История моей жизни

Глава 37. Не буди спящих свиней

Хейзел

На своё второе заседание городского совета я вошла с ощущением, что меня сейчас стошнит. Вот почему я не лезла в ситуации. Я записывала их на бумаге и отправляла в мир, где мне не нужно видеть аудиторию и выносить их немедленную обратную связь. Этим вечером я выставлю себя на всеобщее обозрение, и не через безопасную дистанцию книжных страниц.

Прижимая к груди блокнот для эмоциональной поддержки, я осмотрелась по сторонам. В отличие от прошлого раза, сегодня «Отброшенные Копыта» были забиты битком. Поскольку сегодня не было похоронной службы в качестве конкурента, все три зала похоронного бюро открыли, превращая в одно большое пространство. Видимо, все хотели посмотреть, как пройдёт голосование за кандидатуру шефа полиции. Как бы Леви ни отпирался от этой работы, я могла лишь вообразить себе, как плохо всё будет, если Эмилия, обламывающая всё веселье, станет настоящим представителем полиции.

— Привет.

Я повернулась и обнаружила за собой Леви. Из-за бороды и подбитого глаза сложно было сказать наверняка, но мне показалось, что он выглядел слегка позеленевшим.

— О, привет. Готов к результатам, потенциальный будущий шеф?

— Нет. Либо я в итоге окажусь ответственным за проблемы всех в городе, либо нам придётся жить с тем, что Эмилия регулирует то, как нам жевать на публике. Оба варианта — отстой.

Для Леви это была весьма длинная череда слов.

Как по сигналу, упомянутая женщина вошла в комнату с её мужем. Они были одеты в одинаковые футболки «Не будь дураком — голосуй за Рамп с огоньком». Гарланд шёл перед ними задом наперёд и щёлкал фотографии на телефон с рвением фотографа, отчаянно желающего добиться хоть одной улыбки от карапуза, у которого настало время дневного сна.

Я сморщила нос.

— Я думаю, мы оба знаем, что этому городу будет лучше, если жетон будешь носить ты.

Леви хмыкнул.

— Эй, спасибо за то, что вы сегодня повесили мой телевизор и закончили полоть двор перед домом. Вам, ребята, необязательно было это делать, — я весь день избегала Кэма, а потом вышла из своего кабинета с осоловелыми глазами, законченной презентацией для совета и набросками весьма эпичной сцены ссоры. И обнаружила, что мой дом пустует, а список дел значительно сократился.

Леви склонил голову.

— Это был по большей части Кэм. Он пытается вновь завоевать твоё расположение.

— Хмм, — это лучший ответ, на который я была способна. Я не была уверена, что готова отдавать ему своё расположение, то есть, пускать его обратно в свою постель. Ну, формально мы ни разу не добирались до моей постели.

Улыбка Леви была беглой, но ослепительной.

— Продолжай его мучить, — посоветовал он, затем ускользнул в толпу.

Я заметила Дариуса за столом с самогонным пуншем — на сей раз деньги собирались на терапевтическую собаку для малышки Зельды Спрингер — и направилась в его сторону. Немного жидкой храбрости сегодня не помещает.

Я встала в очередь за широкими плечами Гатора Джонсона, который водил эвакуатор.

— Ну вы поглядите, это ли не Хейзел Харт, — сказал он. — Я скачал одну из твоих аудиокниг. Весьма неплохо.

— Правда? Я думала, ты из тех, кто читает историческую прозу про войну.

— Я многосторонний мужчина, — настаивал он. — Мне понравилось. Чёрт, да мне пришлось забрать Скутера, когда у него сломался грузовик, и мы минут пять тупо сидели в кабине, чтобы дослушать главу, где Бетани спасает самый старый дуб города от злобного застройщика.

Мою грудь пронзило уколом боли. Гордость и потеря на этом этапе уже так переплелись, что я не могла сказать, что из них побеждает.

— Спасибо, Гатор, — ответила я.

— Мне не терпится послушать то, над чем работаешь ты. Если тебе нужно, чтобы я озвучил своего персонажа, я всегда рад встать за микрофон.

Я немедленно представила, как воображаемый седеющий Гатор подходит к моей ничего не подозревающей героине, вытирая о комбинезон руки, испачканные в моторном масле. «Твой драндулет нуждается в смазке?»

— Я буду иметь в виду. — сказала я, пытаясь выбросить этот образ из головы.

К счастью, прибытие Кэмпбелла Бишопа послужило идеально подходящим отвлечением. Он был в джинсах и расстёгнутой рубашке, надетой поверх облегающей футболки. Подбитый глаз придавал ему плутовской вид плохого парня, который мне показался нервирующе привлекательным. Мрачно сжатые щетинистые челюсти говорили о том, что он хотел бы оказаться где угодно, только не здесь.

Пока он не заметил меня.

Даже моя уничижительная нехватка уверенности в себе не могла игнорировать блеск в его глазах.

Я повернулась к нему спиной. Моё тело, может, и было готово позволить Кэму снова прикоснуться ко мне, но мой мозг, к счастью, ещё держался.

— Итак, Гатор, мне всегда было интересно, как ты отгоняешь машину эвакуатором, если она на парковочном тормозе, — сказала я, сосредотачивая всё своё внимание на его детальном и затянутом объяснении.

Я чувствовала на себе взгляд Кэма, но он не подходил. Когда я оказалась впереди очереди за пуншем, я рискнула обернуться через плечо и увидела, что его прижал к стенке журналист-любитель Гарланд.

— Привет! Вот и мой любимый автор книг, — приветствовал меня Дариус. — Готова к заседанию?

Я наклонилась через импровизированный бар.

— Ты чего такой бодрый? Ты вот-вот скажешь всему городу, что через месяц нам могут грозить заваленные дерьмом улицы и банкротство.

— Когда в совете есть такой креативный человек, как ты, я не сомневаюсь, что мы найдём решение. Если Стори-Лейк что-то и умеет, так это выживать, — сказал он с завидной уверенностью.

А я эту уверенность не разделяла.

— Да. Насчёт этого. Кого-нибудь в прошлом прогоняли с совета улюлюканьем? — спросила я, давая ему деньги за самогонный пунш.

— О, конечно. Но это случается всего пару раз в год, — сказал он.

— Спасибо, — сухо отозвалась я.

— Но у меня есть хорошие новости, — продолжил Дариус. — Сегодня я продал дом и сдал в аренду один из пустующих магазинов на Мейн-стрит, и за это нужно благодарить тебя.

Ой-ёй. Что я опять натворила?

— Правда? Почему?

— Это пара из Коннектикута, которая держит кофейню. Из торгового центра, где они работали раньше, их вытеснили из-за повышения аренды и налогов. Жена читает твои книги, подписана на твою рассылку и соцсети. Она и её муж приехали сюда, влюбились в Стори-Лейк и сразу внесли предложение о покупке за наличные.

Супер. Теперь я заманивала читателей в город, который на грани разрушения.

— Это... здорово, — сказала я, симулируя восторг. Я копалась в кошельке в поисках денег на вторую порцию самогонного пунша, и тут появилась запыхавшаяся и раскрасневшаяся Зои.

Она выхватила самогонный пунш из моих рук и выпила залпом.

— Ладно. Лакреша приготовила слайды к запуску. Ты всех сокрушишь.

— В хорошем смысле слова или в плохом? — я снова почувствовала тошноту.

— Пора начинать, — сказал Дариус, закрывая кассовый ящик, и поторопил меня к сцене, пока я тоскливо смотрела на самогонный пунш.

К тому моменту, когда я поднялась на сцену, осталось лишь одно место между Эмилией и Кэмом. Я не могла сказать, кто вызывал у меня меньше энтузиазма. Я опустилась на стул так, будто это было среднее сиденье на самолёте. Колено Кэма вскользь задело меня под столом. Электрический разряд от физического контакта заставил меня дёрнуться, и я отшатнулась от него, локтем задев литровый стакан спортивного напитка, который Эмилия поставила рядом с собой.

Я в замедленном ужасе наблюдала, как стакан опрокидывается, и лаймово-зелёная жидкость словно цунами выливается на передний ряд зрителей, где сидела маленькая группа приспешников Эмилии.

Толпа коллективно ахнула, когда жидкость вступила в контакт и залила три футболки «Голосуй за Рамп». Раздражённые визги жертв быстро были заглушены хохотом.

Кэм рядом со мной хихикнул. Его колено незаметно утверждало доминирование над моим коленом.

— Мне очень, очень жаль, — крикнула я в их сторону, пока женщины пошлёпали в сторону уборной, чавкая мокрыми вещами.

— Ты за это заплатишь, — прошипела Эмилия прямо в микрофон.

— Не сомневаюсь.

— Давайте сведём угрозы к минимуму. У нас сегодня на повестке много важных вещей, — сказал Дариус в аудиторию. Он показал на Певчих Птиц Стори-Лейка, которые собрались в сторонке. Группа пропела протяжную мелодию. Помещение постепенно притихло, и вскоре я была уверена, что все присутствующие могли слышать гулкий стук моего сердца, пока то пыталось сбежать из моей груди.

— Объявляю это заседание открытым, — сказал Дариус. — Первым делом — результаты голосования за шефа полиции уже готовы.

Это привлекло всеобщее внимание. Эмилия выпрямилась на своём сиденье и перебрала стопку карточек. Это была её победная речь. И судя по высоте стопки, весьма длинная. Я заметила Леви в задней части помещения — он скрестил руки на груди и прислонился к стене с таким видом, будто вот-вот предстанет перед расстрельным отрядом.

— Победителя наших особенных выборов объявят Певчие Птицы Стори-Лейка, — сказал Дариус.

Птицы важно вышли вперед и пропели краткую мелодию.

— Да бл*дь, — пробормотал Кэм едва слышно.

«Горожане не страдали. Голоса они отдали.

Мы задачу упрощаем, всем вам гордо сообщаем:

Капитаном нашего судна Леви Бишоп избран прилюдно»

Один из Певчих Птиц взорвал хлопушку с конфетти, осыпав сцену красными, белыми и синими кусочками бумаги.

Большая часть толпы зааплодировала. Фрэнк и Пеп Бишопы держали над головой плакаты «Шеф Бишоп», а Лаура подъехала к Леви и любовно врезала кулаком в его живот.

Эмилия, со сжатыми челюстями и дрожащими (видимо, от едва сдерживаемой ярости) светлыми кудрями, наклонилась к микрофону.

— Я требую пересмотра на основании статьи 52, подпункта Ж.

Эйс вздохнул и бухнул на стол тяжеленную папку с уставом.

Дариус помахал рукой.

— Нет необходимости, доктор Эйс. Статья 52, подпункт Ж гласит, что выборы официального лица могут быть пересмотрены, если выигрывающий кандидат осознанно создаст или допустит массовое бегство домашнего скота в пределах города на протяжении минимум трёх кварталов.

Муж Эмилии, Амос, вскочил на ноги и показал в окно.

— Чёрт возьми! Там свинья бежит по улице! — объявил он с отрепетированным восторгом. Я была вполне уверена, что он прочёл эту реплику со своего набора карточек.

— Погодите. Разве это не ваша свинья, Амос? — спросил зоркий как орёл наблюдатель откуда-то из задней части помещения.

— Это определённо Рагу Рамп. Я где угодно узнаю эту свинью, — сказал кто-то другой.

— Ну вы посмотрите! Он решил вздремнуть в клумбе Дилбертов.

Эйс наградил Эмилию долгим взглядом.

— Думаю, мы с уверенностью можем заявить, что одна свинья, которая прошла тридцать метров и уснула, не считается за массовое бегство домашнего скота.

Эмилия возмущённо фыркнула и скрестила руки на груди.

— Поздравляем, шеф Бишоп. Мы организуем церемонию принесения клятвы на удобную для вас дату, — сказал Дариус абсолютно деловым тоном. — Переходим к следующему пункту повестки. Мы получили результаты отчёта по очистным сооружениям, и у нас есть восемь месяцев, чтобы найти 200 тысяч долларов на обновление нашей канализации.

Было так тихо, что послышался храп Рагу Рампа. А потом воцарился настоящий ад.

— Люди, пожалуйста, давайте притихнем, чтобы можно было рассмотреть возможные решения, — сказал Дариус.

Вопросы сыпались в быстром и безжалостном темпе.

— Как, чёрт возьми, мы найдем столько денег?

— Что случится, если мы не проведём обновление?

— Почему мы не можем праздновать День Голого Садовода в парке?

(Всемирный день голого садовода реально существует и отмечается каждую первую субботу мая, — прим)

— А людям, которые голосовали за Леви, нужно опасаться какой-то мести от... других кандидатов?

— Почему бы нам всем не установить уличные туалеты на своих участках?

Я посмотрела на Кэма.

— Ты не можешь что-нибудь сделать?

— Ладно. Но только потому, что в моих же интересах выглядеть героем в твоих глазах, — он наклонился к микрофону, сунул средний и большой пальцы в рот и пронзительно свистнул. — А ну все прижали жопы и заткнулись нафиг, иначе вы все станете первым арестом моего брата, и я знаю, что у нас не хватит тюремных камер для такого.

Крики притихли до приглушённого бормотания.

— Спасибо, Кэм, — сказал Дариус. — А теперь, я знаю, что эти новости стали шоком, но ваши члены совета уже усердно работали над возможными решениями.

— Есть лишь два настоящих решения. Повысить налог на недвижимость втрое или объединиться с Доминионом, — объявила Эмилия. — С таким же успехом можно сразу сдаться. Начинайте паковать вещи и выставлять дома на продажу, пока наши улицы не сделались коричневыми от дерьма, и пока наши налоги не сделали вас банкротами!

Вопли начались снова и продолжались вопреки нескольким трелям Певчих Птиц и призывам Дариуса к тишине.

Кэм положил руку на спинку моего стула, вскользь задев пальцами мою спину. Он наклонился за меня.

— Эрлин, привлеки-ка их внимание.

Ведьмовская женщина лёгким движением отдала часть и достала из-под стола пневматический клаксон.

Я едва успела зажать уши, прежде чем Эрлин сотрясла всё помещение рёвом клаксона. Толпа неохотно притихла.

— Спасибо всем вам за ваше пылкое небезразличие. Член совета Эмилия озвучила два возможных варианта, но я хотел бы послушать и других членов совета, — сказал Дариус, помогая этому заседанию продвигаться дальше.

Эрлин подалась вперёд, и её изобилие браслетов звякнуло перед микрофоном, отчего её речь прозвучала как слова волшебной феи.

— Я предлагаю начать подавать заявки на инфраструктурные гранты, чтобы помочь собрать нужную сумму. Должны же найтись один-два гранта, критериям которых мы соответствуем, и у нас в городе есть профессиональная писательница, чтобы помочь с этим.

— Великолепное предложение, — поощрил Дариус.

Эйс поднял руку.

— Моя рекомендация — это попросить отсрочку по дедлайну. Получив больше времени, мы сможем рассмотреть менее дорогие альтернативные варианты обновления.

— Великолепное предложение, — сказал Дариус, игнорируя презрительное фырканье Эмилии. — И предвидя это, я уже подал запрос администраторам округа, и они ответили отказом.

Толпа застонала.

— Но у меня не сложилось ощущения, что это твёрдое «нет», — сказал Дариус. — Я верю, что мы можем прийти к компромиссу.

Кэм наклонился, и его губы вскользь задели моё ухо.

— Мы идём ко дну, Проблема. Тебе пора вмешаться.

Я точно наблюю на остаток первого ряда. Моё сердце колотилось так сильно, что я гадала, не нужна ли мне медицинская помощь. Но Кэм прав. Я приехала сюда, чтобы начать с нуля, и возможно, вместо того чтобы смотреть и наблюдать, пора начать принимать непосредственное участие.

Пеп и Фрэнк показали мне большие пальцы вверх. В задней части комнаты Лаура ладонью изобразила говорение. Зои стояла в проходе с Лакрешей и смотрела на меня. Она двумя пальцами подняла уголки своих губ в улыбке.

Толпа снова начала переговариваться.

Вместо того, чтобы вызывать у меня мурашки очередным шёпотом на ухо, Кэм пнул меня под столом.

— Ой!

— Сейчас или никогда, Проблема.

Прежняя Хейзел хотела выбрать «никогда». Но я оставила её на Манхэттене, в слишком маленькой и слишком одинокой квартирке.

— Что если... — мой микрофон разразился пронзительным писком.

— После сегодняшнего заседания я с радостью проведу всем бесплатную проверку слуха, — предложил Эйс.

Я немножко отодвинулась от микрофона и попробовала ещё раз.

— Что, если деньги необязательно будут исходить от жителей Стори-Лейка?

— Ты сама что ли чек выпишешь? — прорычала Эмилия из угла.

— Дай ей сказать, Рамп, — приказал Кэм.

— Я хочу сказать, что Доминион за годы многое отнял у вас... эм, у нас. Что, если мы найдём способ отнять что-то у них?

— Например, что? — вопрошал Гатор из середины ряда.

— Мне всегда нравился их фонтан перед зданием администрации, — сказала молодая мамочка, укачивавшая карапуза на бедре рядом с глянцевым и, надеюсь, пустым гробом.

— Помните, как они в прошлом году они украли нашу куклу-талисман пиклбола? Нам надо прокрасться в город и украсть их питомцев! — выкрикнула мускулистая женщина в спортивном костюме, сидящая перед ассортиментом погребальных урн.

— Так. Я имела в виду скорее туристов, — сказала я. — Это прекрасный город с ошеломительным озером. Должен же быть способ переманить туристов из Доминиона.

— Украсть у Доминиона. Переманить туристов, — проговаривал Дариус вслух, записывая мои предложения. — Мне нравится.

Краем глаза я видела, что Эмилия ёрзает на своём сиденье и становится свекольно-красной.

Лэнг Джонсон поднялась на ноги.

— Пусть я бы с радостью отняла что-то у Доминиона, но как именно ты предлагаешь соперничать с ними?

— Да, — сказал Скутер, стоящий позади неё. — У них есть всё, что люди лет двадцати могут хотеть на весенних каникулах.

Терпение Эмилии испарилось.

— Это дурацкая идея. Кто в здравом уме захочет приехать сюда вместо Доминиона? Их город — это круглогодичная вечеринка со всеми удобствами. У нас в сравнении с ними нихрена нет. С таким же успехом мы можем поднять белый флаг и продать всё Доминиону.

— Я рада, что ты спросила, Лэнг, — сказала я с улыбкой, которая дрожала совсем чуточку. — Зои, можешь запустить презентацию?

Первой фотографией был снимок озера в Доминионе на День Независимости. Оно представляло собой сплошной затор из лодок и купающихся тел. Самой воды почти не было видно.

— Выглядит как бассейн казино Вегаса в августе, не так ли? Можете представить, сколько мочи в этой воде?

— Я бы предпочла плавать в моче, а не в дерьме, — вклинилась Эмилия.

— Да бл*дь, — пробормотал Кэм.

— Эмилия, думаю, нам нужно ещё раз поговорить о разнице между полезными и бесполезными комментариями. Я был бы очень рад, если бы ты не заставляла нас отправлять тебя в тайм-аут перед всем городом, — невозмутимо сказал Дариус.

— Ладно, там определённо мерзко, и в воде наверняка распространяется какая-нибудь болезнь, передающаяся через мочу. Но как это поможет нам? — выкрикнула Хана из гостиницы.

Зои переключила на следующий слайд. Прекрасная летняя фотография нашего озера с парой каяков и рыболовецкой лодкой, плывущими вдоль озера.

— Что, если мы противоположность Доминиона? — предложила я. — Что, если вместо круглогодичной вечеринки на весенних каникулах, мы будем ориентироваться на людей, которые не хотят кататься на гидроциклах и хлестать ягермейстер?

— На кого, например? — спросил Эйс.

— Например, семьи с детьми, которым ещё нужен дневной сон. Пенсионеры. Интроверты, которые предпочли бы пойти в бар с книгой, а не орать в ухо незнакомца. Люди, у которых проблемы с мобильностью. Люди, которые не будут запускать фейерверки в три часа ночи или падать пьяными посреди города.

— Семьи с аутистами, — подсказала Эрлин.

Я благодарно просияла.

— Вот именно!

Дариус показал на нас пальцем.

— Да! Я недавно читал про парк развлечений в маленьком городке, который организовывает специальные тихие дни для посетителей с сенсорными проблемами. За первый год они уже заработали более чем достаточно денег, чтобы компенсировать ту сумму, которую они потеряли от обычных клиентов в такие дни, и прибыль этого парка развлечений за год повысилась на десять процентов.

По моим рукам побежали мурашки. Мы нащупали что-то стоящее.

— Мы могли бы сосредоточиться на привлечении рыбаков вместо любителей гонять на катерах, — добавил Кэм. — Так озеро будет оставаться тихим и чистым.

— И чем больше людей мы заманим в наш тихий маленький городок, тем больше денег они тут потратят, и тем больше вероятность, что они ещё вернутся, — с энтузиазмом сказала я. — Сами подумайте. У нас девственно чистое озеро, великолепная гостиница и совершенно милейший центр города из всех, что я видела. А я пишу романы о маленьких городках, так что я знаю, что говорю.

— Но что насчёт пустых витрин и вывесок «продаётся»? — спросил кто-то в задних рядах.

— Мы действительно создаём ощущение города-призрака, — неохотно согласилась Лаура.

Я подала сигнал Зои, которая переключила на следующий слайд.

— Что такое Летний Фестиваль? — спросила Китти Суарез, поднимая взгляд от шапочки, которую она вязала.

— Это фактически ребрендинг. Мы не младшая занудная сестричка Доминиона, которой нечего предложить. Мы — возможность сбежать от хаоса реальной жизни. Мы положим начало этому в виде какого-нибудь мероприятия или фестиваля на День Труда в первый понедельник сентября, — сказала я. — Мы можем организовать парад, гонку на каяках, соревнование по выпечке пирогов. Все вывески «Продаётся» можно спрятать буквально на один день. Мы сделаем вид, будто мы процветающий маленький городок, чтобы всем захотелось быть частью нашей жизни.

— Разве это не будет отчасти подлым обманом? — потребовал Гатор.

— Ну, да, немножко, — призналась я.

— Я в деле! — взвыл он.

— А можно мы сделаем контактный зоопарк? — спросила беззубая девочка с пушистыми чёрными хвостиками волос, сидящая на плечах своего отца.

— Мне нравится эта идея, — сказала я ей.

— Забег, прибыль от которого будет направлена на обновление канализационной системы, — предложил Эйс. Друзья Дариуса, занимающиеся бегом по пересечённой местности, оживились, услышав эти слова.

— Хотелось бы найти более сексуальный повод, — сказала Эрлин. — «Беги ради Какашек» как-то не звучит.

— Поверь мне, если кто и сможет сделать канализацию сексуальной, это Хейзел Харт, — выкрикнула Пеп, показывая на меня. По помещению прокатилась волна тёплого смеха.

Я почувствовала, как мои щёки залились румянцем.

— Спасибо за такую веру в меня.

— Может, мы могли бы установить уличные прилавки торговцев в парке на площади? О! И ещё грузовики с едой на Мейн-стрит.

— Гостиница с радостью организует на своей территории вечеринку с кострами и поеданием смора, — вызвалась Билли, взглянув на Хану.

(Смор — традиционный американский десерт, изготавливаемый на огне, зачастую в летних лагерях в США, Мексике и других странах. Состоит из поджаренного маршмэллоу и шоколада, между двумя крекерами. Под воздействием тепла растопленный шоколад плавится, соединяя два крекера, — прим)

Мероприятие для всех. Что-то, где найдётся место для всех. Я подумала о читательницах на террасе — они все имели разное прошлое, находились на разных этапах жизни. Мы как будто взяли историю и воплощали её в жизнь. Вместе.

Кэм откинулся назад и вскинул бровь, глянув на меня. Не знай я лучше, я бы подумала, что он впечатлён.

Я заметила, что Эмилия достала телефон и рьяно печатала. Секунду спустя её муж посмотрел в свой телефон и нахмурился. Он встал.

— Выскажусь как обеспокоенный гражданин. Как вы предлагаете заработать 200 тысяч долларов на одном плачевно организованном жалком дне, состоящем из скучных общественных мероприятий? — прочитал он.

— Нам не нужно зарабатывать двести тысяч на одном Дне Труда, Амос, — сказала я. — Но нам надо с чего-то начинать. Это разнонаправленный подход, конечная цель которого — спасение Стори-Лейка. Начнём с того, что ещё раз запросим отсрочку, будем подавать заявки на гранты и искать способы привлечь больше людей в город. Но для этого нам нужна помощь всех и каждого. Иначе нас поглотит Доминион, и мне из надёжных источников известно, что они планируют превратить часть Стори-Лейка в поле для гольфа.

Аудитория коллективно ахнула.

— Мне нравится, в каком направлении всё движется, — сказал Дариус. — Но до Дня Труда осталась всего неделя. Сможем ли мы так быстро организовать нечто подобное?

— Почему бы тебе не спросить нашего председателя по вопросам парков и зон отдыха? — предложил Кэм.

Все повернулись ко мне.

— Ой божечки.

Гарланд вскочил передо мной и сделал несколько снимков, так и не выключив вспышку.

Смаргивая яркие пятна перед глазами, я почувствовала, что паника опять накрывает меня. Это очень много работы вдобавок к дедлайну, который уже висел надо мной, а также к дому, который превратился в сплошную зону ремонта. Кто я такая, чтобы затевать кампанию по спасению целого города? Я в большинстве случаев обедала мясной нарезкой прямо из упаковки.

— Мы будем искать сопредседателя Летнего Фестиваля, а также добровольцев для создания комитета, — сказал Дариус.

Я моргнула, когда в воздух взлетело несколько рук.

— Я буду сопредседателем, — сказал Кэм.

Я чуть не свалилась со своего стула, когда развернулась и уставилась на него.

— Кстати, — сказал он, обращаясь к толпе. — Мы с Хейзел встречаемся.