История моей жизни

Глава 7. Небольшое дружеское жульничество

Хейзел

Даже с травмой головы я бы точно смогла пройти четыреста метров до центра Стори-Лейка. Это было из разряда «моргни и пропустишь» — два квартала по большей части пустых витрин и парковок. Небольшой выжженный солнцем парк разделял площадь посередине. Похоже, тут отсутствовала обязательная для маленьких городков беседка.

Но я была слишком занята мужчиной за рулём.

Это должно что-то значить. Не успела я пересечь границу города, как уже встретила мужчину, который ответственен за моё пребывание здесь. Конечно, возможно, тот факт, что я чуть не размазала белоголового орлана своей машиной, тоже что-то значил. Но я выбирала фокусироваться на более привлекательной, ворчливой и мускулистой стороне вопроса.

— Так сколько у тебя братьев? — спросила я.

— Что? — рявкнул Кэм.

Я показала на логотип «Братья Бишопы» на его футболке.

— У тебя фамилия Бишоп. Я предположила.

— Два, — сказал он так, будто надеялся, что я откажусь от попыток завести светскую беседу.

«Ха. Тут тебе не повезло, дружок». Хоть нравится ему это, хоть нет, Кэмпбелл Бишоп стал моей временной музой, и я собиралась выжать из него максимум.

— Ты старший? Ты похож на старшего. Ты прожил здесь всю свою жизнь? — спросила я.

Он буркнул, будто это считалось приемлемым ответом.

Я заметила на приборной панели потрёпанную книжку в мягкой обложке.

— Ты читаешь? — с надеждой спросила я. Герои, которые любили книги, по моему скромному мнению, были ещё сексуальнее.

— Ты спрашиваешь меня, умею ли я читать?

Я показала на полицейский детектив с загнутыми уголками страниц.

— Я спрашиваю, получаешь ли ты удовольствие от чтения.

— Прямо сейчас я ни от чего удовольствия не получаю, — сказал он.

Я устроилась обратно на своём сиденье, чтобы перегруппироваться. Мои навыки светских бесед заржавели, но мне необходимо было выпытать из этого мужчины как можно больше информации, чтобы смазать шестерёнки вдохновения.

Кэм управлялся с грузовиком так, будто он был рождён для того, чтобы водить очень крупную технику с большим количеством лошадиных сил. Как будто машина была каким-то продолжением его тела. И что это за тело. Он носил серую футболку с логотипом «Братья Бишопы», которая облегала вполне себе славную территорию. Его джинсы были поношенными в манере, которая так и говорила «я делаю мужскую работу, и мне потребовались годы, чтобы мои мускулистые бёдра разносили этот деним».

Радио, пока он его не выключил, было настроено на какую-то живенькую станцию кантри-музыки.

Вопреки непростому началу и пульсации в моём лбу, у меня складывалось чувство, что всё определённо налаживается. В своей голове я уже отправляла Книжного Кэма на помощь нашей застрявшей героине. Конечно, Книжная Героиня… хмм, давайте для простоты назовём её Хейзел. Да, Книжная Хейзел не стала бы сбивать национальную птицу прямо в воздухе. Это не подходит для милой первой встречи. Это скорее катастрофа. Но рана головы сгодится. Кому не понравится пострадавшая героиня и ворчливый герой, играющий в доктора?

Может, растяжение лодыжки будет сексуальнее? Меньше крови, и Книжный Кэм мог носить её на руках с помощью своих гигантских мышц.

— Вернись на землю, — рявкнул Реальный Кэм, помахав рукой перед моим лицом.

Я вынырнула из своего фантазийного мира.

— А? Что?

— Не обращай на неё внимания. Она вечно частично отключается, — сказала Зои с заднего сиденья. — Он спросил, какие дела, помимо нападения на орлана, привели нас в Стори-Лейк.

Книжный Кэм определённо приятнее Реального Кэма.

— У нас встреча с мэром, — заносчиво сказала я.

Кэм усмехнулся, но ничего не сказал.

— Это какая-то заброшенная площадка для съёмки фильмов, да? — потребовала Зои. — Где все?

Я переключила внимание от бурлящего креатива и осмотрелась по сторонам. Она права. Не считая пары белок, бегавших вверх и вниз по стволам деревьев в парке, других признаков жизни не было.

— Неа, — сказал Кэм.

Рокот двигателя грузовика маскировал тишину. Я нахмурилась.

— Мне сказали, что «кипящий жизнью центр города» — это магнит для туристов.

Наш недобровольный герой хрюкнул.

— Кто, чёрт возьми, скормил тебе такое?

Прежде чем я успела ответить, кое-что более интересное привлекло его внимание, и он ударил по тормозам посреди улицы.

Мужчина вытащил лестницу и длинную белую трубу из-под зелёного навеса перед кирпичным зданием. На окнах золотыми буквами было написано слово «Универмаг». Собака размером с медведя сидела на тротуаре, махала пушистым хвостом из стороны в сторону как метроном восторга, а другая собака поменьше, не такая мохнатая, следовала за мужчиной по пятам.

Кэм высунулся из окна.

— Проблемы?

Мужчина с лестницей покачал головой и показал пластиковой трубой на провисшее место в навесе.

— Неа. Рыбья голова.

Собака поменьше жизнерадостно тявкнула, что привлекло внимание крупного пса, и тот поковылял по бетонным ступеням вниз, чтобы присоединиться к компании на тротуаре.

Зои ткнула меня в плечо, и я повернулась на сиденье. «Рыбья голова?» — спросила она одними губами.

Кэм выбрался из машины, оставив дверцу открытой. Будь мы в Нью-Йорке, то не прошло бы и четырёх секунд, как мусоровоз или курьерский фургон снёс бы эту дверь с петель. Но здесь, в «кипящем жизнью центре города», в пределах видимости не было ни одной другой машины.

— Признаюсь. Мы начали не лучшим образом, — сказала я, наблюдая, как Кэм немедленно подвергся атаке радостного приветствия обеих собак. — Но у меня хорошее предчувствие.

— Я рада, что хоть у кого-то оно хорошее, — сказала Зои.

Кэм перешагнул собак и попытался взять лестницу у мужчины. Это привело к громкой дискуссии с большим количеством показывания пальцами. Более крупный, похожий на медведя пёс попытался забраться на лестницу первым, отчего оба мужчины заорали:

— Мелвин!

— Хейз. Детка. Это апокалипсис. Мы разрушили приветственный знак на въезде в город и потом ввязались в стычку с нашей национальной птицей. Ты запачкала свой любимый свитер кровью из раны, которую нанесла тебе птица/рыба. Я насчитала всего шесть витрин с товарами, а наш водитель орёт на парня из универмага так, будто их вражда длится десятки лет.

— Каждой хорошей истории нужен конфликт, — настаивала я.

Кэм отбил у мужчины и собаки права на подъём по лестнице и с хмурой гримасой приставил эту лестницу к краю навеса. Другой мужчина передал длинную пластмассовую трубу, и наш местный герой с её помощью столкнул рыбью голову с ткани. Она приземлилась на бетон с неопрятным шлепком.

Пёс-медведь накинулся на рыбью голову.

— Проклятье, Мелвин, — сказал другой мужчина, оттаскивая массивного пса назад за ошейник. Пёс поменьше, похоже, уснул на солнышке посреди тротуара.

Кэм слез обратно, сложил лестницу и понёс её поверх спящей собаки и по ступенькам к входной двери. За всё это время он не сказал ни слова своим зрителям.

— Теперь ты хочешь накормить меня пудингом? Может, помоешь меня губкой? — пожаловался мужчина, всё ещё державший пса, когда Кэмпбелл вернулся.

— Если я говорил тебе сто раз, то я знаю, что Гейдж говорил тебе тысячу. Чёрт, даже Леви, наверное, сказал раз или два, а ты знаешь, как сильно он ненавидит открывать свой рот. Не лезь на бл*дскую лестницу, — сказал Кэм, ткнув мужчину пальцем в грудь.

Пёс-медведь ликующе гавкнул, разбудив второго пса, который дрых как лежачий полицейский. Он вскочил и испустил пронзительный вой.

— Заткнись, Бентли! — рявкнули оба мужчины.

— Мы вот-вот станем свидетелями драки? — спросила Зои, немного оживившись.

— Не психуй, Кэм. Я не детсадовец, чёрт возьми, — сказал мужчина постарше, отталкивая руку Кэмпбелла. — Я прекрасно способен сделать всё то дерьмо, на которое вы, занозы в заднице, считаете меня неспособным.

— Один звонок, и твоя задница окажется дома в кресле, — пригрозил Кэм.

Мужчина постарше прищурился.

— Ты не посмеешь.

— А ты попробуй. Вот увижу тебя на этой лестнице, и сам примотаю тебя изолентой к креслу, — предупредил Кэм.

Второй мужчина провёл ладонью по бороде. Он посмотрел в сторону грузовик.

— Представишь меня своим друзьям?

— Неа.

И с этими словами Кэм потопал обратно к грузовику.

— Увидимся за завтраком, — сказал мужчина на тротуаре, когда Кэм переключил передачу и надавил на педаль газа.

— Ага.

— Твой друг? — спросила я.

— Нет.

— Заклятый враг? — попробовала я ещё раз.

Кэмпбелл сердито смотрел через ветровое стекло.

— Он мой папа.

— Вы двое, похоже, близки, — пошутила Зои с заднего сиденья.

— Симпатичные пёсики, — сказала я. — Они принадлежат твоему папе, с которым у тебя явно какая-то затяжная вражда?

— Не надо было вставать с кровати сегодня утром, — пробормотал Кэм.

— А какая кровать? Кинг сайз? Ты выглядишь так, будто предпочитаешь кинг-сайз. Я определённо куплю матрас кинг-сайз, если для него найдётся место. Ну и пространство в шкафу, о котором только мечтать можно, — болтала я.

Я всё ещё пыталась найти подходящие темы для разговора тридцать секунд спустя, когда наш ворчливый водитель резко остановил свой грузовик у обочины. Мы проехали аж два квартала от универмага.

— Выходите, — приказал он.

Зои не надо было повторять дважды. Она выпрыгнула с заднего сиденья так, точно оно было переполнено птицами, пожирающими рыбьи головы.

Я ещё не была готова расстаться с Мистером Вдохновение. Что, если я не смогу найти его в городе? Что, если наши пути больше никогда не пересекутся?

— Спасибо, что подвез… и за шоу… и за первую помощь, — сказала я, потрогав пластырь на лбу.

Он буркнул, всё ещё глядя прямо перед собой.

— И извини за орлана, и за приветственный знак, и за то что заставили тебя играть в таксиста.

На сей раз он выразительно посмотрел на часы на приборной панели.

— Наверное, я не буду тебя задерживать, — я отстегнула свой ремень безопасности и начала медленно собирать свои вещи.

— Хейзел?

Я прекратила свои занятия и подняла на него взгляд.

— Да?

— Если тебе что-то понадобится до твоего отъезда отсюда… — эти зелёные глаза сжигали меня как изумрудный огонь.

— Да? — с придыханием произнесла я.

— Мне не звони.

— Ха-ха. Ты один из тех смешных, галантных парней, не так ли?

— Я не отношусь ни к тем, ни к другим.

— Тогда каким бы ты себя назвал? — настаивала я.

— Опаздывающим, — выразительно ответил он.

Зои постучала в окно, выдёргивая меня из моего ступора.

— Ээ, Хейз? Ты уверена, что это то самое место? — спросила я.

Я впервые посмотрела на здание, перед которым мы остановились.

— Ой-ёй.

— Это адрес, который вы мне дали, — настаивал Кэм, словно я обвинила его в том, что он похитил нас и бросил в лесу.

Проигнорировав его, я выбралась из грузовика и посмотрела на чудовище передо мной: Дом 44 по Тупиковой улице. Номер на калитке частично скрывался разросшимися лозами. Перед шатким заборчиком и переплетением сорняков, которое здесь заменяло газон, возвышался трёхэтажный ветхий дом вырвиглазного лососёвого цвета.

— Ты что наделала, Хейзел? — спросила Зои, когда мы встали плечом к плечу.

— Я уезжаю, — крикнул Кэм через открытое окно грузовика позади нас.

— В объявлении аукциона всё выглядело не так, — настаивала я.

— Это выглядит как дом с привидениями, в который никто не пускает своих детей просить «сладость или гадость», — заметила она.

Вспомнив про бумаги, я похлопала по сумке и выудила папку.

— Видишь? Посмотри сюда. Стиль тот же самый, окна и двери на том же месте, но фотографии не кошмарны и не ужасают.

Резкий свист пронзил тишину. Я услышала, как Кэм позади нас выругался и заглушил двигатель. Мы повернулись и увидели небольшую группу мальчиков-подростков, которые бежали по тротуару в нашу сторону.

— Нас вот-вот затопчут? — вопрошала Зои. — Это какой-то обряд посвящения через топтание, свойственный для этого маленького городка?

На мальчиках были футболки с надписью «Стори-Лейк Кросс-Кантри».

(«Кросс-кантри» обычно означает бег или гонки по пересечённой местности, люди могут как бежать, так и ехать на велосипедах, — прим)

— Я так не думаю.

Парень впереди группы остановился перед нами и протянул руку.

— Хейзел Харт, я так понимаю?

Он был всего на два-пять сантиметров выше меня, долговязый, с большими ступнями и ногами как у газели. У него была тёмная кожа, коротко стриженные курчавые чёрные волосы и очки.

— А ты? — спросила я, слегка потрясённая, и пожала ему руку.

— Дариус Оглторп, — его полная зубов улыбка была бы очаровательной, если бы не осознание, что меня облапошил подросток.

— Это ты мэр?

— И мэр, и риелтор, — гордо объявил он. — Добро пожаловать в Стори-Лейк.

Зои скрыла смех за кашлем.

— Да ты, должно быть, издеваешься. Ты же ещё школу не закончил, — сказала я.

— Я в выпускном классе. Ну, буду, когда начнутся занятия, — объяснил он. Мой ужас его как будто не смущал.

— Мы по всему городу агитировали за его избрание, — гордо сказал один из вспотевших мальчиков позади него.

— Что, чёрт возьми, ты натворил на этот раз, Дариус? — потребовал Кэм, присоединяясь к нам на тротуаре.

— О мой Бог. Он не шутит, — осознала я.

— Прекрасная и проницательная мисс Харт только что купила Дом Сердца, — бодро объявил Дариус. — И получила себе место в городском совете.

— Погодите-ка минутку, — сказала я.

— Да бл*дь, — рявкнул Кэм.

У меня складывалось впечатление, что моё проживание в Стори-Лейк представляло для него личное оскорбление.

— Мы согласились, что нам в городе нужна свежая кровь, так что я это организовал, — сказал Дариус, показывая на меня. Его четыре друга рьяно закивали.

— Ты не можешь тупо продавать место в городском совете, — сказал Кэмпбелл, стискивая зубы, отчего впадины на его щетинистых щеках стали глубже.

— Или дом с изображениями, сгенерированными нейросетью, — вклинилась Зои, показывая на мои распечатки объявления.

— Изображения выглядели отлично, не так ли? — сказал Дариус, выдавая ямочку на щеке при улыбке. — Моя младшая сестра работала над ними целую неделю между подработками диджеем. Я Дариус Оглторп, между прочим.

Зои пожала ему руку.

— Зои «Я надеру твою подростковую задницу, если ты обманул мою подругу» Муди.

— Ну разве плохо немного жульничества между друзьями? — нервно пошутил Дариус.

Кэм выхватил бумаги из моей руки и просмотрел их. Я никогда прежде не слышала, чтобы взрослый мужчина действительно рычал. Я множество раз писала это в тексте, но услышать это в реальной жизни было новым и волнительным опытом.

Зои пихнула меня локтем.

— Вау. Теперь я понимаю. Рычание — это горячо, — сказала она, едва шевеля уголком рта.

— Говорила же, — прошептала я в ответ.

Дариус повернулся к своим друзьям.

— Вы, ребята, идите дальше. Я покажу нашей новой и самой известной жительнице её дом. А потом догоню вас для спринта.

— Увидимся, Д.О., — сказал высокий долговязый парнишка, чья кудрявая стрижка маллет сдерживалась повязкой от пота. Он показал нам какой-то подростковый знак из пальцев.

— Увидимся, дамы. Надеюсь, мы будем видеть вас часто, — сказал паренек пониже. Это сопровождалось подмигиванием и проблеском брекетов.

Они трусцой побежали дальше по тротуару.

Я повернулась к Дариусу и потёрла виски.

— Итак, ээ, как старшеклассник стал риелтором и мэром?

— Он жутко умный, а у нашего города хреновый устав, — сказал Кэм, возвращая мне бумаги и сердито глядя на вышеупомянутого жутко умного подростка.

— Что я могу сказать? В плане IQ меня не обделили. Но в отличие от моих одарённых сверстников я решил развивать свою профессиональную карьеру, а не свою академическую карьеру. Устав города четко утверждает, что любой в здравом уме может участвовать в избирательной гонке, как только достигнет возраста 16 лет, — сказал он, ведя нас к покосившимся воротам. Он хорошенько пнул их и открыл защёлку. — Не хочу хвастаться, но я победил с большим отрывом.

Он взмахнул рукой в витиеватом жесте, показывая мне входить в заросший сад.

— У тебя не было оппонентов, — подметил Кэм.

— Путь наименьшего сопротивления, друг мой, — сказал Дариус, хлопнув его по плечу в одном из тех жестов мужчина-мужчине. Его внимание вернулось ко мне, и он развёл руки в стороны. — Ну, что думаете о вашем новом переднем дворе?

Я осмотрелась. Неровная дорожка из песчаниковых плит. Бесформенные кустарники, колючие заросли, облезающая бирюзовая краска на досках крыльца.

— Это цветы или сорняки? — спросила Зои, отдирая чертополох от своих брюк.

— Зацените. Это цветущие сорняки. Разве не здорово? Предыдущие владельцы ценили ландшафтный дизайн, не требующий особых усилий. Так откуда вы знаете моего приятеля Кэма? — спросил Дариус, когда мы поднялись на ступени крыльца.

У меня сложилось ощущение, что он пытается отвлечь меня от того, какой скрипучей была древесина.

— Она и не знает, — сказал Кэм, удивив меня тем, что положил эти большие ладони на мои бёдра и отвёл меня в сторону от треснувшей и прогнувшейся ступеньки.

От физического контакта я утратила всякий ход мысли.

— Они вместе поиграли в доктора, — сказала Зои.

Дариус поиграл бровями.

— Что ж, учитывая вашу профессию, мисс Харт, надеюсь, вы везде находите вдохновение.

У этого парня были откровенно президентские навыки ведения светских разговоров.

— Ты себе не представляешь, — пискнула я, нормально встав на крыльцо.

Кэм прищурился, я так понимаю, выражая тем самым какое-то прищуренное мужское осуждение.

Я медленно повернулась по кругу. Всё было не идеальным. Клумбы были полны скелетных останков мёртвых растений. Некоторые половицы покорёжились. А паутины на карнизах были такими агрессивными, что выглядели как декор к Хэллоуину.

Но было тут что-то, что я не совсем могла уловить. Личность, характер, как леди, миновавшая свой расцвет, но отказывавшаяся уходить без боя… что бы там ни было, мне это нравилось.

У меня в голове промелькнул образ начинающей с нуля героини, стоящей ровно на моём месте, чувствующей ровно то же самое, что и я, и по моим рукам побежали мурашки.

— Почему она улыбается? — пробормотал Кэм.

— Потому что её мозг работает не так, как наш, — с нежностью объяснила Зои.

Я повернулась. Зои и Кэм стояли плечом к плечу, скрестив руки на груди. Он свирепо хмурился. Она выглядела так, будто её вот-вот опять стошнит.

— Проблемы? — с вызовом спросила я.

— Неа, — мудро ответила Зои.

— Да. Есть тут одна, ростом метр семьдесят и с бредовыми идеями, — ответил Кэм.

Теперь уже пришёл мой черёд скрестить руки на груди.

— Тебе разве не надо пойти в другое место и злиться на кого-то другого?

— Я никуда не пойду, пока кто-нибудь не объяснит, что именно здесь происходит.

— Да это не так уж сложно понять. Я купила этот дом. Я теперь живу здесь.

— Давай не будем спешить, — перебила Зои. — Этот дом выглядит так, будто от одного чиха провалится в бездну ада, ждущую под ним.

— Не забывайте. Вы купили не только дом, вы купили ещё и место в городском совете, — сказал Дариус, приподнимая очки на носу.

— Ах да, — я до сих пор не была уверена, что это подразумевает. Я была скорее отшельническим интровертом, так что вступление в комитеты и советы выходило за пределы моего опыта. Но готова поспорить, что моя героиня посчитала бы это необходимым для развития её персонажа.

— Видишь ли, вот эта часть мне явно послышалась, — сказал Кэм.

— И это у меня тут травма головы? — сказала я уголком рта, обращаясь к Дариусу.

— Я понимаю, почему это важный для тебя вопрос, Кэм, — сказал Дариус. — И то, что беспокоит моих избирателей, то беспокоит и меня. Почему бы нам не прогуляться по саду и не поговорить, пока мисс Харт осматривается?

— Ты не можешь просто продать место в городском совете, — сказал Кэм.

Дариус одарил меня ослепительной улыбкой.

— Вам нет нужды оставаться здесь и слушать всю эту бредятину про статьи городского устава. Вы идите вперёд, осмотритесь внутри, а я вас догоню, — он потянулся под свою футболку кросс-кантри и вытянул старый медный ключ на цепочке. — Он существует в единственном экземпляре, так что не потеряйте.

Что-то похожее на призрак предвкушения пробежало по моим венам, когда мои пальцы сомкнулись вокруг металла.

— Пошли, Зо, — окликнула я через плечо.

— А теперь, Кэм, — дипломатично начал Дариус, когда я направилась к арочным двойным дверям, покрашенным не самой лицеприятной выцветшей коричневой краской. — Я знаю, что ты знаком с нашим городским уставом. Но я понимаю, что некоторые более длинные секции могли ускользнуть от твоего внимания. Например, согласно пункту 13.3 (в) в случае смерти члена городского совета житель, избранный покойным членом, может выполнять его обязательства до конца их периода их избрания.

— Да? — с вызовом парировал Кэм. — Ну, устав также гласит, что мужчины, которые не лишились девственности к 25 годам, должны переспать с ближайшей соседкой, которая не приходится им родственницей.

Я сделала мысленную пометку как можно скорее ознакомиться с копией городского устава. Я вставила ключ в замок и повернула. Ручка поддалась, но дверь не отворилась.

— Иногда нужно приложить немножко силы, — окликнул Дариус.

«Немножко силы» превратилось в меткий пинок в нижний правый угол.

Со зловещим скрипом, достойным дома с привидениями, дверь отворилась на петлях.

— Ой божечки, — прошептала я.