Картер, я уверена, ты помнишь Остина, — произношу я смущенно.

Мы на людях, я немного навеселе и не знаю, как себя вести, кроме как притворяться вежливой.

— Не особо, — ледяным тоном отвечает он.

Мое сердце делает крошечный сальто. Touché.

— А это... эм, Мелани, — добавляю я, указывая на неё.

Она одаривает нас ослепительной улыбкой, предназначенной явно только для Картера, и моя рука инстинктивно сжимает его ладонь, хотя я знаю, что она ему сто лет не сдалась.

— Понятно, — кивает он, возвращая всё внимание мне.

Мелани выглядит уничтоженной. Остин не понимает, обижаться ему или просто тупить, а я не могу сдержать смешка.

— В общем, нам пора. Холли хочет произнести речь, — напоминает мне Картер.

Тут снова появляется одна из хостес. — Картер, хочешь, я посажу твоих друзей?

— В этом нет необходимости, Алисия. У нас полная посадка.

Девушка смотрит на него в недоумении, затем переводит взгляд на столы. Они заняты от силы на три четверти. — Но...

— Сегодня особенное мероприятие, и мы больше не принимаем гостей. — Он кивает в сторону Мелани и Остина. — Вам придется найти другое место. Здесь полно заведений поблизости.

Мне... это снится?

Нет, я только что стала свидетелем самой элегантной и тихой мести в мире.

Картер берет меня за руку и уводит прочь от Мелани и Остина. Я чувствую их взгляды, впивающиеся в спину как лазеры, но мой мозг всё еще буксует на стадии «что, черт возьми, произошло».

Пока мы пробираемся сквозь толпу, он сжимает мою руку чуть крепче. — Ты в порядке? — шепчет он. — Зачем ты вообще с ними разговаривала?

Разговаривала... не совсем так. Я тысячи раз прокручивала эту встречу в голове, и в каждом сценарии я высказывала им всё, что думаю. Но когда дошло до дела — я просто впала в ступор.

— Они застали меня врасплох. Я не ожидала их встретить, а тут еще... я так нервничала перед встречей с тобой, — признаюсь я шепотом, исповедуясь в своем грехе.

— И это была та самая Мелани?

Я киваю, всё еще немного дезориентированная.

Он усмехается. — Ты определенно не в её лиге, малышка. О такой красоте, как у тебя, она может только мечтать.

Мы останавливаемся у края зоны, зарезервированной для Дориана и Холли. На другом конце зала Зои замечает меня и делает знак рукой.

— Лейла... — произносит Картер.

Он собирается что-то сказать. Что-то важное? Объясниться? Извиниться? Или снова попросить меня остаться?

Но мне не суждено это узнать, потому что Дориан налетает на нас и сгребает в нескладные объятия. Так, он выпил. Понимаю это мгновенно.

Брат отпускает нас и отстраняется с некоторой неуклюжестью. — Должен признать, я всё еще привыкаю видеть вас вместе... Пошли, Холли хочет вас поблагодарить.

Картер ведет меня к остальной группе, собравшейся вокруг будущей невесты. Её волосы рассыпаны по плечам черными волнами, она выглядит отдохнувшей и куда более счастливой и здоровой, чем когда-либо после аварии. Дориан говорил, что ей лучше, но сейчас она впервые кажется той прежней Холли.

— Я буду краткой, — говорит она. — Хотела просто поблагодарить всех вас за то, что вы здесь сегодня с нами. И отдельное спасибо Лейле и Картеру за помощь в организации всего этого, когда мы с Дорианом нуждались в этом больше всего. — Она делает паузу.

Кто-то аплодирует. Уайатт свистит, и я сразу понимаю: он прошел точку невозврата и официально стал самым пьяным гостем вечера.

Холли поднимает бокал, в котором, кажется, водка с содовой, а может, просто вода. — У нас есть новости, и именно поэтому я не пью, как некоторые из вас заметили. Один из наших свадебных подарков прибыл чуть раньше... я беременна!

Стоп, что?! Холли беременна?

— О боже мой, — шепчу я, и слезы уже начинают щипать глаза.

Я стану тетей.

Картер сжимает мою ладонь. Его тепло возвращает меня к реальности, когда он наклоняется к самому моему уху: — Скажи правду, ты знала?

Я оборачиваюсь к нему, всё еще под впечатлением. — Нет, а ты?

Он качает головой. — Нет, но я безумно рад за них. Дориан рожден быть отцом.

Он прав. Именно так и есть.

Холли заканчивает речь, и гости начинают двигаться, пытаясь пробраться к ней. Мне тоже хочется её обнять, но её тут же окружают руки, улыбки, тосты. Так что я подхожу к Дориану. Хватаю его за руку, крепко сжимаю, а потом легонько бью кулаком в бицепс.

— Поверить не могу, что ты мне не сказал. Я твоя сестра, я должна была узнать первой!

Он приподнимает светлую бровь. — Ты не в том положении, чтобы попрекать меня скрытностью.

Удар ниже пояса.

— Твоя правда.

— Но на самом деле Холли хотела дождаться вчерашнего визита к врачу и УЗИ. Всё в порядке, так что мы решили рассказать.

Я киваю. — Мама и папа знают?

— Заезжали к ним перед этим.

Картер подходит и обменивается с Дорианом типичным мужским объятием — крепким, немного неуклюжим, но полным тепла. — Поздравляю, друг.

Я смотрю на них, и улыбка сама собой расплывается на губах.

— Похоже, мы оба пускаем корни, — заявляет Дориан.

Картер серьезно кивает.

Я молчу.

Это действительно то, что мы делаем?

Потому что с того места, где стою я, непонятно даже, идем ли мы в одном направлении. Как мы можем говорить о будущем, если он не может даже познакомить меня с родителями?

К нам подбегает высокая брюнетка. Её лицо напряжено, она нервно заламывает руки.

— Картер, — говорит она дрожащим голосом, — на кухне проблема. Там небольшой... пожар.

Картер вздыхает. — Сара, я не на смене. Уайатт не может разобраться?

— Без обид, босс, но он в стельку. — Сара указывает на Уайатта, который завис у стойки рядом с Аней, опрокидывая шоты текилы как простую воду.

Прекрасно. Наш «трезвый водитель» официально вышел из чата.

Картер ворчит как старый дед, затем бросает на нас извиняющийся взгляд. — Я сейчас вернусь.

Стоит ему скрыться из виду, как Зои подлетает ко мне, лавируя в толпе, пританцовывая в такт музыке. Она шутливо толкает меня бедром.

— Это было потрясающе! — говорит она с сияющими глазами.

— Что? Новость о ребенке? Да, это просто невероятно!

— И это тоже. Но я имела в виду поцелуй с Картером прямо на глазах у Остина и Мелани. У них были просто уморительные лица! А ты выглядела так, будто тебе вообще плевать. — Она отпивает глоток водки с черникой, и кубики льда в её стакане весело звякают.

Дориан оборачивается, оглядывая зал, и морщится. — Они здесь?

— Были... — уточняю я. — Картер сказал им, что мест нет.

— Отличный способ избавиться от мусора, — комментирует Зои. Затем она переводит взгляд на Дориана. — Я забираю твою сестру за заслуженным напитком.

И прежде чем он успевает хоть что-то возразить, она подхватывает меня под руку и утаскивает за собой.