Бойня

ДВЕНАДЦАТЬ

СЕНТ

Я подъезжаю на мотоцикле к «Бойне» и набираю код, открывая кованые ворота. Затем еду по извилистой двухполосной дороге, пока деревья не расступаются, и «Бойня» не появляется в поле моего зрения.

За последнюю неделю я провёл здесь больше времени, чем хотел. Но что есть, то есть. Лорды очень строги в отношении того, что мы можем и чего не можем делать. И прямо сейчас я не могу отказаться от своих обязанностей, как бы мне этого ни хотелось. Особенно ради киски.

Мы с отличием заканчиваем Баррингтон, даже не посетив ни одного занятия. Потому что Лорды уже знают, где мы окажемся в реальном мире.

Есть судьи, врачи, адвокаты, учителя и сотрудники правоохранительных органов. Куда ни плюнь, у нас в штате есть Лорд. Просто некоторые из нас более успешны, чем другие. Всё зависит от вашей родословной и от того, какое место вы занимаете в мире Лордов.

Соскочив с мотоцикла, взбегаю по лестнице и проскакиваю через двойные двери, которые скрипят, возвещая о моём появлении.

Я направляюсь к лифту и поднимаюсь на седьмой этаж. Вхожу в офис братьев Пик.

— Вы хотели меня видеть, — говорю я мистеру Прайсу.

Он смотрит на меня из-за своего стола. К счастью, мистер Прайс здесь один. Иначе мой отец захотел бы знать, чем я занимаюсь. А я даже не знаю, какого чёрта мы делаем. Этим утром мистер Прайс прислал мне сообщение, чтобы я встретился с ним здесь. Один. Я не собирался отказывать ему, когда церемония выбора так близка.

— Мне нужно тебе кое-что показать, — говорит он, поправляя пиджак.

— Хорошо, — медленно произношу я.

— Но сначала хочу, чтобы ты понял, что не можешь действовать в соответствии с этим.

Я скрещиваю руки на груди.

— Сент, — рычит мистер Прайс. — Ты должен пообещать.

Что может быть такого важного, что он заставляет меня обещать? Конечно же, тот не воспринимает это дерьмо всерьёз? Что дальше? Заставит нас скрестить мизинцы, как будто мы маленькие девчонки, которые договариваются хранить тайну?

— Даю слово, — лгу я.

Я не соглашаюсь на всякое дерьмо, когда у меня нет всех фактов.

Вздохнув, мистер Прайс берёт пульт и включает телевизор, висящий на стене.

Я подхожу ближе, когда начинается воспроизведение видео. Комнату наполняют тихие всхлипывания Эштин. На видео видно, что она привязана к кровати, мои пальцы проникают ей в горло, пока Эш кончает на вибратор, который я держу между её дрожащих ног.

— Неужели ты думал, что я куплю ей дом, не установив внутри видеонаблюдение? — спрашивает мистер Прайс.

Я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Я не нарушил никаких правил, — говорю сквозь стиснутые зубы.

Тот факт, что он ежедневно наблюдает за своей дочерью в её комнате, должен вызывать отвращение. Но добавьте к этому тот факт, что тот также наблюдал за тем, как я её имею? Но, опять же, часть меня не очень-то и удивлена. В любом случае, он скоро увидит, как я трахаю Эш на глазах у публики.

— Я в курсе, — кивает он. — Но это видео рассказывает другую историю.

Мистер Прайс снова нажимает на кнопку воспроизведения, и на этот раз звука нет.

Но я вижу, как всё это разворачивается передо мной, как в фильме ужасов. Только это не по сценарию. Это реально.

Моё дыхание учащается, и я сжимаю руки.

— Нет, — с трудом выговариваю я, качая головой и не веря собственным глазам. Всё заканчивается, и телевизор выключается.

Я осознаю, что дрожу, когда рука опускается мне на плечо, и отпрыгиваю назад.

— Сынок, — говорит он. — Помнишь наш разговор у меня дома на днях?

Киваю. Это всё, на что я сейчас способен.

— Значит, ты знаешь, что делать?

Ещё один кивок.

— Ты сохранишь мой секрет, а я сохраню твой.

ЭШТИН

Я сижу на кровати с пустой бутылкой вина в руке и смотрю документальный фильм о серийном убийце, который за десять лет убил более пятидесяти человек. Моя первая мысль — он Лорд. Как в наше время такое количество убийств сходит ему с рук? Они должны знать, кто он, где был и кто его жертвы.

Это говорит о том, что они позволяют ему выйти сухим из воды. Или, может быть, детективы, расследующие дело, — Лорды, и им велено держаться позади. В любом случае, у кого-то из участников есть клеймо Лорда на груди.

Переключаю канал и попадаю на новости. Я подскакиваю на месте, когда вижу брюнетку. Ещё одна пропавшая девушка. Ей девятнадцать, и она только что поступила на первый курс колледжа. Последний раз мать видела её за обедом три дня назад. Тем же вечером мать позвонила ей, но она так и не ответила. Машина девушки также была брошена и пуста, с открытой дверцей со стороны водителя.

Показывают её мать и отца на пресс-конференции. Они держат в руках фотографию девушки. Мать слишком расстроена, чтобы говорить, и отец умоляет её вернуться домой. Если она у кого-то, чтобы просто отпустили её. Я ненавижу их за это. И её. Но какая-то часть меня мечтает, чтобы у меня была такая семья. Которой было бы не всё равно, если бы я пропала. Вместо этого моя семья отшвыривает меня в сторону, когда я не делаю того, что «требует» делать моё тело.

Моя дверь открывается, я оборачиваюсь и вижу, как в комнату входит Сент. Прошло три дня с тех пор, как я его видела. Ни звонка, ни сообщения, ничего. Это говорит лишь об одном — он был в «Бойне».

Мой отец поступает также с моей матерью. Уходит из дома. Потом возвращается домой, и мама кричит на него, пока он снова не уходит. Боже, это, должно быть, такая несчастная жизнь. Всегда такая несчастная или вынужденная притворяться. Неудивительно, что мама так это ненавидит.

— Чего ты хочешь, Сент? — спрашиваю я, поднося бутылку с вином к губам, но хмурюсь, когда понимаю, что она пуста.

Сент засовывает руки в карманы джинсов. Охренеть, он выглядит восхитительно. На нём белая футболка, армейские ботинки и чёрная кожаная куртка, что говорит о том, что он приехал сюда на мотоцикле. На голове у него кепка, надетая задом наперёд, из-под которой выглядывают тёмные волосы. Меня бесит, что Сент видел меня голой, а я его — нет.

— Насколько ты пьяна? — резко спрашивает он.

Я хмурюсь, гадая, не злится ли Сент на меня, и поэтому игнорирует. Что случилось с нашими тремя неделями обучения? Я с нетерпением ждала, когда меня свяжут и заставят кончить.

— Недостаточно пьяна.

Я швыряю бутылку на пол, и она катится по белому ковру, пока Сент не выставляет свой ботинок, чтобы остановить бутылку. Ну, реально, что ещё остаётся делать?

Сент опускает взгляд на пустую бутылку, а затем смотрит на меня.

— По-моему, ты выпила более чем достаточно.

Я встаю с кровати, и Сент оглядывает мои голые ноги. На мне только слишком большая футболка. Это его футболка. Она хранилась у меня несколько лет. Однажды Сент оставил её у моих родителей, после того как они с друзьями пришли к Адаму на вечеринку у бассейна. До сих пор я никогда не надевала футболку рядом с ним.

Протянув руку, хватаюсь за подол и стягиваю футболку через голову, отбрасывая в сторону. Сент приподнимает бровь, глядя на меня. За последние полторы недели я привыкла находиться рядом с ним обнажённой. Когда мужчина, в которого ты влюблена, раздевает тебя догола, связывает и возбуждает вибратором у тебя между ног, оставаясь при этом полностью одетым, у тебя больше не возникает желания прикрывать своё тело. А если добавить к этому те случаи, когда он раздевал перед своими друзьями... Сент был прав: скромность больше не имеет значения.

— Эштин. — То, как Сент прорычал моё имя, должно было послужить предупреждением, но всё, что это делает, — заставляет меня дрожать от предвкушения.

Я никогда не видела этого парня обнажённым, но всё, чего я хочу, — это чтобы Сент использовал меня.

— Что? — широко развожу руки в стороны. — Ты ведь здесь не просто так, верно? Чтобы поиграть со мной.

Сент качает головой и скрещивает руки на груди. У меня такое чувство, что он борется с желанием прикоснуться ко мне. По крайней мере, я так себе говорю. Мне хочется быть неотразимой. Хочется, чтобы он потерял контроль. Он так близко.

— Не сегодня, — наконец произносит Сент, не отрывая глаз от моей груди.

Облизываю губы, прежде чем выпятить нижнюю. Сент думает, что я пьяна, но я даже не близка к этому.

— Почему нет?

Прежде чем Сент успевает ответить, делаю вид, что спотыкаюсь, и падаю на него. Он обхватывает мои бёдра руками, и я обвиваю его шею. Приподнимаясь на цыпочки, я прижимаюсь губами к его губам и целую.

Сент отпускает меня, чтобы убрать мои руки со своей шеи, и отталкивает меня назад. Я распахиваю отяжелевшие веки и смотрю на него. Сент хмурится, как будто разочарован.

— Что ты делаешь, Эштин? — рычит он.

— Просто трахни меня, — говорю я.

— Эш...

Опускаю руки к его ремню и расстёгиваю его. Затем начинаю возиться с пуговицей на его джинсах и молнией.

— Эш! Прекрати, — рявкает он, отступая назад.

Я начинаю злиться.

— Какого хрена, Сент? Просто трахни меня уже.

— Я не могу этого сделать, и ты это знаешь.

Я закатываю глаза.

— Мы оба знаем, что у меня не пойдёт кровь, когда ты меня трахнешь. Так что просто сделай это сейчас.

— Я не могу, — говорит Сент сквозь стиснутые зубы. — И я сказал тебе, что позабочусь об этом.

— Ты не можешь сделать из меня девственницу, Сент! — Влепляю ему пощёчину. Мы оба знаем, что я девственница, но если у меня не пойдёт кровь, все подумают, что это не так. На данный момент ситуация безнадёжная.

Сент обхватывает меня рукой за горло, прижимает спиной к закрытой двери и наступает на меня. Прерывисто вздыхаю, когда его красивые ярко-зелёные глаза смотрят на меня, но я его не боюсь. Именно такой реакции я от него и хочу.

— Я собираюсь трахнуть тебя, милая. Раздену тебя догола, свяжу и трахну на глазах у всех в той комнате. Я буду унижать тебя, пока ты будешь плакать. Но не сомневайся во мне, Эш. Я заставлю тебя истекать кровью. Даже если для этого мне придётся причинить тебе боль, это произойдёт. Ты будешь принадлежать мне.

Мои бёдра сжимаются, пульс учащается под его крепкой хваткой. Сделать мне больно? Почему это звучит возбуждающе? У меня всё ещё болит после того, что Сент сделал со мной на кухне, когда мы виделись в последний раз. Это заставляет меня задуматься, как далеко он зайдёт, чтобы я осталась у него. Что бы это ни было, я готова принять это. Не могу представить себе жизнь без него.

— Я слишком долго ждал, чтобы достичь того, чего мы достигли, и слишком много сделал для Лордов, чтобы они могли вытурить меня сейчас, — выдавливает Сент сквозь стиснутые зубы.

— Они не узнают, — добавляю я. Мой голос едва слышен, потому что его рука крепко сжимает моё горло.

— Я буду знать, и этого достаточно, — рычит он.

Слёзы застилают мои глаза, и я прижимаюсь к нему бёдрами. Он твёрдый. Хотела бы я обладать такой же силой, как у Сента. Потому что сделала бы всё, что угодно, лишь бы он поставил меня на колени прямо сейчас.

— Но не строй иллюзий, милая. Как только ты станешь моей, я позабочусь о том, чтобы весь мир узнал об этом. Лорды или нет, но люди будут знать, что ты принадлежишь мне.

Он прижимается своим лбом к моему.

— А теперь будь хорошей девочкой, забирайся в постель и поспи. Тебе нужен отдых, Эш. Потому что, когда церемония клятвы будет завершена, ты его не получишь. — С этими словами Сент оттаскивает меня от двери и выходит из моей комнаты, захлопывая её за собой.