Бойня

ДВАДЦАТЬ ШЕСТЬ

ЭШТИН

Я просыпаюсь от того, что Сент стаскивает с меня одеяло.

— Сент, — стону я, поворачиваясь к нему спиной, пока он стоит рядом с кроватью. — Я устала.

Он не давал мне уснуть почти всю прошлую ночь. Я так устала и хочу сегодня просто полениться. Не то чтобы мне было куда пойти или чем заняться.

После того как Сент заклеймил меня, он ждал неделю, прежде чем прикоснуться ко мне в сексуальном плане. Это была самая длинная неделя в моей жизни. С тех пор я каждый день умоляла его трахнуть меня. Мама была права, я стала зависимой от секса. От того, как он трахает меня на своём матрасе, обхватив руками за шею. Это останавливает мой разум от безумных мыслей о том, что будет дальше.

Когда он делает меня своей хорошей девочкой, я становлюсь важной, потому что принадлежу ему. Моё предназначение — служить ему. Его губы касаются моих, и у меня перехватывает дыхание. Его руки касаются меня, и я горю. Он связывает меня и трахает, как никчёмную шлюху, а потом обнимает, пока я плачу. Я никогда в жизни не была так высоко и так низко в течение нескольких секунд. Голова болит от одной мысли об этом.

— Вставай, — шлёпает Сент меня по заднице. — Мы уходим.

Я сажусь, сердце бешено колотится, и я мгновенно просыпаюсь.

— Уходим?

Он улыбается мне.

— В смысле уходим из «Бойни»?

Нет. Должно быть, я неправильно его поняла. Я не могу уйти отсюда. По крайней мере, так мне говорили. Мой брат до сих пор в розыске, как и мой отец. Я даже не знаю, что случилось с телом моей матери. Никто не говорит мне ничего, когда я спрашиваю. Мне постоянно снится сон, что они сжигают её тело посреди леса, и мой отец — тот, кто поджигает его.

— Ага. — Сент открывает тумбочку. — Но сначала мы должны тебя подготовить.

Я хмурюсь от его слов.

Он хватает меня за руку, стаскивает с кровати и разворачивает лицом к себе.

— Наклонись, ложись грудью на кровать, — приказывает Сент.

Я не задаю ему вопросов. Потому что слишком хочу выбраться отсюда. Мне нравится быть здесь с ним, но я бы хотела, чтобы это было наше место и при других обстоятельствах. И хотя благодарна ему за то, что он спас меня, я не чувствую себя здесь в безопасности. Но, к счастью, мне не пришлось наблюдать за тем, как кого-то пытают, и мой сеанс психотерапии на этой неделе был таким же, как и раньше — я сидела и отказывалась отвечать на вопросы о моей сексуальной жизни.

Я пыталась перестроиться на то, что мы с Сентом отдыхаем в глуши, и никто не может нас найти.

Вытянув руки над головой, я лежу на краю кровати, вдыхая запах чистых льняных простыней. Моя рана прекрасно зажила и больше не болит. Время от времени я шевелюсь и вспоминаю, что клеймо там, но в основном всё в порядке.

Он широко раздвигает мои ноги, вставая между ними. Я подпрыгиваю, когда чувствую его пальцы на своей киске.

— Сент, мне так больно, — напоминаю я ему.

— Я знаю, милая. — Его пальцы пробегают по моей набухшей киске к заднице, размазывая то, что я распознаю как смазку. — Просто расслабься. Ты можешь сделать это для меня?

— Да, — говорю я, делая глубокий выдох.

— Хорошая девочка, — хвалит Сент, засовывая палец мне в попку. Я стону, вцепившись руками в простыни. Он вводит его в меня и вынимает, пока я не начинаю раскачиваться на нём взад-вперёд.

— Вот так. — Свободной рукой он нежно поглаживает меня по спине. — Приятные ощущения, правда, милая?

— М-м-м... — стону я. Мои веки слипаются от усталости.

Он добавляет второй палец, и я всхлипываю. Сент не даёт мне времени привыкнуть к ним, прежде чем вводит третий.

Я вскрикиваю, приподнимаясь на цыпочки.

— Сент.

Я пытаюсь встать, но его рука на моей спине толкает меня вниз, удерживая на месте.

— Почти на месте, Эш. Так близко.

Я зарываюсь лицом в матрас, выпячивая перед ним задницу, и он вытаскивает пальцы как раз в тот момент, когда я думаю, что больше не могу задерживать дыхание. Выдохнув, расслабляюсь, но это ненадолго, так как чувствую, как что-то твёрдое и холодное прижимается к моей заднице. Я снова вскрикиваю, и Сент вставляет анальную пробку на место, заполняя мою задницу, и это напоминает мне о церемонии принесения клятвы.

— Хорошая девочка.

Я чувствую головку его члена у своей киски.

— Сент, мне нужно пописать...

— Ты можешь потерпеть, — возражает он, и слёзы застилают мне глаза от жгучего ощущения того, как он растягивает меня. Я такая чувствительная. Он хватает меня за руки и заводит их за спину. Зафиксировав их на месте, он трахает меня. Жёстко и быстро. Его тело бьётся о моё.

Я понимаю, что это для него. Я не успею кончить.

— Я чувствую пробку в твоей заднице, — стонет Сент. — Блядь, милая. — Его колени раздвигают мои шире, и он берёт мои руки в одну свою ладонь, а другой хватает меня за волосы и вдавливает лицом в простыни.

Я пытаюсь дышать, но у меня ничего не получается. Мои руки борются с его хваткой, но это бесполезно. И, честно говоря, я не хочу, чтобы он останавливался или ослаблял хватку. Мне нравится борьба. Моя беспомощность перед его силой и мощью. Я шлюха для него.

От его стонов я слабею. Сжимаю свою влажную киску, и Сент резко подаётся вперёд, прижимаясь ко мне всем телом, когда я чувствую, как его член пульсирует внутри меня.

Через секунду Сент поднимает мою голову, и я хватаю ртом воздух, а перед глазами всё плывёт. Он отпускает мои руки, наклоняется и целует меня в мокрую от слёз щёку.

Я дрожу, когда Сент хватает меня за руку и заставляет встать. Поворачивая меня к себе лицом, он обхватывает рукой моё горло, заставляя меня выгнуть шею, чтобы посмотреть на него. Его зелёные глаза изучают мои, пока он говорит.

— Как ты себя чувствуешь?

— Неудовлетворённой, — честно отвечаю я, и мои колени дрожат.

Ухмылка появляется на его идеальных губах, прежде чем он наклоняется и прижимается к моим губам. Я открываюсь для него, желая, чтобы он поглотил меня. Проглотил мою грёбаную душу и сделал меня своей слугой. Сент — это всё, что у меня осталось. В течение одной ночи я потеряла всех, кого когда-либо любила. Но никто из них не любил меня. Не так, как Сент. Я жалею, что убежала от него после того, что он сделал с той женщиной здесь, в «Бойне». Я совершила ошибку, и он прав. Сент никогда бы не причинил мне боль. Не так.

Замедляя поцелуй, Сент отстраняется, и я открываю отяжелевшие глаза, чтобы посмотреть на него. Его рука опускается с моей шеи на грудь, и он играет с моими твёрдыми сосками.

Я прижимаюсь к нему всем телом, постанывая, и чувствую, как его сперма вытекает из моей отчаявшейся киски.

— Пожалуйста, Сент? — всхлипываю я, когда от боли у меня перехватывает дыхание.

— Тебе придётся поработать для этого, милая, — дразнит меня Сент, и я стону.

— Всё, что угодно, — отвечаю я, готовая упасть на колени, и он посмеивается надо мной.

— Знаю. — Он отпускает меня и отстраняется. Мне хочется закричать. — Давай тебя оденем.

Сент оставляет меня стоять и идёт к своему шкафу. Пару дней назад он зашёл ко мне домой и забрал кое-что из моей одежды. Но, честно говоря, мне ничего не было нужно. Я всё время сидела взаперти в его комнате. После того что видела в прошлый раз, когда была здесь, я не спорю и не выхожу, когда Сент говорит мне оставаться на месте. Я не доверяю здесь никому, кроме него, Хайдина и Кэштона.

Сент возвращается через секунду и помогает мне надеть облегающее боди. Оно чёрное, с высоким вырезом и длинными рукавами. Он разворачивает меня и застёгивает молнию. Я никогда его не надевала, потому что у него нет застёжек, чтобы было удобно пользоваться туалетом. И давайте посмотрим правде в глаза: когда ты выходишь и пьёшь, тебе нужна вещь с лёгким доступом.

— Иди заплети волосы, — шлёпает он меня по заднице. — Пока я возьму ещё пару вещей.

Я иду в ванную, прекрасно осознавая, что у меня в заднице пробка, а его сперма стекает на боди. Он даже не позволил мне надеть нижнее белье.

Я провожу расчёской по волосам, затем откидываю их в сторону и быстро заплетаю косу. Неидеально, но достаточно хорошо. Закончив, я снова возвращаюсь в его комнату. Его правая рука опущена, и в ней он держит что-то чёрное и кожаное. Я вижу пряжку и отверстия, проделанные в ремешках.

— Иди сюда, милая, — мягко приказывает Сент. Нежность в его голосе заставляет меня дрожать от желания. Я готова позволить этому человеку сделать со мной всё, что угодно. Я доверяю ему свою жизнь. Он спас меня. Моя жизнь всегда была не самой лучшей, но сейчас она превратилась в дерьмо. Мне не для кого и не для чего жить... кроме как для него. Сент — мой спаситель, а я — его маленькая грязная шлюха, которая будет подчиняться без раздумий.

Шагнув вперёд, я встречаюсь с ним взглядом. Сент протягивает свободную руку и проводит большим пальцем по моим дрожащим губам.

— Открой, — приказывает он.

Я раздвигаю губы так широко, как только могу, и он засовывает мне в рот кляп. Я достаточно разбираюсь в кляпах, чтобы понять, что это кляп-кольцо с открытым ртом, по ощущению из жёсткой кожи, которая находится за моими верхними и нижними зубами. Это заставляет мой рот широко раскрыться, заставляя меня хныкать.

Прозрачный пластик закрывает нижнюю часть моего лица и окружает открытый рот, когда он туго затягивает его сзади и застёгивает. Я резко вдыхаю через нос, и Сент затягивает второй ремешок у меня под подбородком. Он сдавливает мне лицо, и я быстро моргаю, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

— Ты будешь носить это, пока мы гуляем.

Мои глаза расширяются от понимания, и я качаю головой. Я не могу появиться на людях в таком виде. О чём он думает? Я начинаю бормотать что-то неразборчивое и протягиваю руку, пытаясь высвободиться.

Сент хватает меня за запястья и опускает руки вниз.

— Не волнуйся, Эш. Никто тебя не увидит.

О чём он говорит? Он же сказал, что мы уходим из «Бойни».

Взяв что-то с кровати, Сент кладёт это в мой открытый рот, и я собираюсь отступить, отстраниться, но он хватает меня за затылок, удерживая на месте.

— Дыши носом, милая, — говорит он, и я чувствую, как предмет у меня во рту становится больше.

Паника сжимает мою грудь, когда я ощущаю вкус резины. Кажется, что с каждой секундой он становится всё больше, заполняя мой рот и прижимая язык.

— Ты отлично справляешься, Эш, — уверяет он меня и обхватывает моё лицо обеими руками. — Как только мы доберёмся до места. Я выну кляп.

Моргаю, слёзы застилают мне глаза, пока я напоминаю себе, что нужно дышать через нос.

— Ты выглядишь великолепно, милая, — улыбается Сент, и я чувствую бабочек в животе. Прижимаюсь к нему, и мои веки тяжелеют, когда я стону из-за кляпа, заполняющего мой рот. Как бы мне хотелось, чтобы это был он. — Такая красивая шлюшка, — хвалит он, а я пытаюсь сглотнуть слюну, которая скапливается в горле.

Пластик вокруг моего рта уже кажется скользким от слюны, которую я не могу проглотить. Надувной кляп слишком велик для моего рта, и когда я пытаюсь его вытащить, он не пролезает в кольцо, которое находится у меня за зубами. Я бессильна. Всё, что я могу сделать, — это захлебнуться слюной.

— Сядь, — приказывает Сент, и я опускаюсь обратно на край кровати. — С тобой всё будет в порядке. Никто тебя не увидит. Кляп, очевидно, не даст тебе говорить.

Он ухмыляется, засовывая мои ноги в джинсы. К счастью, у меня уже была повязка с прошлой ночи, так что джинсы не будут раздражать. Как только они надеты, Сент берёт шлем, и моё сердце бешено колотится, когда я понимаю, что мы собираемся прокатиться.

Сжимаю пробку, которая находится глубоко внутри. Сент надевает шлем мне на голову и застёгивает ремешок на подбородке, фиксируя.

Он смотрит на меня и улыбается, прежде чем опустить визор. Звук моего тяжёлого дыхания заполняет мои уши, а из уголков губ начинает течь слюна. Кожаные ремешки врезаются мне в щёки и голову из-за того, что шлем очень тесный.

— Поехали, милая.

СЕНТ

Я беру её мотоботы и перчатки и провожаю вниз. Мы с Эштин остаёмся здесь с тех пор, как Тайсон сообщил мне о ней, а парни живут в доме Лордов. Как бы я ни хотел, чтобы они были здесь, чтобы была дополнительная помощь для её защиты, мы должны продолжать жить, как ни в чём не бывало. Мы должны закончить наш выпускной год. Хотя мы никогда не ходим на занятия, мы всё равно должны вести себя так, будто ничего не изменилось.

Войдя в гараж, я вижу, что парни уже сидят на своих мотоциклах. Они смеются друг над другом.

Они поворачиваются к нам лицом, и Кэш ухмыляется.

— Смотрите, кто выходит, — говорит он Эштин и улыбается, когда она ничего не говорит.

Для этой поездки ей не нужно было затыкать рот кляпом, но у меня есть на неё план. И готов поспорить, что её пизда сейчас мокрая насквозь. И я имею в виду не только от моей спермы. Эштин из тех женщин, с которыми нужно иметь воображение. Ей не нравится миссионерская поза или секс по-быстрому по утрам. Эш наслаждается прелюдией, унижением, похвалой. Ты должен удивить её. Держать в напряжении. Ей нужно, чтобы над ней доминировали. Мне нравится, что она позволяет мне делать с ней всё, что я захочу. У меня бесконечное количество идей, как заставить её возбудиться и умолять, чтобы её трахнули.

Я беру шлем, застёгиваю его и сажусь на мотоцикл. Потом поднимаю подножку и оглядываюсь через плечо. Кэштон и Хайдин надевают шлемы и готовятся к поездке.

Эш кладёт руку мне на плечо и дважды хлопает по нему. Это её молчаливый вопрос, готов ли я к тому, чтобы она села, поэтому я киваю. Эш запрыгивает на мотоцикл, и, клянусь, что слышу её стон у себя в ухе. Во всех наших шлемах есть наушники, чтобы мы могли слышать друг друга. Даже в том, который я надел на неё.

Я завожу мотоцикл и чувствую, как она наклоняется и кладёт руки на чёрный бак.

Я представляю, как её задница сжимает пробку, а изо рта текут слюни. Ебать, какой же у меня сейчас стояк.

— Поехали, — кричу я в шлем и включаю передачу, заводя двигатель.

Кэштон выезжает первым, затем Хайдин. Я следую за ним. Как только мы выезжаем из гаража, они притормаживают, чтобы я мог опередить их. На всякий случай, если с нами что-то случится, я хочу, чтобы они были позади меня и могли это видеть. Парни знают, что нужно добраться до неё первыми. Мы выезжаем на дорогу, и до моих ушей доносится хныканье, заставляющее меня усмехнуться.

— Хорошо себя чувствуешь, сладкая попка? — спрашивает Кэштон, и Хайдин хохочет, когда Эш не отвечает.

Я тянусь назад, кладу руку ей на бедро и слегка сжимаю. Эш устраивается у меня на спине, и я знаю, что она откидывает назад свою задницу, точно так же, как она делала, когда сидела верхом на моём бедре той ночью в своей комнате. Она хочет ощутить вибрацию мотоцикла на своём влагалище. Её сиськи прижимаются к моей спине, и я слышу резкий вдох.

— Блядь, Эш. Ты собираешься кончить на этом мотоцикле? — спрашивает Хайдин.

Она шмыгает носом, и я понимаю, что у неё потекло из носа. Хочу, чтобы её мысли были заняты возможностью того, что я собираюсь с ней сделать. Что бы она ни придумала, это даже близко не подойдёт.

— Она не собирается отвечать вам, парни, — наконец заговариваю я и чувствую, как она напрягается, прижимаясь ко мне.

— Она злится на тебя? — спрашивает Кэш.

— Нет. У неё кляп во рту, — отвечаю я.

Их смех заполняет мои уши.

— Если бы ты хотела пососать что-нибудь, тебе нужно было бы только сказать мне, — шутит Хайдин. — Ты же знаешь, что я всегда готов позволить тебе попускать слюни на мой член, малышка.