Княжий отбор

Глава 19

Ужасная догадка раскалённой иглой вонзается в мозг. Моё первое желание вскочить и бежать. Бежать к Меченому и всё ему рассказать. Он княжеский сотник, и должен суметь себя защитить.

― Агния, что с вами? ― заботливо спрашивает советник. ― Вы побледнели.

Качаю головой, не в силах ответить. Ужасающая сухость во рту раздирает горло. Но это мне на пользу. Надо собраться с мыслями, чтобы не подвести Меченого.

Вот только почему меня так волнует его судьба? Он воин. Сотник. Не девчонке его спасать.

Смотрю в хитрые глаза советника и понимаю, что одному Меченому с ним не справиться. Разве может простой сотник противостоять самому советнику князя? Да он его в порошок сотрёт.

По позвоночнику медленно ползёт леденящий холод. Я паникую, не зная, как себя вести.

Единственный выход — вызвать огонь на себя. Страшно, но больше ничего не приходит в голову. В конце концов, что мне сделают? Вышвырнут с отбора? Так, я и сама хочу уходить.

― Сотник ни в чём не виноват, ― сипло произношу я, пытаясь облизнуть пересохшие от страха губы.

Милорада подаёт мне кубок. Я опасливо принюхиваюсь, опасаясь, что мне могли туда чего-то подмешать. Никакого запаха не чувствую. Да и как можно его почувствовать? Я же не волк или собака.

Жажда затмевает разум, и я делаю глоток, потом ещё один. Вода. Простая вода. Во всяком случае, я надеюсь на это.

― А кто виноват? ― участливо спрашивает советник.

― Никто, случайность, ― отвечаю я. ― Драгана устроила скандал, но вам уже наверняка известно об этом.

Боярин Станислав кивает, а я продолжаю:

― Тогда вы должны знать, что старший обоза невест позвал Меченого, чтобы справедливо оценить её стряпню. Когда кашу выбросили в огонь, мне стало плохо. Замутило. Возможно, из-за стряпни и я ушла.

― Мы это знаем, ― перебивает меня Милорада, положив руки на мои плечи и слегка надавливая. ― Переходи к сути.

― Так, я и говорю самую суть, ― поворачиваюсь к ней, а потом снова к советнику. ― Пошла я к обозу, и вдруг темень в глазах. Голова закружилась. Очнулась уже на руках Любомиры. Она-то мне и рассказала, что сотник успел меня подхватить и позвать на помощь.

Говорю чистую правду. Кто угодно это может подтвердить. А то, что мы разговаривали с Меченым, так-то не преступление.

― Ты хочешь сказать, что сотник к тебе не приставал с непристойными предложениями? ― наигранно удивляется Милорада.

Я качаю головой.

― А как ты можешь объяснить то, что он пришёл к тебе в терем невест? ― огорошивает меня вопросом распорядительница.

Надо было догадаться, что о его помощи тоже доложат. Соглядатаи на каждом шагу.

― Об этом спросите у самого сотника, ― отвечаю я, понимая, что терять мне уже нечего. ― Я не знаю, что ему понадобилось у нас в тереме.

― Он тащил твой сундук, ― обвиняюще заявляет Милорада.

― Вы хотите сказать, что поступок сотника настолько вас поразил? ― в свою очередь, удивляюсь я, не отрывая взгляда от лица распорядительницы. ― Неужели обычная помощь девушке из ряда вон выходящее событие для воинов из дружины князя?

Папа мне всегда говорил, что атака есть лучшая защита. Теперь пусть доказывают, что Меченый сделал что-то противозаконное.

― Не нужно так нервничать, ― примиряющим тоном говорит советник. ― Мы вас ни в чём не обвиняем, Агния.

Ну, да, конечно! Только заставляете обвинить Меченого.

― Да, но вы обвиняете ни в чём не повинного человека, ― отзываюсь я, как мне кажется, излишне эмоционально. Во всяком случае, советник бросает быстрый взгляд на распорядительницу.

― Не волнуйтесь, Агния, я пока никого ни в чём не обвиняю, ― успокаивающе произносит советник. ― В княжьем тереме есть правила, которые не должны нарушаться. Вы согласны со мной?

Я снова киваю, лишний раз разговаривать даже не хочется.

― Представьте, что каждый мужчина будет иметь доступ в покои семьи князя? К чему это может привести?

Пожимаю плечами. Дикая усталость обрушивается на меня. Остаётся только одно желание ― побыстрее добраться до комнаты.

― К вседозволенности и к сомнениям подданных в силе князя, ― продолжает советник.

Не совсем сейчас понимаю, как это взаимосвязано, но киваю. Только бы быстрее отпустил меня.

― Вам нужно быть предельно осторожной в выборе помощников, ― миролюбиво произносит Милорада. ― Так и до беды недалеко.

― Я никого не просила мне помогать, ― настаиваю я на своей правоте. ― Как сотник оказался в тереме, я не знаю. Но он был в ярости из-за того, что невестам князя приходится таскать тяжёлые сундуки.

Советник с распорядительницей тревожно переглядываются. Неужели их так напугало неудовольствие Меченого? Может быть, он друг князя, вот и пользуется своим положением. А эти двое хотят его подставить, чтобы рассорить двух друзей. Кажется, логично.

― Мы вас больше не задерживаем, ― делает знак рукой удалиться советник. ― Милорада, проводите Агнию до её комнаты.

Я кланяюсь боярину и спешу вслед за распорядительницей. Назад мы возвращаемся тем же путём. Только сейчас я понимаю, что женский терем и княжеские покои соединены коридором, по которому мы идём.

― За тобой сейчас будет пристальное внимание. Замечать будут каждый промах и раздувать его до пожара, ― говорит мне Милорада. ― Будь осторожна, Агния. Женские войны страшнее мужских. Мужчины воюют оружием, а женщины — словом.

― Вы на моей стороне? ― удивлённо спрашиваю я. Кого-кого, а распорядительницу в излишней любви ко мне я не подозревала.

Милорада резко останавливается и поворачивается ко мне:

― Я на стороне справедливости, ― с жаром произносит она, ― и если ты будешь виновата, то накажу и тебя.

Из её фразы я улавливаю, что подружку Драганы накажут. Это не прибавит мне популярности среди девушек.

― Ты уже и так объект зависти, ― произносит Милорада. Она что, читает мои мысли? ― Первая в турнирной таблице. Будь всегда настороже. Просто так успех никому не прощают.

Я киваю. Мне бы только добраться до пятёрки победительниц, а затем уже уходить.

― Сейчас отдохни и принимайся за задание. Если работать будешь всю ночь, то спать не ложись.

― Почему? ― спрашиваю я, вспоминая своё состояние сегодня утром.

― Поспишь всего ничего, а состояние будет, как у пьяной, ― поясняет распорядительница. ― Перетерпи, и увидишь, что соображать будешь лучше.

― Благодарю, боярыня, за ценные советы, ― склоняю я голову в поклоне.

До моей комнаты мы идём молча. Милорада оставляет меня возле дверей, а сама поспешно удаляется.

Вхожу в комнату и застываю в оцепенении. Такого я не ожидала. Моя вышивка изрезана на мелкие кусочки и разбросана по столу.