Пепел на моих крыльях

Глава 25

/Альтана/

Столько лет я провела в медитации, погруженная в холодную тишину храма стихии Воздуха. Верила, что услышу голос Божественной сущности, Первозданного дракона. Но он молчал. Всегда.

А сейчас я мечтала лишь об одном — остаться наедине с тишиной. Шептал Ветер, проникая в мои мысли. Настойчиво твердила земля. Пугал и манил своей холодной ясностью свет. Мягко окутывала и сковывала мои мысли Вода. Шептал проклятья огонь, обжигая разум и сковывая сердце страхом. Где-то на границе сознания смеялась тьма, делясь со мной своей вечной болью.

Они знали, что я такое. Они открывали мне правду, связывая узами древнего пророчества. Их голоса, их шепот, их страхи заставляли меня подчиняться судьбе, лишая надежды. А вместе с ней — и улыбки.

И только его объятия приносили покой. С ним отступали все голоса, словно растворялись в его разрушающей магии. Это было так правильно. Каждую ночь я жадно тянулась к этому ощущению, словно ребенок, который ищет тепло в холодный, промозглый день.

Но с рассветом голоса возвращались, вновь напоминая мне о долге, о судьбе, о том, что пепельному дракону нет места в моей жизни.

Голоса окружали меня, они звенели в сознании, тянулись к душе.

«Последняя битва…»

«У тебя нет другого пути…»

«Уничтожь Гриморрака…»

«Принеси себя в жертву…»

«Впусти свой свет в самое сердце Бездны…»

«Сотри его существование изнутри…»

«Это твоя цена за силу, которую мы тебе дали…»

«Очисти землю и тогда драконы вернуться, а вместе с ними вернется и магия…»

Моя сила — чистая, пылающая, первозданная — единственное, что могло испепелить Гриморрака. Мне предстояло уничтожить его изнутри, чтобы возродить Эриолар — мир драконов.

«Пепельному дракону нет места в твоей жизни…»

«Не допусти эту связь…»

«Его присутствие принесет хаос…»

Они боялись. Боялись того, что его присутствие осквернит меня, исказит мою сущность, сделает меня недостойной той роли, которую они для меня выбрали. Они верили, что моя жизнь принадлежит им, а не мне. Я была наследницей древней силы, символом их надежд, и они не могли позволить мне сделать иной выбор.

Аш'Шарракс…

Я больше не смотрела ему в глаза.

Я знала, что ему не суждено стать частью моей судьбы.

Осталось только заставить себя принять волю высших сущностей. Подчиниться им.

Металлический привкус крови неожиданно заполнил рот, и только тогда я поняла, что прикусила губу, словно пытаясь сдержать крик. Я крепче сжала повод, чувствуя, как кожа натянулась под напряженными пальцами.

Конь Аш'Шарракса поравнялся с моей кобылой, сильные руки «дракона» обхватили меня за талию. Одно уверенное движение, и я уже сидела в его седле. Он прижал меня к себе и тихо прошептал:

— Ты отдаляешься от меня, Альтана, и это тревожит меня. Чтобы тебе не говорили эти голоса… не слушай их.

Я уткнулась лицом в его грудь, чувствуя, как крепкие объятия Аш'Шарракса защищают меня от всего, что терзало душу. Тепло его тела, ровное биение сердца — все это казалось таким настоящим, таким успокаивающим, что я больше не могла держаться. Слезы, которых я так старательно избегала, предательски потекли по моим щекам.

Я не могла оттолкнуть его, но и объяснить, почему поступаю так, словно разрываю нас обоих на части, не могла тоже. Я знала, что как только он поймет, что путь, который предначертан мне, не только уводит меня прочь от него, но и ведет меня к смерти, он… сделает все, чтобы остановить меня. Он будет бороться с судьбой, с Первозданными драконами, с самой Безной, если понадобится. Он не позволит мне принести себя в жертву, даже зная, что это единственный способ спасти мир драконов и вернуть магию.

Его гнев разрушил бы все вокруг, но не изменил бы пророчество. Мое предназначение уже было запечатлено в самой ткани мира.

Я почувствовала, как его руки крепче сжали меня, как в его дыхании появилось напряжение, словно он улавливал суть того, что я не могла сказать вслух.

— Альтана, что происходит?

— Голова раскалывается, — тихо призналась я.

— Эти голоса, о чем они говорят?

Я сжала его рубашку, стараясь удержать дрожь, которая пробегала по всему телу.

— Они не хотят, чтобы ты касался меня, — прошептала я. Это была лишь часть правды, крохотный осколок того, что терзало меня изнутри. Я не могла сказать ему больше, не могла рассказать, что эти голоса твердили о моей судьбе, которая должна была оборваться в темной глубине Бездны.

Я знала, что обманываю его, я не хотела причинять ему боль. Но сопротивляться воле Первозданных драконов было выше моих сил.

А он просто держал меня, позволяя быть слабой в этот короткий миг. И от этого было еще больнее.

За обедом я почти не чувствовала вкуса еды. Передо мной лежало жареное мясо какой-то птицы и лепешки, которые для нас приготовила пожилая хозяйка перед отъездом. Мясо было горячим, лепешки — холодными, но мои мысли блуждали где-то далеко, не позволяя сосредоточиться на еде.

Когда мы начали собираться в дорогу, Аш'Шарракс молча усадил меня на мою кобылу и протянул мне яблоко. Я замерла на мгновение, глядя на этот жест. Я знала, что он означает. Аш'Шарракс хотел завершить ритуал. Он считал, что это важно для меня.

Стараясь не встречаться взглядом с Аш'Шарраксом, я подобрала поводья и слегка толкнула кобылу в бока. Она тронулась с места, мягко покачивая меня в седле.

К вечеру мы добрались до довольно крупного города и нашли приют в одном из домов на окраине. Ужин был простым, но сытным, и вскоре мы разошлись по комнатам. Я не стала раздеваться, зная, что Аш'Шарракс останется рядом. Так и случилось. Через некоторое время он вошел, молча закрыл за собой дверь и лег рядом, притянув меня к себе.

Мы просто лежали в тишине, чувствуя тепло друг друга, слушая биение сердец. Это казалось почти умиротворяющим, пока он не накрыл мою грудь ладонью.

Сознание вспыхнуло болью. Множество голосов, громких и яростных, словно прорываясь сквозь барьер, заполнили мою голову. Я вскрикнула, обхватила голову руками, пытаясь сдержать их натиск.

— Альтана, — позвал Аш'Шарракс, заставляя меня сосредоточиться на звуке его голоса.

— Если эти голоса пообещают заткнуться, я не буду тебя касаться.

Они пообещали. Все и сразу.

— Они согласны, — прошептала я едва слышно.

Он приподнялся на локте, внимательно посмотрел на меня, а затем нежно поцеловал в висок. Его губы были теплыми, но взгляд — тяжелым. После этого он без лишних слов поднялся с кровати и, тихо открыв дверь, ушел, оставив меня наедине с тишиной, которая теперь казалась оглушительной.

/Аш'Шарракс/

Луна заглядывала в окно, ее холодный свет ложился бледными полосами на пол и стены, равнодушно наблюдая за происходящим внутри.

Они лежали в постели, и он обнимал ее, чувствуя ее тепло, ее хрупкость, но его мысли были совсем о другом. Ее молчание не давало ему покоя, как и то, что она избегала его взгляда. Она отдалялась. Точнее, ее отдаляли эти проклятые голоса — сущности Первозданных драконов, которые были против их связи.

Он не устраивал их? Из-за своей разрушительной магии? Из-за крови, убивающей все живое? Они пророчили ей в пару кого-то «достойного»? Дракона из храма Света? Огня? Ветра? Но ведь повелители стихий были мертвы. Тогда кого? Стража-потоков? Крылатого воителя или дракона-искателя?

Если хоть один из оставшихся в живых драконов посмеет посягнуть на нее, он убьет их всех без колебаний.

Она была только его.

Он наполнил легкие ее ароматом. Его ладонь скользнула выше, нежно накрывая ее грудь, желая пробудить в ней желание, которое сжигало его изнутри. Но внезапно она вскрикнула, обхватив голову руками, словно пытаясь сдержать боль.

Голоса. Они прорвались сквозь его щит, сквозь барьер разрушающей магии, которым он окружил ее.

Проклятье.

Он сжал челюсти и потянулся к своей разрушительной энергии, позволив ей окутать ее тело, уплотниться и принести покой. Его сила мгновенно вытеснила голоса, а вместе с ними и боль, но он знал, что это не решит проблему. Это лишь временное облегчение, передышка в войне, которую она вела внутри себя.

Желание защитить ее, подарить ей хоть мгновение спокойствия оказалось сильнее любого желания его тела.

— Альтана, — тихо позвал он. — Если эти голоса пообещают заткнуться, я не буду тебя касаться.

Она замерла.

— Они согласны, — прошептала она мгновение погодя.

Он приподнялся на локте, внимательно посмотрел на нее, словно пытаясь запомнить каждую черту ее лица, а затем нежно поцеловал в висок. Этот жест был тихим обещанием: он отступает, но лишь на время. Он найдет способ избавить ее от этих проклятых голосов, чего бы это ему ни стоило.

Он поднялся с кровати, тихо открыл дверь и вышел.

Ваэринэль. Эльф стоял за дверью, положив руки на рукояти мечей. Их взгляды встретились.

Гнев и злость разъедали его изнутри, как пламя, обжигающее разум и заглушающее все остальные мысли.

Вот только он боялся. Боялся, что даже Ваэринэль, не сможет помочь ему сейчас. Он боялся, что не сможет сдержаться и убьет его.

— Не спускай с нее глаз, — приказал он и направился в хранилище книг.

Хранитель книг был пожилым мужчиной, худощавым, с резкими чертами лица и цепким взглядом. Его строгое темное одеяние подчеркивало его положение, а посох, с которым он не расставался, был не просто опорой, а магическим оружием.

— Ты ведь понял, кто я? — тихо спросил Аш'Шарракс, глядя прямо в глаза хранителя.

Тот коротко кивнул.

— Тебе дороги твои книги?

Еще один кивок.

— Если вызовешь магов, от твоего хранилища останется только пепел, — сказал Аш'Шарракс.

Маг выпрямился, его взгляд стал жестче.

— Зачем вы здесь?

— Мне нужны все древние легенды, все, что связано с драконами, Бездной или древней тьмой.

Хранитель посмотрел на него, будучи не в силах скрыть своего удивления, но затем коротко кивнул и жестом указал на пустой стол.

Как низко он пал. Аш'Шарракс опустился на скрипучий стул в библиотеке и закрыл глаза рукой, пытаясь справиться с отвращением к самому себе. Он, Аш'Шарракс, сидит в городской библиотеке и договаривается с человеком! Узнают свои — умрут со смеху.

В Бездну все.

Он протянул руку к первому свитку, развернул его, прочитал. Бессмысленные слова. Взял второй. Третий. Его взгляд скользил по строчкам, а внутри все кипело. Эти «драгоценные» свитки оказались лишь стопкой жалких записей, криво переписанных кем-то, кто едва умел держать перо. Ошибок много, а смысла — совсем никакого.

Просидев до рассвета, он не нашел ни крупицы того, что искал. Ничего. Вспыхнувшая злость вылилась в действие — он сжал в руке очередной свиток, и тот рассыпался пеплом у его ног.

— Это все? — произнес он таким тоном, что даже стены, казалось, напряглись.

— Все, — ответил маг.

Аш'Шарракс тяжело поднялся, скрипнув стулом, и вышел из библиотеки.

Когда он вернулся в таверну, перед ним предстала удивительная картина, заставившая его замереть на пороге.

Зал таверны был простым, с низкими деревянными балками и грубой мебелью, в воздухе витал запах свежего хлеба и дыма. За одним из столов сидела Альтана с двумя эльфами, они заканчивали завтракать и тихо беседовали. В этой сцене было столько спокойствия, что все вокруг словно кричало, что ему здесь не место.

Ваэринэль сразу поднял взгляд. Альтана, уловив движение, тоже посмотрела на Аш'Шарракса, а затем на ее лице появилась теплая и благодарная улыбка.

Когда он сел за стол, перед ним тут же поставили горячий стейк с кровью. Не в силах оторвать взгляд от Альтаны, он с усмешкой произнес:

— Ты думала обо мне?

Она тихо хихикнула, прикрыв рот рукой, оба эльфа подозрительно притихли, заставляя его насторожиться.

— Завтрак для тебя заказал Ваэринэль, — наконец призналась она, едва сдерживая улыбку.

Аш'Шарракс бросил на эльфа такой убийственный взгляд, что тот тут же выставил перед собой руки, словно пытаясь отгородиться от этого молчаливого гнева, и быстро проговорил:

— Я не думал о тебе. Совсем, — произнес он ровным тоном, хотя в его глазах искрилась едва сдерживаемая насмешка.

Аш'Шарракс прищурил глаза, с трудом подавляя вспышку раздражения. Он не мог понять, когда именно произошел тот переломный момент, когда его перестали бояться?

Хмыкнув, он схватил стейк и, голодный как зверь, впился в него зубами.