Бойня

СОРОК ЧЕТЫРЕ

ЭШТИН

Может, Сент и Кэштон и притащили меня сюда, но это не значит, что я всю жизнь буду сидеть взаперти в своей комнате. Я сойду с ума. Буквально. Возможно, таков их план. Позволить мне свести себя с ума. В «Бойне» это было бы несложно сделать. Посмотрите на мой послужной список.

В прошлый раз я не пробыла здесь и месяца, а уже пальнула в Сента и сбежала.

Я уже час брожу по коридорам. Никуда конкретно я не стремилась. Мне просто нужно было выбраться из своей комнаты. В ней даже нет телевизора, а от прослушивания собственных мыслей у меня начала болеть голова. И эти чёртовы надоедливые часы... сводили меня с ума.

Остановившись в коридоре, я услышала голоса в конце и направилась к ним.

Здесь никто никогда не бывает один. Здесь всегда было полно тех, с кем Лорды больше не хотели иметь дело. В реальном мире система правосудия сажает преступников, но здесь «Бойня» — это место, куда ты попадаешь, когда смерть слишком хороша для тебя. «Бойня» — это наказание для тех, кого Лорды не могут контролировать. Они почувствовали вкус власти и богатства. Они думают, что могут обвести вокруг пальца Лордов, и Лорды доказывают им, что они ошибаются. Перенаселённой тюрьмы недостаточно. Здесь вас пытают, и вы желаете смерти.

Я знаю, что со временем буду чувствовать то же самое. Может, я и не заключённая, запертая в камере в подвале, но и не свободна.

Я умру здесь.

Сент был прав. Он сохранит мне жизнь и будет использовать меня, пока ему не надоест. Затем похоронит меня в лесу вместе со всеми остальными. Мир никогда не заметит разницы. Для них я уже давно мертва.

Остановившись, я заглядываю в комнату и вижу двух парней и женщину. Никого из них я не знаю. Прикусываю нижнюю губу, наблюдая за тем, как мужчина раскладывает большую партию кокаина на журнальном столике, сидя на кожаном диване. Оба мужчины одеты в выцветшие синие джинсы и чёрные футболки, и у каждого на поясе висят пистолеты. Наверняка это какая-то охрана.

— Можно мне немного?

Мужчина останавливается, держа лезвие бритвы в центре, и поднимает взгляд на женщину.

— Что ты за это сделаешь? — спрашивает он.

Его тёмные глаза лениво скользят по её телу. На ней хлопчатобумажные шорты и майка. Тёмные волосы спутаны, а одежда слишком велика. Они морят её голодом. Здесь так поступают с тобой. Когда ты слаб, труднее бежать и сражаться. Им нравится видеть, как ты выпрашиваешь самое необходимое.

— Что угодно, — в отчаянии говорит девушка, облизывая потрескавшиеся губы. Её отсутствующий взгляд сосредоточен на наркотиках, которых она жаждет. Ещё один способ заставить вас подчиниться — подсадить вас на наркотики.

Она поднимает руку и перекидывает волосы через плечо, и у меня перехватывает дыхание, когда я вижу клеймо «666» у неё на затылке. Это она! На моих глазах её затащили в комнату, надели смирительную рубашку и пытали.

В ту ночь она изменила мою жизнь. Я не раз задумывалась, не явились ли Тайсон и Майлз к моей матери, чтобы избавиться от меня за то, что я увидела в «Бойне», пытаясь свалить вину на моего брата и на то, что ему пришлось пережить. Ненавижу, что никогда не узнаю правды.

После той ночи я влюбилась в Сента ещё сильнее, чем раньше. Мне до сих пор хочется, чтобы всё было по-другому. Я никогда не винила Сента, Хайдина или Кэштона за ту жизнь, которую им предстояло прожить однажды. Они ненавидели своих отцов, но они были Лордами, а Лорд никогда не задаёт вопросов, когда его просят служить. Я действительно хотела быть его и любить эту жизнь вместе с ним. Я бы пошла с ним в ад, не задавая вопросов. Но была глупой маленькой девочкой, которая не понимала, что ждёт меня впереди.

— Эй. Я согласен. Я тоже получу кусочек, — скулит другой парень.

— Конечно. Чтобы показать нашу порядочность, мы позволим тебе попробовать до оплаты, — говорит парень на диване, заканчивая отделять пять дорожек. Он достаёт бумажник, сворачивает стодолларовую купюру и протягивает ей.

Девушка наклоняется и берёт свою порцию, затем откидывает голову назад и шмыгает носом. Мышцы на её шее напрягаются от этого движения.

— Давай. Бахни ещё, — с улыбкой предлагает парень.

Ей не нужно повторять дважды, и она с жадностью берёт ещё одну порцию.

— Как ощущения? — спрашивает он, вставая с дивана.

— Хорошо, — тихонько кивает девушка. — Так... хорошо.

Она спотыкается, и мужчина встаёт, чтобы помочь ей удержаться на ногах.

Кто знает, что за хрень там на самом деле. Это может быть что угодно.

— Пора платить, — усмехается мужчина, хватает девушку за волосы и бросает на столик. Она стонет, выгибая спину. Первый парень подходит к ящику и достаёт верёвку. Он обхватывает её ноги руками, фиксируя их на месте, практически сворачивая в клубок. Мужчина подходит к краю кофейного столика и, не теряя времени, срывает с неё шорты и нижнее белье и начинает трахать её киску, пока другой трахает её рот, свисающий с противоположного конца.

Третий парень, которого я раньше не замечала, стоит в дальнем углу и дрочит. Именно таким я помню «Бойню», когда пряталась здесь. Чем ещё заняться, кроме как обдалбываться, бухать и трахаться? Абсолютно нечем!

Честно говоря, это было идеальное место для меня, пока оно не перестало таким быть. Большую часть времени я проводила обнажённой и привязанной к кровати Сента, и он использовал меня, когда хотел. У меня такое чувство, что история повторится, и я ненавижу, как намокает моя киска при этой мысли.

Я не должна хотеть его. Он причинит мне боль. Тебе нравится боль.

В конце концов он убьёт меня. Ради чего жить?

У меня никого нет, и не было уже много лет. Я ходила по земле, притворяясь тем, кем я не являюсь. Мне было одиноко. Даже когда я встретила Джеймса и перевезла его к себе, это было не то же самое, что с Сентом. Если мне суждено умереть, то это может быть смерть от секса с единственным мужчиной, которого я когда-либо любила. Думаю, я в долгу перед ним. Я ведь стреляла в него и оставила умирать. Лорды всегда мстят.

Женщина заглатывает член парня как профессионалка. Полагаю, она много тренировалась. Отсюда я вижу, как возбуждается её тело, когда они трахают её. Парень, который по самые яйца в её влагалище, смеётся.

— Кто сказал, что ты можешь кончить? — Он вытаскивает покрытый влагой член и смотрит вниз.

Парень собирается снова погрузиться в неё, когда тот, что в углу, выходит.

— Я хочу попробовать.

Парень, трахающий киску, проводит двумя пальцами между её дрожащих ног, чтобы увлажнить свои пальцы. Он поднимает их, и третий парень открывает рот, но вместо этого тот даёт ему пощёчину и приказывает:

— Тогда встань на свои грёбаные колени.

Третий парень падает на колени и открывает рот, умоляя, как птенец, которого нужно покормить. Стоящий мужчина берёт свой мокрый член и засовывает его в рот стоящему на коленях мужчине и начинает трахать его.

— Какая она на вкус? — улыбается он парню.

Мужчина стонет.

— Такой хороший мальчик.

Он хватает его за голову и вбивается в рот. Звуки его ритмичного сосания наполняют комнату, в то время как другой мужчина продолжает трахать рот связанной женщины.

— Ты принимаешь член лучше, чем некоторые киски, — шутит мужчина.

Я отступаю на шаг, насмотревшись вдоволь. «Бойне» плевать, кто ты. К тебе относятся одинаково — как к куску мяса, который все пробуют на вкус. Я просто привыкла принадлежать Сенту. Теперь я не знаю ни правил, ни того, где я нахожусь. И как бы я ни любила секс, мне не нужен никто, кроме него.

Развернувшись, я бросаюсь бежать, но натыкаюсь на стену и вскрикиваю от неожиданности.

— Твою мать! — Чья-то рука хватает меня за волосы и втаскивает в комнату. — Кому-то нравится наблюдать.

Он толкает меня вперёд, и я падаю на пол на четвереньки.

В комнате воцаряется тишина, я смотрю в пол, закрыв лицо волосами и пытаясь успокоить дыхание.

— Кто-нибудь, позовите Сента, — приказывает один из них.

— Зачем? — спрашивает парень, который втолкнул меня в комнату, и я слышу, как он расстёгивает ремень. Я начинаю дрожать. — Она хочет шоу? Давайте дадим ей его, но пусть она будет главным событием.

— Нет, — огрызается один из них. — Ты знаешь правила.

Я хочу спросить, что это за правила, но вместо этого молчу.

Дверь открывается, и один из них выходит. Я остаюсь стоять на четвереньках, уставившись в пол, как будто меня парализовало, пока они медленно выходят из комнаты, один за другим, пока я не остаюсь здесь одна. Я медленно поднимаюсь на дрожащие ноги и поворачиваюсь лицом к открывающейся двери. Сент и Кэштон входят вместе.

— Слышал, ты тайком наблюдаешь, как трахают женщин, — заговаривает первым Кэштон.

Я не могу говорить, во рту пересохло, а язык отяжелел.

— Что мне с тобой делать? — спрашивает Сент, опуская глаза на мою вздымающуюся грудь. Я всё ещё пытаюсь перевести дыхание.

— На ум приходит несколько вещей, — шутит Кэш, направляясь к мини-бару в углу. Именно оттуда парень наблюдал за остальными. Кэштон раскуривает косяк и подносит его к губам. Он смотрит мне прямо в глаза.

— Такая любопытная, — добавляет Сент. — Как кошка.

— Чертовски ненавижу кошек, — рычит Кэш. — Они непослушны и вечно всё испортят. Лучше собаки, — кивает сам себе. — Собаки — это то, что нужно. Они верные и легко поддаются дрессировке.

— Из тебя получился бы хороший питомец, — говорит Сент, проводя свободной рукой по моему лицу. И всё, о чём я могу думать, это о том, что он сделал со мной сегодня утром в своём кабинете. Моё горло всё ещё не на сто процентов в порядке.

— Тогда тебе лучше надеть на неё ошейник и поводок. Известно, что здесь разводят домашних животных, — смеётся Кэш над какой-то внутренней шуткой, о которой я не знаю.

— Отличная идея, — улыбается Сент. Он хватает меня за волосы и поднимает на ноги.

Скрежещу зубами от боли, но мои бёдра сжимаются. Чёрт, я такая безжизненная. Сент заставляет меня встать на цыпочки, и я поднимаю глаза, чтобы встретиться с его жёстким взглядом.

— Мне понравился тот, что ты носила раньше, но я думаю, тебе нужно что-то немного... другое. — Он имеет в виду ошейник, который я носила во время тренировки глубокой глотки. Раньше я носила ошейник для него, так что, если он пытается напугать меня, это не сработает. — Что-то более постоянное.

— Тебе стоит спросить Тайсона, где он взял свой, — хохочет Кэштон, и я напрягаюсь при звуке этого имени.

Я не видела Тайсона Кроуфорда с той ночи, когда он убил мою мать. Он собирался убить меня, но вместо этого позвонил Сенту, чтобы тот приехал и забрал меня. Я знаю, что это не из-за меня. Лордам плевать на женщин. Он сделал это, потому что не хотел, чтобы Сент, Хайдин и Кэштон преследовали его. В то время я была избранной Сента. А убивать избранную другого Лорда — это то, что не стоит делать, если только ты не желаешь смерти.

Уголки губ Сента подёргиваются, когда он замечает моё беспокойство при упоминании его имени.

— Думаю, это отличная идея.

СЕНТ

Она дрожит, хотя её маленькое тельце прижато к моему. Эштин не глупа. Она знает, что я представляю для неё здесь самую большую угрозу, но Эш также знает, что я никому другому не позволю к ней прикоснуться.

Я видел самодовольное выражение её лица, когда она заходила в лифт, а Эмерсон угрожал ей. Может, Эш и шлюха, но она моя маленькая шлюшка. Обычно я из тех, кто делает всё, чтобы доказать свою правоту, но я не позволю ей попасть в неприятную ситуацию только для того, чтобы доказать, что она не права.

Она может считать это победой.

Я провожу костяшками пальцев по её щеке, а она не сводит с меня глаз.

— Что ты делаешь вне своей комнаты? — спрашиваю я.

Эштин отступает от меня на шаг. Я позволяю ей это сделать и опускаю руки.

— Я не знала, что мне нельзя выходить из своей комнаты, — тихо отвечает Эш, опустив глаза в пол.

Кэштон фыркает и делает ещё одну затяжку.

— Похоже, теперь мне придётся приковывать тебя к кровати после тренировок, — предлагаю я.

Эш облизывает губы, поднимая руки, чтобы обхватить себя, но я вижу, как сжимаются её бёдра. Моей милой отказано в оргазме. Я просто жду, когда она кончит, чтобы наказать её.

— Я думаю, это отличная идея.

Она поднимает глаза, чтобы встретиться со мной взглядом, и я делаю шаг вперёд, убирая волосы с её лица.

— Ты всегда выглядела такой хорошенькой, когда была в отчаянии.

— Пожалуйста, — шепчет она.

— Это хорошее начало, — улыбаюсь ей, когда её широко раскрытые глаза смотрят на Кэштона. Он только фыркает, прикладываясь к своему косяку.

Никто здесь, в «Бойне», не спасёт её. Никто, кроме меня.

— Иди в свою комнату, — приказываю я, и она нервно сглатывает.

Склонив голову, Эш выбегает из комнаты и захлопывает за собой дверь. В комнате воцаряется тишина, но я чувствую на себе взгляд Кэша.

— Не надо, — бормочу я.

Кэш поднимает руки и качает головой, но ничего не говорит.