Бойня

ДЕВЯТЬ

СЕНТ

Я наблюдаю за ней уже час. Адам написал мне, что она была здесь, на вечеринке. Его точные слова были:

«Твоя шлюха здесь. Убери её от меня».

Адаму похер на то, что Эштин станет моей избранной. Когда я сказал ему, что выбираю её, он даже глазом не моргнул. Адам знал, что однажды она достанется брату Пик. И мой день скоро наступит.

В десятый раз нажимаю кнопку вызова на своём телефоне и наблюдаю, как Эш нажимает «отклонить», прихлёбывая новый напиток. На данный момент я видел, как та выпила уже три. И она уже пьяна.

Я стоял в стороне и смотрел, как она пьёт со своей подругой, как они смеются и спотыкаются о собственные ноги. Это очень мило. Эш думает, что может оседлать моё бедро, кончить на него, а потом игнорировать меня как ни в чём не бывало.

Эштин никогда не сможет сбежать от меня. Больше нет. Как бы сильно ни хотел её, я никогда не давал ей об этом знать. А теперь собираюсь убедиться, что она понимает, насколько я серьёзен.

Я отправляю ей сообщение.

Я: Если ты не ответишь на мой звонок, я отхлещу тебя ремнём по заднице.

Эш смеётся со своей подругой, когда достаёт свой телефон из заднего кармана джинсов.

Глядя на свой текст, вижу, что она начинает печатать. Мой телефон пиликает.

Милая: Для этого тебе придётся дотронуться до меня.

Я ухмыляюсь и печатаю в ответ.

Я: Я могу трогать тебя сколько угодно. Просто не могу тебя трахнуть... пока.

Я смотрю, как Эш читает сообщение, а потом убирает телефон в задний карман. Скрипя зубами, когда она ничего мне не пишет, снова звоню ей. Меня сразу переводит на голосовую почту. Сучка отключила его.

Уже одиннадцать звонков.

— Мне понадобится ваша помощь, — щелкаю пальцами, подзывая Хайдина и Кэштона, которые разговаривают друг с другом рядом со мной.

Они оба кивают, даже не парясь о том, что это за хрень. Моя милая вот-вот узнает, что мы из себя представляем.

Я потягиваю свой напиток, наблюдая за ней в течение следующих двадцати минут. Эштин такая пьяная, и мне интересно, как та сюда попала. Конечно, Эш не была за рулём, и я знаю, что она приехала не с Адамом. Он уже свалил. У него сейчас какие-то дела с Лордами. Я не знаю, что именно, но это выглядит не очень хорошо. Это также не моя проблема. А вот его сестра — моя единственная забота.

Я не могу отвезти её в дом Лордов до окончания церемонии принесения клятвы. Поэтому мне придётся отвезти Эш к ней домой. Возможно, следующие три недели я проведу там вместе с ней.

Наблюдая, как Эш, спотыкаясь, уходит с вечеринки, я замечаю, как её подруга возвращается к столику за очередной порцией выпивки, в то время как Эштин идёт в противоположную сторону. Ей не следует разгуливать здесь в одиночестве. Я доверяю только пяти мужчинам на этой вечеринке. И двое из них пришли со мной.

— Пошли, — говорю я парням, следуя за ней.

Эш проходит мимо нескольких групп людей, костра, а затем направляется к машинам, припаркованным в поле. Подойдя к чёрному «Камаро», она пытается открыть пассажирскую дверь.

— Чёрт, — шипит Эштин, когда понимает, что дверь заперта. Повернувшись, она направляется назад, но я встаю на её пути, заставляя вскрикнуть, когда та ударяется о моё тело.

— Привет, милая, — говорю я, улыбаясь ей.

— Сент, — выдыхает Эш, переводя широко раскрытые глаза на Кэштона и Хайдина, которые стоят по обе стороны от меня. Затем оглядывает толпу, чтобы понять, насколько она далека от тех, кто может ей помочь. — Что ты... — Её взгляд становится жёстким. — Дом Лордов, ага! — Эш выпячивает бедра, уперев в них руки.

«Она такая милашка».

— Пойдём прогуляемся, — хватаю её за руку и оттаскиваю от машины.

— Я не думаю...

— Мне плевать, что ты думаешь, — перебиваю я её.

Эш пытается отстраниться, но я притягиваю её к себе. Наклонившись, обхватываю её ноги сзади и перекидываю через плечо. Затем отхожу подальше от вечеринки позади нас, к линии деревьев на противоположной стороне, где участники вечеринки превратили поле в парковку.

— Сент, — визжит Эштин, когда её руки касаются моей задницы. Она дёргает меня за джинсы, как будто это ей поможет. — Меня сейчас стошнит, — скулит Эш, подпрыгивая вверх-вниз.

— Тогда блюй.

Парни смеются, а Эш издаёт рычание, но её тело обмякает, больше не сопротивляясь. Я топаю по веткам в поисках подходящего места. К счастью, позади нас столько всего происходит, что света достаточно, чтобы видеть.

Найдя то, что мне нужно, я ставлю Эш на ноги, она немного покачивается.

— Держи её.

Толкаю Эштин к Хайдину, который обхватывает её сзади за шею. Она борется с ним, впиваясь когтями в его руку, а он смеётся над её бессмысленной попыткой вырваться.

— Успокойся, малышка. Мы не собираемся делать тебе больно... сильно, — говорит он ей, и Кэштон только смеётся, когда она испускает разочарованное рычание.

Я расстёгиваю ремень и киваю на дерево позади них.

— Подними её руки над головой, — приказываю я.

Хайдин затаскивает её под низко нависающие ветви двух деревьев. Кэштон хватает Эш за руки и поднимает их над головой, пока она брыкается и кричит. Я подхожу к ним и обматываю своим ремнём её маленькие запястья над низко свисающими ветвями дерева. Связав их вместе, я приподнимаю Эш на цыпочки.

— Сент?

Эштон запрокидывает голову и смотрит на свои связанные запястья над головой. Тянет за них, но не может освободиться. Ветки достаточно толстые, что, даже если бы она повисла на них, они бы не сломались.

— Что за хрень? — шипит Эш, свирепо глядя на меня.

— Я говорил тебе, что произойдёт, если ты не ответишь на мой звонок. — Эш не может сказать, что я её не предупреждал.

Она задыхается от борьбы с Хайдином и Кэштоном. Я протягиваю руку к Хайдину.

— Дай мне свой ремень.

Он ухмыляется, глядя на Эш, поднимает рубашку, расстёгивает ремень и вытаскивает его из петель.

Тихий стон срывается с её приоткрытых губ. Я облизываю свои. Мне не терпится попробовать её на вкус.

— Давай устроим тебя поудобнее, милая.

Шагнув к Эш, я расстёгиваю джинсы и стягиваю их с её загорелых и подтянутых ног. Снимаю их и бросаю Кэштону, который вешает их на шею.

Без предупреждения я просовываю палец под крошечные белые кружевные стринги и провожу им по киске. Когда чувствую, какая она влажная, ввожу палец в неё.

Эш двигает бёдрами, запрокидывает голову и стонет. Это самый сексуальный звук, который я когда-либо слышал.

— Сент, — выдыхает Эштин. — Не надо... пожалуйста...

— Всё ещё возбуждена, милая, даже после того, как кончила мне на бедро?

Она боится, что из-за меня у неё пойдёт кровь, если ещё не пошла. Но меня это не волнует.

Хайдин выпрямляется, скрестив руки на груди.

— Она кончила тебе на бедро? — приподнимает бровь Хайдин, наблюдая за тем, как её тело раскачивается взад-вперёд, пока я медленно дразню её клитор большим пальцем. — Это то, что я хотел бы увидеть.

— Расскажи ему, Эш. Расскажи ему, как ты скакала на моей ноге, словно похотливая сучка в течке.

Она делает глубокий вдох. Я улыбаюсь, когда Эш раздвигает ноги шире для меня. Не такой уж тонкий намёк на то, что она хочет большего.

— Ты умоляла кончить, не так ли?

— Да, — вздыхает она.

Я убираю руку с ткани, и её тело обвисает. Потянувшись вверх, хватаю её вязаный белый топ. Хватаю за воротник и разрываю материал спереди, обнажая два белых треугольника. Это тот же купальник, в котором Эш была на вечеринке у бассейна в выходные. Я сдвигаю купальник, открывая её сиськи тёплому ночному воздуху.

— Сент! — вопит Эштон, изо всех сил пытаясь высвободить связанные руки над головой и извиваясь из стороны в сторону.

Я хватаю её за твёрдые соски, притягиваю её тело к себе и прижимаюсь лицом к лицу Эш. Она тяжело дышит, и я чувствую запах корицы в её дыхании.

— Что я тебе говорил о застенчивости?

Эш хнычет, закрывая отяжелевшие веки.

— Они будут смотреть, как я трахаю тебя, милая.

Она распахивает глаза.

— Как только я воспользуюсь этим телом, они будут наблюдать за тем, что я с тобой делаю. Возможно, я даже позволю им поиграть с тобой.

Её красивые глаза наполняются непролитыми слезами, когда сильнее сжимаю соски. И держу её именно там, где хочу. Если бы только я мог трахнуть её пизду прямо сейчас. Это была бы идеальная ночь.

— Думаю, тебе бы это понравилось.

Она качает головой, шмыгая носом.

Я улыбаюсь.

— Всё в порядке, Эш. Мы все взрослые. Тебе нравится идея, что они оба трахают тебя? Или, может, тебе нравится, что мы втроём выебем тебя?

Эш снова шмыгает носом, и я отпускаю её сиськи, снова опуская руку к киске. Просовывая ладонь в её трусики, получаю ответ.

— Да ты промокла насквозь.

Я стягиваю трусики с её дрожащих ног и сжимаю его в руке.

— Открой пошире, — приказываю я и засовываю материал ей в рот, прежде чем она успевает подчиниться. Потом хватаю Эш за щёки, запрокидываю её голову, и с её губ срывается сдавленный крик. — Пора приступить к тому, зачем я тебя сюда притащил. Мне всё ещё нужно преподать урок твоей заднице. Ты же не хочешь, чтобы кто-нибудь видел, как тебя наказывают, не так ли?

Эш что-то бормочет сквозь стринги и пытается покачать головой.

«Так я и думал».

Она хочет, чтобы её испытали. Хочет, чтобы её трахнули. Но Эш всё ещё немного стесняется этого. И мне это нравится.

— Тогда держи это во рту, — отпускаю её лицо, и воздух вокруг нас наполняется тяжёлым дыханием Эш.

Я подхожу к ней сзади и оглядываю её задницу и ноги. Я писал на Эш раньше, и не уверен, видела ли она это.

— Кэш, сфоткай это, — поднимаю руку, жестом приглашая его встать рядом со мной.

Вытащив из кармана мобильник, Кэш посмеивается, фотографируя её привязанное тело, свисающее с ветвей дерева.

Я беру его сотовый и подношу к её лицу.

— Ты видела, что я с тобой сделал, милая?

Её слезящиеся глаза расширяются, и она бормочет какую-то херню в свои трусики, когда видит, что на нижней части её спины маркером написано «Сент», а под каждой ягодицей — «хорошая девочка».

— Я хотел убедиться, что ты помнишь, кому это принадлежит, — шлёпаю её по заднице и возвращаю телефон Кэшу.

— Итак, на чём мы остановились? А, да. Я звонил тебе сегодня одиннадцать раз, милая. Так что ты получишь одиннадцать ударов.

Она переминается с ноги на ногу, пытаясь освободиться, и мне нравится, как сопротивляется её тело.

Я беру ремень Хайдина, складываю его вдвое и бью её по заднице. Эш вскрикивает в свои стринги. Не в силах сдержаться, я снова провожу по верхней части её бёдер. Мне нравится, как мгновенно краснеет её кожа. Черные буквы выглядят ещё более заметными.

— Это два.

Эш задирает ноги, шлёпая пятками по бёдрам, пытаясь прикрыться от меня.

Я шлёпаю её по ягодицам, отчего они тоже краснеют. Она откидывает свою задницу назад, плотно сжимая ноги, и у меня появляется идея.

— Раздвинь ноги.

Её плечи начинают трястись. Когда она этого не делает, я снова шлёпаю по заднице.

— Сейчас же.

Слёзы падают с её ресниц, и я смотрю на Хайдина.

— Помоги ей.

Он расцепляет руки и встаёт перед ней. Эш извивается, пытаясь отпихнуть его в сторону. Но Хайдин широко раздвигает её ноги своими, наступая ботинками на внутреннюю сторону её босых ступней.

Я снова просовываю руку ей между ног, не в силах сдержаться.

— Охереть, милая. Твоя киска такая мокрая.

Я прижимаюсь к спине Эш и смотрю на людей, веселящихся неподалёку от нас.

— Что тебя возбуждает больше всего? Тот факт, что любой может подойти и застать тебя связанной и в моей власти? Или боль от моего ремня, пронзающего твою безупречную кожу?

Погружаю в неё палец, и она толкается в ответ.

— Или то, что Хайдин и Кэштон возбуждаются, наблюдая, как я тебя наказываю?

Из её заткнутого рта вырывается сдавленный стон, когда я вставляю в неё два пальца.

— Пусть они все увидят, как ты умоляешь меня позволить тебе кончить.

Я убираю пальцы, отступаю назад и ещё раз шлёпаю её по заднице.

Эш запрокидывает голову и кричит, но недостаточно громко, чтобы кто-нибудь услышал.

Хайдин встречается со мной взглядом, и я киваю, говоря ему, что он может отойти. Я могу заставить её получить то, что я хочу, но я бы предпочёл, чтобы она дала это мне. Чтобы подчинилась и повиновалась.

Встав перед ней, я беру Эш за щёки, и её отяжеливший взгляд встречается с моим. Слёзы градом катятся из её красивых голубых глаз.

— Ты будешь слушаться меня с этого момента?

Эш кивает изо всех сил, делая глубокий вдох через нос.

— Раздвинь ноги. Как можно шире, — приказываю я, проверяя её.

Шмыгая носом, Эш расставляет ноги, выгибая спину и выпячивая грудь вперёд. Её руки напрягаются над головой.

Я провожу ремнём по внутренней стороне её бёдер, нежно ударяя по киске, и Эштон с криком смыкает ноги.

Нахмурив брови, я цокаю.

— Разве я сказал, что ты можешь их сомкнуть?

Эштон закрывает глаза, новые слёзы катятся по её лицу, но она снова раздвигает ноги.

— Хорошая девочка, — говорю я, и она всхлипывает. — Держи их раздвинутыми, или я попрошу парней сделать это за тебя.

Я ещё раз ударяю ремнём по её пизде, и тело Эш дёргается. Затем делаю это снова, на этот раз сильнее, и она вскрикивает так сильно, что кусочек её трусиков выпадает.

— Нет. Нет, — засовываю трусики обратно, — в следующий раз, когда я заткну тебе рот, обязательно заклею твои губы скотчем.

Эш двигает плечами из стороны в сторону, пытаясь ослабить давление, и я снова ударяю ремнём по её пизде. Она вздрагивает, но в этот раз не издаёт ни звука. Эштон ожидала этого, поэтому я делаю это сильнее. Её бедра подрагивают. Я делаю это снова, ещё сильнее, чем в прошлый раз. Эш откидывает голову назад. Снова. На этот раз боль заставляет её кричать в стринги.

Внутренняя поверхность её бёдер и киска покраснели от ударов ремня. Я бы всё отдал, чтобы прямо сейчас опуститься на колени, закинуть ноги Эш себе на плечи и вылизать её киску.

Я отбрасываю ремень в сторону и просовываю руку ей между ног.

— Твою мать, Эш. Только посмотри на себя. Связанная и мокрая. — Эш двигает бёдрами, пытаясь оседлать мои пальцы, и я убираю их. — Это наказание, милая. Сегодня ты не кончишь.

Эштон плачет, слёзы катятся по её лицу на обнажённую грудь. Я подхожу к ней сзади, и она пытается оглянуться через плечо, чтобы увидеть, что я делаю, но её руки мешают.

— Так... на чём мы остановились? — шлёпаю ремнём по её заднице, продолжая напоминать ей, кому, чёрт возьми, она теперь принадлежит.

ЭШТИН

Я просыпаюсь со стоном. Мои бёдра болят, задницу жжёт, а киска набухшая. Я голая, но одна в своей постели.

Мысли о прошлой ночи возвращаются, и я зарываюсь лицом в подушку. Сент был на вечеринке. Он отвёл меня к деревьям, связал и отшлёпал ремнём. Хайдин и Кэштон наблюдали за этим. Это было унизительно, но я наслаждалась каждой секундой.

От звонка телефона я вздрагиваю, приподнимаюсь и вижу, что он лежит на моей тумбочке.

На экране высвечивается «Мой Лорд», и я закатываю глаза. Прошлой ночью кто-то залез в мой телефон и обновил свой контакт.

— Ал... — прочищаю горло. — Алло?

— Доброе утро, милая. — Голос Сента звучит у меня в ушах.

— Доброе утро, — бормочу я, потирая слипающиеся веки. Чёрт, мне нужна вода и что-нибудь поесть. Не говоря уже об обезболивающем. У меня раскалывается голова и болят запястья. Кожа вокруг них раздражена в тех местах, где они тёрлись о ветки деревьев, к которым меня привязали. Я не могла не сопротивляться, хотя и не хотела освобождаться.

Я чувствую жжение на заднице и бёдрах от ремня прошлой ночью. У меня всё болит. Убираю руку с лица и открываю глаза. Я кричу, когда вижу фигуру, стоящую в дверях моей комнаты.

— Господи, Сент!

Я бросаю свой мобильник в него и ложусь на спину.

— У меня болит голова, — говорю я, закрывая лицо руками, чтобы избежать яркого света, проникающего в комнату из окон. — Что ты здесь делаешь?

Я даже не удосуживаюсь посмотреть на него.

Кровать рядом со мной прогибается, и он отводит мои руки от лица.

— Я разочарован, милая, — говорит Сент.

— Я и раньше напивалась.

Я пытаюсь вывернуться, но он кладёт руку по обе стороны от моей груди, прижимая к кровати.

— Мне хотелось, чтобы ты проигнорировала этот звонок, чтобы я мог привязать тебя лицом вниз на кровати и снова отхлестать ремнём твою задницу.

Мои бёдра сжимаются при воспоминании о том, что он делал прошлой ночью. Я сглатываю, когда его взгляд опускается на мою грудь и пробегает по моему телу, напоминая, что я обнажена. Сент полностью одет в ту же одежду, что и прошлой ночью, давая мне понять, что он остался здесь, у меня дома, со мной.

— Я всё равно должен это сделать после того, что ты пыталась устроить прошлой ночью.

Мои широко раскрытые глаза встречаются с его.

— Что я сделала?

Я помню, как меня отшлёпали в лесу. После этого всё померкло. Кто знает, что я натворила.

— Мне потребовалось всё, что у меня было, чтобы помешать тебе отсосать у меня в машине, пока я вёз тебя домой.

Я не могу удержаться от смеха, и Сент приподнимает бровь.

— Забавно, да?

— Ты говоришь так, будто это плохо. — Я всё ещё смеюсь. — Хочешь сказать, что не хотел этого?

Он кладёт правую руку мне на лицо и наклоняется. Его губы почти касаются моих, и мой смех затихает. Я задерживаю дыхание, зная, что оно ужасно пахнет.

— Я не хочу ничего, кроме как трахнуть это прелестное личико, милая, — тихо говорит Сент, сверля меня взглядом. Он проводит пальцами по моим дрожащим губам. — И я собираюсь это сделать. Но когда я это сделаю, это будет не в машине, когда ты в стельку пьяная.

Прерывисто вздыхаю, и Сент садится, убирая руки. Я тоже приподнимаюсь и прислоняюсь спиной к спинке кровати.

— Ненавижу это, — шепчу я. — Так будет всегда?

Он вздыхает, проводя рукой по своему небритому лицу.

— У Лордов есть свои правила не просто так, — парирует Сент.

— Они не имеют никакого смысла, — рычу я.

— Они и не должны иметь для нас смысл. Мы просто должны им следовать.

Я закатываю глаза и склоняю голову, потирая виски.

— Осталось всего три недели, — напоминает он мне, и я фыркаю. С таким же успехом это может быть три года.

Звук моего телефона с сообщением привлекает наше внимание, и Сент встаёт, чтобы поднять его с пола, куда я его бросила. Он читает сообщение, а затем передаёт мне.

МАМА: Завтра в 3 часа дня. Я заберу тебя в 2:30. Будь готова.

— Да ну на хрен, — говорю я, бросая мобилу обратно на пол и ничего не отвечая.

— Что завтра в три? — спрашивает Сент.

Я переворачиваюсь на бок, лицом к нему.

— Терапия.

— Хочешь, я пойду с тобой? — спрашивает он, нежно убирая волосы с моего лица.

— Нет, — поспешно отвечаю я, и он хмурится. — Боже, нет. Ты сделаешь только хуже.

— Я просто хочу помочь.

— Знаю, но она просто попытается убедить тебя, что я шлюха, помешанная на сексе и просмотре порно.

А разве нет? Я позволила ему называть меня его шлюхой. Блядь, мне хочется быть для него кем угодно. Сент может называть меня как угодно, лишь бы позволял мне кончать. Мне даже нравится, что он не позволяет мне этого. Это делает всё гораздо более захватывающим и запутанным.

— Ты так говоришь, будто это плохо, — улыбается Сент, возвращая мне мои же собственные слова.

Я укрываюсь одеялом, натягивая его до шеи, внезапно стесняясь того, что я всё ещё голая, а он полностью одет.

— Ни одному мужчине не нужна шлюха, — говорю я.

Так говорят мне моя мама и её психотерапевт. Во всяком случае, не та, которая действительно получает удовольствие от секса. Мы должны заниматься сексом, потому что от нас этого ждут. Ты должен делать то, что тебе говорят, но в то же время ненавидеть это. Это всё долбанная игра разума, которую никто не должен разгадать.

Сент встаёт с кровати, и я поворачиваюсь к нему спиной. Я устала. Мне нужно больше спать, чтобы прошла головная боль. Сообщение от моей матери только усугубило боль. Зевая, закрываю глаза, но тут же распахиваю их, как только с меня сдёргивают одеяло. Я переворачиваюсь на спину, а колено Сента упирается в кровать рядом со мной. Он заводит мои руки за голову, и я вскрикиваю, дрыгая ногами, пока он фиксирует их на месте.

— Какого?..

Расположившись между моих ног, Сент легко раздвигает их, и я тяжело дышу, глядя на него.

— Сент, — выдыхаю я, дёргая руками. — Что ты делаешь?

— Давай проясним одну вещь, Эштин, — говорит Сент.

Обеими руками он хватает меня за бёдра и прижимает к кровати. Мягкая простыня подо мной причиняет боль моей заднице и бёдрам, по которым он прошёлся ремнём прошлой ночью.

— Нет ничего плохого в том, чтобы смотреть порно. Или хотеть секса. И уж точно нет ничего плохого в том, чтобы стать моей шлюхой.

От его слов у меня перехватывает дыхание. Напоминание о «хорошей девочке Сента», написанное маркером, заставляет мои бёдра плотнее обхватить его талию. Он может написать это у меня на шее, мне плевать. Пусть покажет моей маме, что хочет меня.

— Потому что я собираюсь сделать с тобой именно это.

Сент скользит рукой по моей тазовой кости и между ног.

— Они промыли тебе мозги, если ты веришь в это дерьмо.

Он проводит большим пальцем по моему клитору, и я со стоном приподнимаю бёдра с кровати.

— И хотя мне не нравится то, во что они заставили тебя поверить, я без проблем это исправлю. Итак, начиная с сегодняшнего дня, прямо сейчас, я собираюсь тренировать твоё тело и твой разум, чтобы ты стала моей шлюхой. И буду продолжать это делать. Ты меня понимаешь?

Я быстро киваю, пытаясь перевести дыхание.

— Скажи: «Я буду твоей маленькой грязной шлюхой, Сент».

Глубоко вдохнув, я шепчу:

— Я буду...

Сент обхватывает рукой моё горло, лишая меня дара речи и дыхания. Он опускает своё лицо к моему и говорит.

— Громче, Эш. Заставь меня, мать твою, поверить в это. — Сент садится, но оставляет руку на моём горле, хотя она больше не перекрывает мне доступ воздуха.

Я кашляю, делаю глубокий вдох, насколько это возможно, и выгибаю спину, поднимаясь с кровати.

— Я буду твоей маленькой грязной шлюшкой, Сент.

— Хорошая девочка, — удовлетворённо улыбается Сент. Убираю бёдра с его талии, когда Сент отпускает горло и встаёт с кровати.

Я лежу обнажённая со связанными над головой руками, а он роется в моей тумбочке. Сент достаёт вибратор, затем снимает ремень с джинсов. Сент продевает его под моими бёдрами и затягивает, сжимая кожу.

— Сент? — пытаюсь раздвинуть колени, но из этого ничего не выходит.

— Никакого проникновения, милая, — напоминает мне Сент, и я стону, мой клитор пульсирует.

— Тогда что ты делаешь? — удивляюсь я, выгибая спину.

— Ты будешь лежать здесь, привязанная к кровати, а я буду сидеть и смотреть, как ты кончаешь снова и снова. Мы собираемся научить тебя получать удовольствие от того, что ты кончаешь для меня, как хорошая шлюха, какой я хочу тебя видеть.

Повернув ручку вибратора, он помещает его между моих ног, поверх тазовой кости, и поворачивает ручку на максимум. Мои бедра приподнимаются, с губ срывается удивлённый возглас.

— Сент... — Я подтягиваю связанные ноги, сгибаю колени, убирая его руку с вибратором.

Он выключает его, и я падаю на кровать.

— Так не пойдёт, — бормочет Сент себе под нос.

Мне требуется секунда, чтобы прийти в себя, пока он выходит из моей комнаты, оставляя меня одну.

Я дёргаю руками и извиваюсь из стороны в сторону, пытаясь освободиться, но безуспешно. Кажется, что он оставил меня здесь на несколько часов, но Сент возвращается с верёвкой, свисающей с его руки, наверное, минут через пять.

Подойдя к краю кровати, Сент расстёгивает ремень на моих ногах, и я подтягиваю колени, пока он идёт к изножью кровати. Сент нагибается с другой стороны изножья и через секунду поднимается. Перегнувшись через кровать, он хватает меня за лодыжку и дёргает её вниз, отводя в сторону, обматывая верёвкой и завязывая её.

Я дёргаю ногой и обнаруживаю, что он каким-то образом прикрепил её к кровати.

— Сент... пожалуйста, — умоляю я, дёргая руками, когда слёзы начинают жечь мои глаза. Мне просто хочется прикоснуться к нему. Сорвать с него одежду и увидеть его обнажённым.

— Я знаю, Эш. Знаю, — говорит Сент, обхватывая мою вторую лодыжку и привязывая ее к противоположной стороне. Мои руки подняты над головой, ноги широко раздвинуты, когда он возвращается к краю кровати и садится рядом со мной.

Звук вибратора снова наполняет комнату. Он ставит его между моих раздвинутых ног. Я сопротивляюсь, пытаясь сомкнуть ноги, перекатываясь с боку на бок, но у меня нет другого выбора, кроме как принять его. Сент смотрит мне в глаза, пока я пытаюсь дышать во время первого оргазма, сотрясающего моё тело.

Мои губы приоткрываются, но ничего не выходит, когда я выгибаю спину над кроватью, дёргая за верёвки. Сент засовывает два пальца мне в рот и приказывает:

— Соси их.

Я обхватываю их губами и делаю то, что он говорит, моё тело дрожит, а на разгорячённой коже выступают капельки пота.

— Хорошая девочка, — хвалит он меня, и я моргаю, из глаз капают слёзы.

Сент начинает водить вибратором вверх-вниз по моему набухшему клитору, и я снова испытываю это ощущение. Пытаюсь покачать головой, но он засовывает пальцы ещё глубже в горло, заставляя меня подавиться.

— У тебя всё так хорошо получается, милая. — Его зелёные глаза смотрят на меня, и он улыбается.

Я моргаю, из моих глаз снова текут слёзы. Старательно посасываю его пальцы, когда он вынимает их у меня изо рта. Сент шлёпает меня по лицу, и мои бёдра сжимаются.

— Скажи это, Эш. Кто ты?

— Твоя, — выдыхаю я, пытаясь пошевелить бёдрами, чтобы избавиться от вибрации. Мне нужна секунда, чтобы прийти в себя, но он удерживает меня на месте.

Сент шлёпает меня по груди сильнее, чем по лицу, и мои бёдра выгибаются, а ощущение между ног становится всё сильнее. У меня перехватывает дыхание, и моё обнажённое тело покрывается холодным потом. Мои губы раскрываются в крике, но Сент снова засовывает пальцы мне в рот. И я обхватываю их губами, посасывая.

— Вот так, — улыбается мне Сент. — Соси их, милая. Это то, что делает шлюха.

Мои веки тяжелеют. У меня поджимаются пальцы на ногах, и перехватывает дыхание, когда я снова кончаю, ощущая его пальцы у себя в горле.