Его (не) родной сын. Нас больше нет

Глава 21. Ангелина

Спешно выбрасываю тест в мусорку и отпрыгиваю от неё, словно от огня. Картинка с двумя полосками застыла перед глазами, пугая до дрожи.

Нет-нет-нет. Завтра я сделаю другой, и он покажет одну полоску. Как и второй, и третий.

Я никогда не была против второго ребёнка. Наоборот, мечтала о девочке. Чтобы мой решительный Павлик всегда защищал свою маленькую милую сестрёнку, прикрывая два озорных хвостика своей спиной. Играл с ней, рассказывал интересные факты.

Но не сейчас. Когда нет стабильности, нет жилья. Да у меня даже безопасности нет в этой квартире!

Моя мать оставила ребёнка одного, украв у меня деньги!

В панике вылетаю из ванной, всё ещё не принимая увиденное. Спешу на кухню, где сын уже гремит тарелками. Сердце сжимается от боли.

Представляю, как не справляюсь. Представляю, как мы сводим концы с концами. И мой сын шарит в пустом холодильнике не с интересом, а в поисках последней крошки еды.

Стой! Геля! Это по-прежнему может быть ошибкой!

Накладываю Павлику поесть и говорю, что вернусь через десять минут. Мама привычно курит на балконе, поэтому за ним есть кому присмотреть. Хоть доверие и окончательно подорвано.

В коридоре хватаю сумку, спускаюсь на улицу и бегу в ближайшую аптеку. Покупаю два теста от разных производителей, возвращаюсь домой и повторяю женский ритуал.

Спустя пять минут держу один из них в дрожащих пальцах.

Второй рукой закрываю рот, чтобы малыш и мама не услышали мою приближающуюся истерику и вой.

Две полоски.

Что делать, чёрт возьми?

Я не вытяну второго ребёнка в своём положении. Более того, я не смогу накопить достаточно денег до родов. Спрячу живот на несколько месяцев на работе, а дальше что? Пятницкий увидит. Всё поймёт.

Кроме него у меня никогда не было мужчин.

И если он последние мозги ещё не растерял, всё поймёт…

А дальше? Что он сделает, узнав о втором ребёнке? Сделает тест ДНК? А потом? Убедившись, не отпустит меня?

Но я не хочу сходиться вновь. Всё ещё ранена. Всё ещё обижена.

Он предал нас. Предал своего сына.

А этот маленький неродившийся комочек будет ещё одной связью между мной и Маем.

А хочу ли я этого? Не придётся ли мне идти к нему от безысходности, валяясь в ногах и просясь под его крыло? Я не уверена, что вытяну всё сама.

Но как представлю, что придётся убить своего ребёнка…

Тошнота подступает к горлу. Благо не выворачивает наизнанку.

Хоть токсикоз пока что не мучает — уже радует. Смогу работать без проблем на первых месяцах. А потом деньги будут от развода. Может, выберемся?

Не верю я в это.

Получу деньги, а их снова украдёт мать? Я не выдержу ещё одной такой подлости.

Хочется сорваться. Написать Маю, сказать, что всё это — ошибка. Ещё раз. Вдруг одумается? Мы ведь можем сделать повторный ДНК-тест, и всё образумится… Я прощу его жестокие слова и такие же беспощадные поступки.

Рука сама тянется к телефону в тумане.

Нахожу контакт, который так и не смогла переименовать:

«Любимый Муж».

Нет, я не смогу найти в себе силы позвонить ему.

Написать? А что? «Я беременна»? Или просто отправить фотографию теста? А если он обвинит меня в очередной измене?

Пальцы невольно печатают сообщение. Но тут же блокирую экран, закусывая губу.

Всё нормально! Я просто поддалась отчаянию!

Сейчас нужно взять себя в руки! Работать, как и раньше! Устроиться на вторую работу! Копить, копить, копить и ждать, когда получу деньги после развода. А потом мы съедем от матери и заживём счастливо втроём!

От этих мечтаний снова хочется разрыдаться. Кривлюсь и краем глаза замечаю, как приоткрывается дверь, и появляется сыночек с грустными тёмными глазами и обеспокоенным лицом.

— Ма, — зовёт он меня, аккуратно заходя внутрь. Подходит, обнимает, утешающе гладит по голове, как обычно делаю ему я. — Не плачь. Всё будет холосо.

От этого хочется заплакать ещё сильнее.

Мой маленький мужчина…

— Будет, сыночек, будет, — отвечаю, втягивая сопли обратно в нос. Развесила тут!

— Папа не даст никому тебя обидеть, — добивает одной фразой моё сокровище.

Как раз тот, кто меня обидел, — твой папа.

Но сказать это я не решаюсь.

Телефон неожиданно вибрирует, экран мигает, и я замираю, крепко сжимая сына в объятиях.

Сообщение. От «Любимого мужа».

Что? С чего бы ему писать первым?

«Что?» — приходит от него.

Шестерёнки в голове со скрипом начинают вращаться.

Почему он начал диалог с вопроса?

Стоп, только не говорите мне, что я отправила ему сообщение?