Его (не) родной сын. Нас больше нет

Глава 9. Май

Мерещится что ли? Опять.

После вчерашнего как застыла в глазах, так и осталась.

Вот и стоит теперь опять вдалеке с каким-то парнем.

Пару раз моргаю, не слушая, что говорит Романов. Но образ никуда не испаряется. Это Апрелька. Точно она.

Словно беглянка скрывается в кабинете.

— Моя жена работает у тебя? — с осторожностью спрашиваю у Антона.

Додумалась пойти к нему! К нему! К мужику, что одной юбки мимо не пропустит. Ещё и тому, кого я ненавижу.

Мне надо идти с ним на контакт, но у нас не получается. Да и сегодня я пришёл к нему только потому, что у него для меня выгодное предложение.

— Бывшая, вроде? — уточняет.

— Пока ещё действующая, — цежу сквозь зубы. — Мы в процессе развода, но ещё муж и жена.

— Не заводись. Да, позвонила дней пять назад, спросила нет ли у меня места. Я нашёл одно, — говорит с издёвкой, явно надеясь задеть меня.

— Так вот зачем ты меня позвал сюда, — догадываюсь сразу, сжимая кулаки. Смотрю на дрища в костюме и хочу раздавить его за эту ухмылку, как таракана.

— О чём ты?

— Столько лет конфликтов, и ты приглашаешь меня к себе. Показать, что моя жена работает на тебя.

— Ну, — отвечает спокойно, отводя взгляд на своих людей. И отчётливо вижу, как в этих глазах играют чёртики. Сукин сын. — Просто совпадение. Так ведь бывает, да?

И переводит хищный взгляд на меня.

— Так что, поговорим о сотрудничестве?

— Мы поговорим только тогда, когда ты вдруг решишься продать это дерьмо, — обвожу помещение пальцем. И развернувшись в узком коридоре, отворачиваюсь и зло иду обратно к лифту.

Переговоры окончены.

— Не надейся, Пятницкий. Компания твоей не будет. Как теперь и твоя жёнушка.

Вмазать бы ему, да хорошенько. Но держу себя в руках, стиснув до скрипа зубы.

Захожу в лифт, остервенело жму на кнопку первого этажа.

Нашла к кому устраиваться, дурёха. Вляпалась теперь в дерьмо, под названием Романов. Как будто не слышала, какой он гнилой тип. Но всё равно пошла к нему. Назло мне.

Пусть. Сама набьёт себе шишки и всё поймёт.

Спускаюсь вниз, на парковку. Прыгаю в тачку — и в нервозе еду домой, так и не найдя нужного объяснения почему Ангелина пошла именно к нему. Да у нас куча знакомых!

На пропускном пункте немного отвлекаюсь. Охрана останавливает.

— Май Викторович, к вам женщина приезжала, — сообщает мужчина. — С пропуском. Та самая, которую вы сказали не пускать.

Недовольно цокаю.

Вот неугомонная. Мать не может дозвониться, поскольку я в открытую игнорирую её. Попыталась приехать домой, чего ей тоже не позволил. Что там дальше? Визит в офис? Хорошо, что я как раз хочу взять мини-отпуск, сгонять в отпуск и очистить мозги.

Последнее вряд ли получится, но чем чёрт не шутит?

К вечеру пытаюсь отогнать ту мысль, что Ангелина теперь работает на Романова. Вроде пытаюсь понять. Ей и правда теперь надо кормить сына. А Антон сто процентов взял бы её на работу, чтобы позлорадствовать надо мной.

Выкупить бы его дерьмо… Но он не продаст. Несколько раз уже обсуждали это. Ему больше нравится работать с моими конкурентами. Ещё и жену мою на работу принимать.

Отчего-то думаю о Павлике. Она уже рассказала ему правду? Плакал ли он? Конечно, плакал!

Если вспомнить, что мы пережили вместе… Каждый приятный момент вспыхивает в голове, даря какую-то эйфорию. Кадр за кадром. И тепло в груди разливается.

Без него дома пусто. И без Апрельки.

Не хватает шума, суеты, тепла.

Вечер среды, я уже дома, и никто не пинает меня, чтобы съездить вместе в парк и погулять.

Вместо этого сижу на диване в тусклой гостиной и потираю плюшевую макушку льва, которого Павлик оставил в машине. Я помню, как выиграл её в тире, когда ему было два года. Как он радовался, обнимал его, не выпускал из рук. И как учился рычать, так и не сумев выговорить букву «р».

А сейчас там, где я его не вижу, он наверняка ходит, плачет и грустит. Потому что папы нет рядом.

Сердце сжимается от боли.

Хоть он мне и неродной, я привязался к нему. Видел его с первого дня его жизни. Вырастил, воспитал. Радовался первым шагам, первому слову.

За неделю разлюбить его тяжело. Это сделать придётся. Но пока… Я скучаю.