Бойня

ПЯТЬДЕСЯТ ТРИ

ЭШТИН

— Мне нужно в туалет, — говорю я, проклиная себя за то, что не воспользовалась им, когда была там минуту назад.

Сент смотрит на меня и отступает в сторону. Его молчаливый способ сказать мне, что я могу пойти без присмотра.

«Как мило с его стороны».

У меня нет ни сотового, ни денег. Они не боятся, что я сбегу. Что я вообще скажу копам, когда они спросят, почему у меня на груди закреплена такая фигня? «Ага, ну, это чтобы я не сняла бюстгальтер с шипами, который на мне надет». Ага, они бы меня сразу скрутили.

— Возвращайся скорее, — приказывает Сент, прежде чем отвернуться от меня, чтобы поговорить с Хайдином. Кэштона больше нет с нами, и я не знаю, куда он делся.

Оттолкнувшись от стены, я иду по коридору сквозь толпу людей и направляюсь к туалету, мимо которого мы прошли ранее.

Я заворачиваю за угол и оказываюсь в конце другого коридора. На противоположной стене вывеска с указанием женского и мужского туалетов. Под вывеской спиной ко мне стоит мужчина. Он держит обе руки на стене по обе стороны от головы и смотрит вниз.

Опустив глаза, я вижу пару чёрных туфель на высоком каблуке с открытым носком. Он закрывает мне вид на девушку. Но я точно знаю, кто он.

Это Кэштон. Его выдают тёмные татуировки на костяшках пальцев на фоне белоснежной стены. Рукава его чёрной рубашки закатаны, и я могу разглядеть нижнюю половину татуировки монахини. Кэш отступает назад, давая женщине, которую загнал в угол, немного пространства, и она направляется в туалет, но он протягивает руку, хватает её за локоть и прижимает к стене рядом с женским туалетом.

Снова прижимаясь к ней, Кэш прижимается лицом к правой стороне её шеи. Теперь я вижу их обоих в профиль, но по-прежнему не вижу лица женщины.

Кэштон опускает руку на её ногу, и поднимает, оборачивая вокруг своего бедра, и скользит рукой по её подтянутому и загорелому бедру, прежде чем исчезнуть под платьем. Её тихий стон доносится до меня.

Её руки в его волосах, красные ногти царапают его кожу головы, пока Кэштон посасывает её шею. Женщина выгибает спину, отталкиваясь от стены, и у неё перехватывает дыхание. Её бёдра прижимаются к нему. Нетрудно догадаться, что он ласкает её пальцами, и я завидую этой сучке.

Мне было стыдно признаться Сенту, что меня завело то, что я увидела. И я была слишком смущена, чтобы сказать ему, что хотела бы попробовать. Я знаю, Сент никогда бы меня не осудил, но дело скорее в том, что, если я попробую, и что, если нам придётся остановиться, потому что я не выдержу? Ненавижу чувствовать себя слабой.

Кэш двигает головой, проводя губами по её шее в другую сторону, заставляя голову женщины наклониться ко мне. Я ахаю, поднося руки к рту, когда её глаза открываются и встречаются с моими.

Женщина вскрикивает, отталкивая его от себя.

— Что за хрень?..

— Боже мой, — кричит она, обрывая его, и бежит ко мне.

Я стою, как приклеенная к полу, когда она бросается на меня. Женщина поднимает руки, обхватывает меня за плечи и сжимает. От этого движения шипы впиваются мне в грудь, и от боли и удовольствия, которые оно приносит, у меня перехватывает дыхание.

Если она это замечает, то игнорирует. Хватая меня за плечи, она отстраняется, но продолжает держать меня.

— Девочка. Где ты, чёрт возьми, была? Я звонила тебе. Писала. Я даже пошла к тебе домой и разбила раздвижную стеклянную дверь. Соседи вызвали копов.

Она драматично закатывает свои красивые глазки.

— Меня не арестовали, но я подала заявление о твоей пропаже. Конечно, разбитое стекло на полу в гостиной помогло делу. Джеймса там не было. Ублюдок. Я думала, он тебя убил. Боже... — вздыхает женщина, и на её лице расцветает широкая улыбка. Её глаза наполняются слезами облегчения, и мои тоже начинают щипать. Никто никогда так не заботился обо мне. — Я так рада тебя видеть. Какого хрена ты делаешь в Нью-Йорке?

Я не отвечаю, не в силах сформулировать предложение. Что она здесь делает? Целуется с Кэштоном? Как моя подруга связана с Лордами? У меня возникает мысль, и я чувствую тошноту в животе. Она сказала им, где меня найти? Она рассказала Хуку обо мне? Конечно, нет. Я не знала, что они как-то связаны.

Нет. Она слишком рада меня видеть. И она не знала о моём прошлом. Но я только что видела, как Кэш ласкал её пальцами.

— Чёрт, не могу передать, как рада тебя видеть.

Она снова обнимает меня. Мои руки остаются опущенными по бокам, и она стискивает меня ещё раз, и от шипов моя киска сжимается.

Я заглядываю ей через плечо и вижу, что Кэштон всё ещё стоит у стены, скрестив руки на груди, и смотрит на меня своими жёсткими голубыми глазами. Он зол на меня. Какого фига я сделала?

— Пора уходить.

Я замираю, услышав голос Сента за спиной.

— Ты что ещё за хрен? — рявкает Жасмин, отстраняясь и беря меня за руку. Она поворачивает меня лицом к Сенту и Хайдину.

Сент тянется ко мне, и Жасмин обнимает меня за плечи.

— Она никуда с тобой не пойдёт.

Сент делает шаг вперёд, и Кэштон говорит:

— Жасмин...

Но он замолкает, когда кто-то присоединяется к нам. Тёмно-синие глаза встречаются с моими.

— Братья, — приветствует мужчина их. Затем кивает мне. — Эштин.

— Её зовут Бриттани, Боун. Боже, она работала на тебя, ради всего святого. Думаю, ты должен знать её имя, — вздыхает Жасмин, хватает меня за плечо и поворачивает к себе. Она гладит мои обнажённые руки, одаривая тёплой улыбкой, как будто готова решить любую проблему. — Давай отвезём тебя домой.

— Она пойдёт с нами домой, — объявляет Сент.

Жасмин выпрямляет спину, свирепо глядя на него.

— Я не уйду отсюда без неё, — заявляет она.

Сент смотрит на Кэштона. Его безмолвный приказ позаботиться о женщине, которую он только что трахал пальцами в этом коридоре.

Я останавливаюсь взглядом на Боуне, и он уже смотрит на меня. Моё сердце начинает бешено колотиться, когда разум начинает соединять воедино все факты.

— Ты подставил меня, — удаётся мне обрести дар речи.

— Что? Кто? — спрашивает Жасмин.

Боун вздыхает.

— Ты подставил меня, — повторяю я.

Откуда Короли знают о Лордах? Не знаю, почему я удивлена. Лорды — не единственное тайное общество, которое скрывается у всех на виду. Но я уверена, что все они общаются между собой. Помогают друг другу, так сказать.

— Какого хрена ты натворил, Боун? О чём говорит Бриттани? — резко спрашивает его Жасмин.

— Её зовут Эштин, — наконец говорит Кэштон.

Она поворачивается к нему.

— Ты её знаешь?

У меня вырывается смешок. Знает меня? Мне всегда нравилась Жасмин. Если бы она узнала, что мы с Кэштоном сделали, возненавидела бы она меня?

— Да, — напряжённо отвечает он. — И, как Сент уже сказал, она уезжает с нами.

— Нет. Она ни хрена не поедет с вами, — кричит Жасмин, указывая на Сента. — Я не знаю, кто это, чёрт возьми...

— Жасмин... — рычит Кэштон, подходя к ней. — Не устраивай сцену.

Это только ещё больше выводит её из себя. Жасмин прищуривается и собирается влепить ему пощёчину, но Кэштон перехватывает её запястье в воздухе и дёргает назад. Жасмин оступается на высоких каблуках, и он притягивает её спиной к себе, зажимает рот рукой, когда она начинает кричать, и уносит в женский туалет. Звук закрывающейся за ними двери наполняет коридор.

Боун делает шаг вперёд, но Хайдин преграждает ему путь.

— Я предупреждал тебя…

— Он не причинит ей вреда, — прерывает Боуна Сент, не дав ему закончить фразу.

Позади нас открывается дверь в женский туалет, и я оборачиваюсь, волосы хлещут меня по лицу, и вижу, как Кэштон выходит один. Его рубашка на пуговицах разорвана, а на лице кровоточащий порез. Он подходит к нам, а Хайдин отступает от Боуна.

— Она ждёт тебя, — рычит Кэштон на Боуна, а затем вылетает за стеклянные двери.

— Позволь дать тебе небольшой совет, — говорит Хайдин Боуну. — Ты даже не представляешь, на что способны Лорды, — затем оглядывается на дверь женского туалета, прежде чем тоже последовать за Кэштоном.

Сент хватает меня за плечо и тоже тянет к выходу. Наш лимузин ждёт в зоне для парковщиков. Сент открывает передо мной заднюю дверь, прежде чем запихнуть внутрь. Хайдин уже там, но Кэша нет.

— Где он? — спрашивает Сент, заметив это.

— Взял такси. Сказал, что встретится с нами там, — отвечает Хайдин. Его суровый взгляд устремлён на меня, как будто я сделала что-то не так.

Сент фыркает. Я чувствую, как атмосфера меняется с комфортной на напряжённую. Оба они злятся. Не знаю, что я только что видела, но знаю, что не должна была этого видеть. Что они думают, что я с этим сделаю? Кому, чёрт возьми, я могу об этом рассказать?

По крайней мере, теперь я знаю, что это Боун меня сдал. Я неделями ломала голову над тем, как они меня нашли. Конечно, ответ был в Короле.

— Что это значит для Жасмин? — тихо спрашиваю я, нарушая тишину.

— А что с ней? — небрежно спрашивает Хайдин.

Я поднимаю глаза, чтобы посмотреть на него, а он печатает что-то на своём мобильном. Полагаю, Кэштону.

— Ты упомянул Лордов... у неё неприятности?

Хайдин фыркает, но не отвечает, поэтому я смотрю на Сента. Он уже смотрит на меня, когда отвечает.

— Не беспокойся о ней.

Хотела бы я, чтобы кто-нибудь когда-нибудь побеспокоился обо мне. Тогда, возможно, всё было бы по-другому.

СЕНТ

Мы целый час ждали, пока Кэштон сядет в наш частный самолёт, прежде чем улететь. Я отказался оставлять Кэша, а его мобильный был выключен. Хайдин всё это время провёл в задней комнате, и Кэш не произнёс ни слова, когда наконец поднялся на борт. Дорога домой была долгой, учитывая, что Эштин тоже никому ничего не сказала.

Я не подумал о том, что Боун будет на сегодняшней выставке. Мы знаем Хука, он владелец «Кинк» — эксклюзивного БДСМ-клуба в Нью-Йорке. Раз в год он устраивает художественную выставку. Это способ привлечь крупных клиентов, многие из которых — Лорды. Кэштон пообещал нам, что Жасмин там не будет. Очевидно, она передумала с тех пор, как он разговаривал с ней в последний раз.

Мы приземлились, Хайдин сел в свою машину и уехал. Он не потрудился сообщить нам, куда направляется.

Как только мы входим в здание, Кэштон идёт прямиком в свою комнату, а я следую за Эштин в её. Она пытается захлопнуть дверь у меня перед носом, но я останавливаю её ногой и врываюсь следом за ней.

— Я не люблю, когда меня игнорят, милая.

Эштин останавливается и поворачивается ко мне лицом, и я делаю шаг к ней. Обхватываю ладонями её лицо, и её глаза с отяжелевшими веками встречаются с моими, и они расширены. Как в ту ночь, когда я трахал её в «Глассе». Я хмурюсь, оглядывая её лицо.

— Ты что-то приняла? — спрашиваю я.

Уголки её губ приподнимаются.

— Может быть.

— Эштин, — рычу я. Сжимаю щёки, и стон срывается с её приоткрытых губ. — Что, чёрт возьми, ты приняла?

— Я не знаю, — говорит она, приглушенным голосом.

Я отпускаю её и вместо этого хватаю за шею. Она стонет.

— Какого хрена ты имеешь в виду, ты не знаешь, что приняла? Кто, чёрт возьми, тебе что-то дал? — требую ответа я.

Она ни на минуту не исчезала из поля моего зрения. Даже в туалете... она выбежала из зала, и я нашёл её прижатой к стене. Где она была, когда я не мог её найти?

— Что это было? — снова спрашиваю я. Я знаю, что она знает. Эштин принимала достаточно наркотиков в своей жизни, чтобы знать, как они выглядят. — Ты нюхала или глотала? — Это могло быть что угодно. От порошка до таблеток и жидкости.

Вместо этого Эштин просто поднимает подбородок. Её взгляд затуманен, а дыхание учащается. Она так возбуждена, и я собирался трахнуть её сегодня вечером, но не сейчас. Я был бы слишком груб с ней. Я бы сжал хрупкую шею и не отпускал, пока её глаза не закатились бы. Но даже я знаю, что это небезопасно, если она под кайфом.

Я отпускаю Эштин и провожу костяшками пальцев по её горлу, чувствуя, как она сглатывает, прижавшись к моей покрытой татуировками коже.

— Повернись.

Эштин поворачивается, и я протягиваю руку, чтобы расстегнуть кожаный ремень, который надел на неё, чтобы удержать бюстгальтер с шипами. У меня были планы на сегодняшний вечер, но они изменились. Я снимаю ремень и, взявшись за низ её футболки, снимаю через голову. Затем расстёгиваю бюстгальтер и снимаю его с её плеч.

С её приоткрытых губ срывается стон, и я улыбаюсь, снова поворачивая Эш лицом к себе.

— Спокойной ночи, милая.

— Ты не собираешься меня наказывать? — тихо спрашивает она.

Я откидываю простыни, затем расстёгиваю её шорты и снимаю нижнее белье. Раздевшись, Эш забирается в постель, и я натягиваю на неё одеяло.

— О, ты будешь наказана, Эш. Но я хочу, чтобы ты это запомнила.

Её отяжелевшие веки закрываются, и я сажусь рядом с ней.

Я не оставлю её здесь на всю ночь в таком состоянии. Останусь с ней, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. А завтра я заставлю Эш пожалеть о том, что она вообще меня знала.

Я стою на балконе, наблюдая, как солнце встаёт над высокими деревьями, и потягиваю кофе, когда слышу, как Эштин стонет и начинает ворочаться в постели. Повернувшись, я вхожу в открытую дверь спальни. Она переворачивается на живот и приподнимается на руках. Её волосы падают, закрывая лицо, и она стонет:

— Чёёёёёёёррррт.

— Тяжёлая ночка? — спрашиваю я, делая ещё один глоток кофе.

Эштин садится и поворачивается ко мне лицом, свирепо глядя на меня. Она всё ещё злится. Хорошо, я готов к драке. Пришло время разобраться в некоторых вещах, и я хотел подождать, пока она не придёт в себя.

— Ты хоть представляешь, что я могу с тобой сделать? — спрашиваю я.

Эш фыркает, её отяжелевшие веки закрываются, а затем открываются. Резкий солнечный свет режет её чувствительные глаза.

— Просто сделай это уже и покончи с этим.

— Покончим? — смеюсь я. — Милая, это пожизненное наказание, а не порка.

Эштин сбрасывает одеяло и, спотыкаясь, встаёт с кровати. Мой взгляд падает на её обнажённое тело. Мать твою, я так возбуждён из-за неё. С тех пор как я вернул её.

Её красивые голубые глаза встречаются с моими, и она широко раскидывает руки.

— Какого хрена я вообще здесь нахожусь, Сент?

Я не отвечаю. Мне и не нужно. Ответ прост: потому что я хочу её именно здесь. Она моя. Эш фыркает в ответ на моё молчание.

— Двигайся дальше... Я так и сделала. — С этими словами она направляется в ванную.

Я роняю чашку с кофе и хватаю её за волосы. Разворачивая к себе, я прижимаю Эш к стене у двери в ванную и обхватываю рукой её хрупкую шею. Её ноздри раздуваются, а глаза прищуриваются, но она не сопротивляется, когда я приближаюсь к её лицу.

— Мы дали клятвы...

— Как будто это имело значение, — резко отвечает она. — Ты женился на мёртвой женщине, Сент. Никто не знал о моём существовании, — повышает она голос.

— Я знал, — кричу я ей в лицо. — Ты моя жена...

Она издаёт грубый смешок, от которого у меня волосы на затылке встают дыбом. Ей действительно похер.

— Лорд не женится по любви, Сент.

Я отпускаю её шею и отступаю на шаг, мне нужна секунда, чтобы собраться с мыслями. Я подумал, что была причина, по которой она выстрелила в меня и сбежала. Может быть, Эш просто хотела моей смерти и знала, что развода не будет?

— Ты действительно веришь в эту чушь? Что я тебя не люблю?

Её нижняя губа дрожит, а дыхание учащается.

— Ты доказал, что... — Эш отталкивается от стены. — Я просила тебя спасти меня, а ты отказался.

Я хмурюсь.

— Спасти тебя... — замолкаю, вспоминая тот день, как будто это было всего несколько мгновений назад. Говорят, что люди склонны вытеснять из памяти плохие вещи, которые с ними происходят, но я никогда не забуду день, когда она ушла от меня. — Ты просила меня убить тебя, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Это не доказательство любви.

— И ты не смог этого сделать.

Эштин отталкивается от стены и толкает меня, но я не сдвигаюсь с места.

— А? Кто из нас трус? — Её маленькие руки снова ударяют меня по груди. — Ты сукин сын. Я никогда ни о чём тебя не просила. Я просто хотела, чтобы ты сделал одну вещь, а ты, чёрт возьми, не смог этого сделать.

— Я не собирался тебя убивать! — ору я, сердце колотится от того, как она меня разозлила.

Она делает глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, и её красивые голубые глаза наполняются непролитыми слезами.

— Я бы всё сделала для тебя, Сент. Всё. — Первая слезинка скатывается с её ресниц и падает на щеку. — Я пыталась спасти тебя, но ты не сделал того же для меня. Если бы ты просто отпустил меня... — Её голос срывается, и она сглатывает.

Я протягиваю руку, чтобы обхватить её лицо, и Эш пытается отстраниться, но я обхватываю её лицо обеими руками, заставляя посмотреть на меня.

— Что значит «спасти меня»?

Её слезящиеся глаза изучают мои, прежде чем она шепчет:

— Это не имеет значения, Сент. Всё кончено. Ты победил.

— Эштин...

Она вырывается из моих рук, поворачивается и направляется к двери ванной. Хлопает дверью, и я слышу, как она запирается. Я собираюсь врезаться в неё плечом, когда позади меня открывается дверь спальни.

— Сент?

— Что? — резко отвечаю я, поворачиваясь и видя, что это Кэштон.

— У нас доставка.

Выдыхая, я решаю дать Эш время остыть, а сам иду сорвать клеймо с груди Лорда. Бедному невезучему ублюдку придётся терпеть моё плохое настроение.