Думала, что с садом проблем будет больше, но, как и всегда, деньги решают всё.
Завтра Павлуша уже пойдёт в садик, станет взрослым мальчиком и заведёт себе друзей.
Аж на слезу пробивает.
Больше не надо волноваться, что мама забудет про него!
Это придаёт сил, и я бегу домой к своему мальчику. Мы милуемся весь вечер, я сообщаю ему радостную новость, которую он принимает с энтузиазмом.
С бабушкой ему скучно, это понятно. Да и устал он сидеть в четырёх стенах. Мы почти никуда не ходим, выбираемся только на выходных и то по вечерам, когда на улице не жарко. Весь день готовим и убираемся дома, выветривая ненавистный запах курева.
И сейчас, лёжа на старом расстеленном диване с сыночком под боком, появляется желание жить.
Одна цель выполнена! Теперь нужно найти вторую работу, переехать от матери и… готовиться к рождению ребёнка?
Невольно поглаживаю плоский живот, от чего мурашки бегут по всему телу.
Я не смогу избавиться от своей кровинушки. Даже если это ещё маленький эмбрион, который ничего не понимает. Буду рожать и всё.
Справимся.
Сейчас на несколько месяцев поработаю на двух работах. Буду беречь себя, чтобы не было осложнений. А потом мы разведёмся с Пятницким, и у меня будут деньги. Как раз подумаю, что с ними сделать, чтобы приумножить.
Но не время думать о деньгах, которых у меня нет! А вот о второй работе задуматься стоит…
На следующее утро отвожу малыша в сад.
Слёзно прощаемся, будто не увидимся сегодня вечером. Но он волнуется, я его понимаю, и с трудом отрываю от сердца. Готова взять его с собой на работу, но нельзя. В кабинете я его спрячу, но вдруг Май увидит?
И всё.
Сын вновь пропадёт, хоть и никуда от него не отдалился. Каждодневные вопросы не пропадают. Павлик очень скучает, и один раз я чуть не сдалась.
Хотела позвонить Пятницкому, сказать, что ему можно увидеться с сыном. А потом опять обида захлестнула. Выгнала эти мысли прочь из головы. Как и сейчас.
Пытаюсь не думать о Мае, только это почти невозможно. Сидя в его офисе, постоянно думаешь: зайдёт он в кабинет или нет?
Я его вообще не понимаю.
Сначала он прогоняет нас с ребёнком из дома, обвиняя меня в измене.
А потом… желает увидеться с неродным, по его мнению, сыном. Покупает компанию, где я работаю. Заказывает мне еду, увидев меня такой жалкой, похудевшей.
Что это? Чувство вины? Или одумался? Совершил ошибку?
Пока не услышу извинений — и близко его к Павлику не подпущу. Причём не передо мной, а перед сыном, которого он воспитывал четыре года и так легко отпустил.
Стараюсь об этом не думать, но мысли постоянно лезут в голову.
На перерыве сёрфлю интернет, смотрю вакансии.
Натыкаюсь на ту самую, что уже целый месяц висит без отклика: «Посудомойщица в ночной клуб».
Помню, как мне звонили оттуда ещё в первые дни. Никого не нашли? Может, судьба?
Я грязной работы не боюсь, а платят… сойдёт. По занятости мне подходит: ночные смены, всего четыре часа работы. И оплата каждый день!
Для небольшой финансовой подушки подойдёт. Да и часы удобные. Павлик будет засыпать и не заметит моего отсутствия. Правда… когда спать?
А кто сказал, что будет просто?
Месяц помучаюсь, а потом сниму квартиру поближе к офису. Сэкономлю время на дороге, из-за которой приходится вставать сейчас в шесть утра.
Да, план есть!
Про ребёнка Маю пока ничего не скажу. Нас могут не развести из-за беременности, что будет мне только минусом.
Решаюсь и в перерыве пишу на номер для собеседования. Ответ получаю через пару часов, после чего начинаю волноваться. Сегодня ночью уже надо выйти на работу.
Ну, попробуем. Я ведь всегда могу найти что-то другое?
Быстро чищу в браузере историю. Вдруг Май и тут следит?
Сегодня его на рабочем месте нет. Неудивительно, у него основной бизнес всё же другой спецификации. И там нужно появляться.
Но отчего-то мне не по себе. Из-за этого себя и ненавижу.
Понимаю, что мне некомфортно, когда его нет рядом.
Тяжело отпустить человека, с которым прожила пять лет. Сложно. И если мысленно легко, то душой… Скучаю. Иногда не хватает его объятий, его поцелуев, его нежных утешающих слов. Тепла его тела, чёрт возьми. Из-за этого мерзну по ночам, несмотря на отсутствие кондиционера в квартире и жару за окном.
Проклятье какое-то.
Или во мне кричит беременность? В первую я была ужасно любвеобильной. Мне нужны были обнимашки, нужно было внимание. Я, как капризная девочка, могла заявиться в офис мужа, сесть рядом с ним и спать на его коленях. Потому что безопасно, тепло и приятно.
А сейчас… Хочется этого опять. Не от кого-то чужого, а именно от него.
Закусываю губу, даю себе мысленную оплеуху. До вечера стараюсь работать. Забираю Павлика из сада, отвожу домой. Ужин, сон, и вот под покровом ночи, предупредив мать, еду в ночной клуб.