Бойня

ДВАДЦАТЬ

ЭШТИН

Я дрожу, глядя на обнажённую женщину в кресле. Она бьётся в конвульсиях, пока Кэштон держит её за волосы, а Сент клеймит ей затылок. Мои слезящиеся глаза расширяются, а сердце бешено колотится в груди. Как они могли так поступить с ней? Причинить боль невинной женщине только потому, что другой Лорд велел им это сделать?

Сент убирает клеймо. Кэштон отпускает голову женщины и её безудержно трясёт. Её налитые кровью глаза смотрят прямо на меня, как будто видит меня, и у меня по спине пробегает холодок.

Отталкиваюсь от стекла, отступая назад, и ударяюсь обо что-то... нет, о кого-то. Я напрягаюсь, и одна рука закрывает мне рот, а другая обхватывает мои руки, прижимая их к бокам.

— Ш-ш-ш, — шепчет мне на ухо чей-то голос, и я парализована, не в силах пошевелиться. С таким же успехом я могла бы быть в смирительной рубашке, как та женщина в соседней комнате. — Не издавай ни звука, малышка. Они тебя не видят, но могут услышать.

«Это Хайдин!»

Я моргаю, и слеза скатывается по моей щеке.

Хайдин убирает руку с моего рта, и я прерывисто вздыхаю. Потом оборачиваюсь, когда тот достаёт из кармана свой сотовый и смотрю, как он что-то печатает.

— Хай-дин? — шепчу я. Боже, надеюсь, он делает не то, о чём я думаю. Пожалуйста... нет.

Глаза Хайдина встречаются с моими, и он кладёт мобилу обратно в карман.

— Прости, Эш, — говорит он, и в его голосе нет ни капли раскаяния.

Сердце колотится в груди, когда я оглядываюсь через стекло и вижу, как Сент достаёт из кармана свой телефон. В горле у меня встаёт комок, не давая возможности сглотнуть. Сент отрывает ярко-зелёные глаза от экрана и смотрит прямо на меня, и у меня внутри всё сжимается.

Сент направляется к двери, а я бегу к той, что находится в комнате, где нахожусь. Она уже открыта. Я была слишком занята, наблюдая за тем, что происходит с женщиной, чтобы услышать, как Хайдин открывает её и присоединяется ко мне. Затем выскакиваю в коридор и бегу к лестнице.

Я добегаю до первого этажа и выбегаю наружу, в тёмную ночь. Меня трясёт, бок горит. Пытаюсь отдышаться. Это похоже на один из тех дурных снов, когда ты знаешь, что за тобой гонится что-то злое, но ты не можешь убежать достаточно быстро. Чуть не спотыкаюсь о ветку, лежащую на земле, и волосы прилипают к моему залитому слезами лицу, когда я отпихиваю с дороги ветки.

Я перепрыгиваю через ветку, но меня сбивают сзади. Вскрикиваю, когда меня толкают на неровную землю. Камни впиваются мне в грудь и живот. Меня дёргают и швыряют на спину, и рука закрывает мне рот. Я даю пощёчину тому, кто на меня навалился. Ничего не вижу, потому что волосы, прилипшие из-за слёз, закрывают больше половины моего лица. Я не могу дышать, когда его рука зажимает мне рот, поэтому пытаюсь высвободиться, впиваясь ногтями в его кожу, но это бесполезно.

Мои руки вырывают из рук мужчины и поднимают над головой, прижимая к земле. Я брыкаюсь ногами и выгибаю спину, но это бесполезно. Кто-то лежит на мне сверху, и он слишком тяжёлый.

Руку убирают от моего рта только для того, чтобы засунуть в неё какую-то тряпку, заполняющую щёки. Я плачу в неё, моё тело сотрясается.

— Ш-ш-ш, — мягко произносит чей-то голос. Мои волосы убираются с лица, а руки обхватывают мокрые щёки. — Ты в порядке, милая. Ты в порядке.

Сент лежит на мне. Я выгибаю шею и вижу, что Хайдин стоит на коленях над моей головой, прижимая мои руки.

Я всхлипываю.

— Ты в порядке, — повторяет Сент, и я качаю головой. — Я не причиню тебе вреда, Эш, но ты должна вести себя тихо.

Сент оглядывается через плечо, прежде чем снова встретиться со мной взглядом.

— Ты можешь это сделать?

Я быстро киваю, делая глубокий вдох через нос.

Он засовывает руку мне в рот и вытаскивает тряпку, и я всхлипываю.

— Ш-ш-ш, — Сент снова закрывает мне рот, — дыши глубже, милая. Давай, успокойся ради меня.

Я делаю глубокий вдох и смаргиваю навернувшиеся слёзы.

— Вот так. Хорошая девочка. Ещё раз, — тихо произносит он.

Мне удаётся сделать ещё один вдох через нос, и Сент медленно убирает руку с моего лица. Я облизываю влажные губы, и он улыбается мне.

— Ты в порядке. С тобой ничего не случится.

Хайдин отпускает мои запястья, и я прижимаю их к груди, пытаясь защититься от Сента.

— Отведи её домой, — начинает подниматься на ноги Хайдин. — Я прикрою тебя.

Он встаёт и уходит от нас, направляясь обратно к «Бойне.

— Пойдём.

Сент слезает с меня и, схватив за руку, поднимает на ноги. Я отшатываюсь от него, а он стоит передо мной, уставившись на меня. Смаргиваю новые слёзы, текущие по лицу, пытаясь устоять на дрожащих ногах. Он делает шаг вперёд.

— Эш...

Я делаю ещё один шаг назад.

Он поднимает руку и проводит по волосам.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что поняла...

— Не прикасайся ко мне, — удаётся выдавить из себя, несмотря на комок в горле.

Сент широко разводит руки.

— Ты не можешь здесь оставаться, милая. Я должен отвезти тебя домой.

Я качаю головой, обхватывая себя руками.

— Послушай меня, Эштин, — командует Сент таким резким голосом, что я вздрагиваю.

Я поднимаю слезящиеся глаза, чтобы встретиться с его тёмным взглядом.

— Или ты добровольно уйдёшь со мной, или я свяжу тебя, заткну твой прелестный ротик кляпом и вытащу из этого леса.

Вытащу? С верёвкой на шее? Кровь стучит у меня в ушах. Как я могла не знать, на что способен Сент? Как могла чувствовать себя в безопасности рядом с ним? Скольким женщинам он причинил боль? Убил? Что нужно сделать, чтобы Сент поступил также со мной? Помню, как отец говорил мне, что Сент должен сделать, если я не пролью за него кровь. До сих пор никогда не задумывалась об этом. Только по чистой случайности Сент не сделал со мной того, что только что сделал с той женщиной.

Сент протягивает руку и расстёгивает свой ремень, и моё сердце подпрыгивает в груди.

— Хоро-шо... хорошо, — сглатываю я. — Я пойду с тобой.

Если я позволю ему связать меня и заткнуть рот кляпом, у меня не будет ни единого шанса.

СЕНТ

Хайдин бросил мне ключи от своей машины, потому что меньше всего мне хотелось сажать Эш на мотоцикл, чтобы отвезти домой.

Она возвращается за мной к «Бойне», и мы садимся в его машину. Она шмыгает носом.

— Куда ты хочешь поехать? — спрашиваю я.

Я не могу отвезти Эш в дом Лордов, потому что мне нужно вернуться сюда, а я не хочу, чтобы она была там без меня.

— К себе домой, — шепчет она.

Не знаю, как много она видела. Хайдин только сообщил мне, что был с ней, а она была в комнате наблюдения. Я хочу спросить Эш, но предполагаю, что она всё видела, судя по тому, как отреагировала.

Протянув руку, касаюсь её бедра, и она подпрыгивает.

— Эш...

— Как ты мог так поступить с ней? — тихо спрашивает она.

Я вздыхаю.

— Мы не можем контролировать то, что приказывают нам наши отцы.

Это правда. Когда мы будем управлять «Бойней», у нас будет полное право голоса, но до тех пор мы будем делать то, что нам говорят.

— Как долго вы собираетесь держать её в таком состоянии?

— Без понятия. — Опять же, это зависит от её мужа. Это он привёз её связанной в своём багажнике.

— Что ещё наши папы заставят вас с ней сделать? — интересуется Эш.

Я провожу рукой по волосам.

— Они... — Я замолкаю, не в силах закончить фразу. Правда в том, что наши отцы её и пальцем не тронут. Это все остальные получат свой кусок. Не могу сказать, что мне жаль эту женщину. Она заслужила это. Невинных не отправляют в «Бойню».

— Это был её муж, верно? — шепчет Эш.

Я снова не отвечаю.

— А что, если она беременна? — тихо спрашивает она.

— «Бойня» — не место для ребёнка.

Это единственный возможный ответ на этот вопрос. Я не говорю, что это правильно, просто говорю, что если это так, то я не смогу спасти ни женщину, ни ребёнка. Это зависит от её мужа, поскольку именно он сдал её.

— Как он мог так поступить с ней? Он должен был защищать её.

— Лорды не женятся по любви.

Некоторые женятся, но это редкость, и она это уже знает. Эш просто пытается оправдать то, что видела.

Эштин больше не задаёт вопросов. Вместо этого она ещё глубже вжимается в пассажирское сиденье. Подъезжаю к её дому, и Эш выскакивает прежде, чем я успеваю открыть дверцу со стороны водителя.

— Эш? — окликаю её, когда она бежит к своему дому.

Подбегаю к ней сзади и хватаю за руку, поворачивая лицом к себе. Эш хнычет в моих объятиях, и я ненавижу то, как она боится меня.

— Ты в порядке, — говорю я и заставляю её посмотреть мне в глаза. — Я не причиню тебе вреда, хорошо?

Эш кивает, скрестив руки на груди, не веря ни единому моему слову. Я смотрю на дом, а затем снова на неё.

— Ты не можешь никому рассказать о том, что видела.

Её слезящиеся глаза встречаются с моими, но она ничего не говорит.

— Никому, Эш.

— Я пон...

— Не думаю, что ты понимаешь, — говорю, крепче сжимая её предплечья. Эш пытается вырваться, но я продолжаю крепко держать. — Никому. Ни единой душе.

— Я понимаю, — огрызается Эш, отстраняясь от меня, и я отпускаю её.

С тяжёлым вздохом наблюдаю, как она отворачивается от меня. Взбегает по ступенькам дома и захлопывает входную дверь.