Его (не) родной сын. Нас больше нет

Глава 14. Ангелина

— Мам, а тё с тобой? — взволнованно спрашивает Павлуша, схватившись за край одеяла, которым я укрылась от озноба.

— Всё хорошо, милый, — говорю ему через силу, и погладив по шелковистым волосам, прикрываю опухшие от слёз глаза. Вчера я весь вечер прорыдала. После того, как вернулась с работы без результатов. Мне не удалось обелить своё имя и найти виноватого. Да и слушать меня отказались.

Повесили долг в семь миллионов на меня…

И ещё вчера прекрасно поняла, что меня подставили. Грязно и жестоко.

У Романова проблемы, ему нужны деньги, а тут подвернулась я. Лохушка после декрета.

С бывшим богатым мужем.

Сама, дура, виновата… Знала, что Антон скользкий тип. Но все равно пошла к нему, надеясь, что не увижусь больше с Пятницким.

Как же я ошибалась…

И ведь я теперь в безвыходной ситуации. Романов не согласится подождать. Да и зачем? Я не найду таких денег. Да что уж там говорить — никаких не найду. Нам бы свести концы с концами до зарплаты. Которой, возможно, не будет.

И вчера я даже смирилась с мыслью, что придётся идти к Маю, видеть его пренебрежительный взгляд, просить денег, а сегодня… Слегла с давлением. Перенервничала, отчего тошнит, кружится голова и знобит всё тело.

И самое паршивое — сын это видит, тихонько сидит у старого дивана и не шумит, боясь, что побеспокоит меня. И найти в себе силы и встать не могу.

Боже, ну почему я пошла именно к Антону? Лучше бы посуду в ночном клубе по ночам мыла!

Слёзы выступают на уголках глаз, и я не сдерживаясь, тихонько, без надрыва, плачу.

Поздно уже что-то исправлять. Ты по уши в дерьме, Ангелина.

И у меня есть день, чтобы что-нибудь придумать. Сегодня я с трудом выбила себе выходной, предупредив Валентину, что мне надо время для поиска денег. Кое-как сжалившись надо мной, она выбила мне отсрочку до завтра.

И хоть она замешана во всём этом, явно не желая терять тёплое место, на мгновение я была ей благодарна.

— Ну как вы тут? — раздаётся мамин голос из коридора вместе с шуршанием пакетов. Надеюсь, она купила то, что нужно, а не потратила деньги в пустую. — Я покушать принесла.

С облегчением выдыхаю, когда вижу два пакета с продуктами.

Хоть она сегодня не чудит.

— Мама опять платет, — грустно проговаривает сыночек, играясь с конструктором. — Давайте посвоним папе? Он всегда маму успокаивал.

— Папа занят, — отвечает за меня родительница. — Как освободится, обязательно позвонит.

Павлуша чуть успокаивается и затихает.

Я весь день лежу в постели, сплю и пытаюсь найти решение проблемы.

На следующий день еду в офис, надеясь, что смогу поговорить с Романовым. Мы оба знаем, что это ошибка. И не моя. Возможно, его обманула Валентина? А я смогу доказать, что это не моя вина.

Надежда, надежда, надежда… Это всё, что у меня сейчас есть.

Переступив порог, вся съёживаюсь от чужих взглядов и шумов. Неужели все уже знают?

Кто-то тут же отворачивается, кто-то перешёптывается.

А одна девушка так вообще подбегает ко мне с разбега, мило улыбаясь:

— Прекрасно выглядишь, Ангелина. Хочешь кофе?

Отрицательно мотаю головой, и ошеломлённая захожу в уже породнившийся мне кабинет, который в последние дни стал для меня пыточной. Закрыв дверь, за ней продолжает стоять тот самый гул. Все до ужаса возбуждены.

— Что происходит? — спрашиваю вслух у Валентины, что опять нервно перебирает бумаги. Может, мне стоит уйти домой, чтобы не повесили ещё одну сумму?

— Ликуй, Пятницкая, — вдруг выдаёт она. Тут же бьёт себя по губам и обращается уже вежливее и уважительнее: — Точнее, поздравляю тебя, Ангелина.

— С чем? — ставлю сумку на стол и пытаюсь собрать мысли воедино. Не с тюрьмой же она меня поздравляет?

— Ты не слышала? — выгибает бровь. Опять слабый кивок головы, и Валентина продолжает: — А, тебя же вчера не было. В общем, вечером, после того как ты ушла, здесь была целая проверка. Шманали нас так, будто мы как минимум преступный синдикат. Перерыли у нас здесь всё. Ну, Антон и попался на финансовых махинациях. Плюс лицензии у него не было одной. Забрали его в тот же день. Что сейчас с ним — непонятно. А вчера…

Я присаживаюсь, чтобы не упасть.

Да ладно? Быть не может!

— Вчера приехал сюда один мужчина. Хороший такой, я слюни еле подтёрла. И сказал, что новый владелец, представляешь?

Новый владелец… То есть Романов перепродал компанию? Или что?

— И кому я теперь должна эти семь миллионов? — спрашиваю с придыханием.

— Ой, не знаю, должна ли, — отвечает задумчиво. — Тебе это лучше с ним переговорить. Он сейчас в кабинете Антона. Можешь сходить к нему.

Я резко поднимаюсь со стула, цепляясь за возможность всё решить.

Хоть бы он мне поверил!

— А ещё… Может тебе повезёт. Вы однофамильцы. Он тоже Пятницкий.

Застываю, не дойдя до двери.

Что она только что сказала?..

— Пят-ницкий, — с трудом выговариваю свою фамилию.

— Ага, Май Викторович. Если честно, многие задумались, не сестра ли ты ему, или жена, но подумали-подумали, решили, что будь у тебя такие богатые родственники, ты бы здесь не работала.

— Не работала… — повторяю за ней всё ещё в шоке.

Ладони рефлекторно сжимаются в кулаки.

Это он. Точно мой муж.

Но зачем ему это? Это он устроил проверки, затем накинул проблем на Антона, стал моим начальником. И всё для чего?.. Чтобы уволить меня с работы? Ему настолько не жалко Павлушу, которого он растил столько лет?

Но другого объяснения у меня нет! Он ненавидит меня!

Никогда не думала, что Май такой мстительный.

Выбегаю за дверь и широким быстрым шагом направляюсь в кабинет начальства. Мысленно прокручиваю в голове всё, что ему скажу.

Секретаря на месте нет, поэтому я без стука влетаю в кабинет. До ужаса злая и нервная. За эти дни моя жизнь и здоровье настолько пошатнулись, что мне уже ничего не страшно!

Стоит только переступить порог, как Май, стоя у шкафа с папками, невозмутимо переводит взгляд на меня.

— Вовремя, — сухо произносит. — Как раз хотел поговорить с тобой.

— Что, не терпится уволить меня? — выпаливаю в злости. — Май, что ты творишь?

Я готова задохнуться от гнева прямо здесь.

— Ты сам выгнал меня из дома, а теперь постоянно лезешь в мою жизнь! Тебе мало моих стр…

— Апрелька, — грозный голос прошибает с головы до ног. В голове мелькают отголоски прошлого, где он произносит меня так ласково, нежно. А не как сейчас.

— Ангелина Константиновна, — чеканю, поправляя его. А что, мне терять уже нечего. Всё равно путь один — на выход с вещами. Меня уже выгоняли — мне не привыкать.

— Ангелина Константиновна, не забывайтесь в кабинете своего босса. Я здесь как новый владелец, а не как ваш муж. И пока я не собираюсь увольнять вас, если конечно, вы и дальше не будете с ходу врываться в мой кабинет.

Стискиваю зубы.

Он издевается!

— Неужели вы и правда считаете, что я и дальше буду работать здесь?

— Будешь, — произносит с нажимом. — Я никак не собираюсь тебе мешать.

Так и хочется выкрикнуть «не верю». Но Май — человек слова.

— Тогда зачем вы хотели поговорить? — обхватываю себя руками, чуть утихая. Ладно, надо успокоиться. Эмоции не приведут ни к чему хорошему.

Возможно, он и правда купил компанию не из-за меня? Он говорил, что ему будет выгоднее иметь свой завод по обработке металла, чем сотрудничать с кем. А тут Романов. К нему в придачу ведь не только рабочий этаж и новые подчинённые, но и завод полагается.

Я себя накрутила? Да не может быть всё так просто!

— Мне доложили, что ты должна была Романову деньги.

Дерьмо.

— Да, и я всё выплачу.

— Не стоит, мой специалист всё проверил. Всё чисто, ты никому ничего не должно.

Сердце падает в пятки, а дыхание замирает.

Правда?

Я готова разрыдаться от счастья, но не перед Пятницким. Хотя желание подлететь к нему, обнять и просто сказать «спасибо», мелькнуло где-то вдалеке.

— Антошка видимо напоследок решил поиметь с тебя денег, — усмехается, отставляя папку на полку. — Главный бухгалтер помогла подделать документы.

— И ты теперь её уволишь?

— А ты хочешь работать с человеком, что подставил тебя на крупные бабки?

Обхватываю себя руками.

Нет, теперь я точно не смогу ей доверять.

Но мельком вспоминаю, что у неё ипотека. Как она хваталась за эту должность. У неё есть свои ценности, из-за которых она пойдет по головам. У меня моё сокровище — сын. Будь я на месте Валентины, я бы сделала ради него так же.

Но… Я не на её месте.

— Вы босс, вы и решайте.

Не хочу быть ответственна за чужую жизнь.

— Я вас услышал, Ангелина Константиновна, — хмыкает, отходя от шкафа. — Можете идти работать.

От потрясений киваю, выхожу из кабинета. В голове ещё тысячу вопросов, но всё, что меня сейчас волнует — я никому и ничего не должна. Никакой ошибки не было, и я просто зря заставила сына волноваться.

Но что мне теперь делать с работой?..

Как контактировать с Валентиной дальше, зная, что это из-за неё я пролежала целый день в постели, мысленно садясь за решётку?

Уж не знаю, как с первым вопросом, но со вторым проблема решилась сама по себе. Через двадцать минут после нашего разговора с новым владельцем и по совместительству моим мужем… Валентина была уволена.