Княжий отбор

Глава 47

Глава 47

Князь Ярослав

До чего же упрямая девчонка! Доводит меня до белого каления! Чего ей не хватает?

Я несусь во весь опор по дороге, поднимая столбы пыли. Ярость клокочет в жилах, требуя выхода. Она душит меня, не давая дышать.

Не я ли помогал ей на протяжении всего отбора?

Не я ли поддерживал?

Пылинки сдувал, не давал никому обидеть.

Всех клеветниц на доброе имя Агнии без сожаления удалил с отбора.

Где благодарность? Что в ответ?

Сухие слова «Я тут в одиночестве побуду» и нежелание меня видеть.

Меня! Мать твою! Князя Арденского!

Я ей изливаю душу. Признаюсь в любви, а она словно не слышит. Не так сказал.

Что за ослиное упрямство?

Да другая на её месте давно бы в ногах валялась от счастья, что выбрал её. Но не она!

Поэтому и запала в душу, разъедая её изнутри, словно ржа.

Она везде! Куда бы я ни пошёл, вижу её образ.

С самой первой встречи она словно яд проникла в мою кровь. Стала приходить во сне. Я желаю её с такой силой, что едва не взял ещё там, в обозе на глазах сотни людей.

Она поселилась в моих мыслях. Всё время это треклятого отбора я не могу заниматься государственными делами. Словно пацан, впервые увидевший женщину, думаю только о ней.

Брожу под её окнами, как верный пёс.

Я даже забыл, что я князь. Словно в молодость вернулся, когда был сотником Меченым и ухаживал за Мари.

Вот только первая жена не вызывала и сотой доли таких эмоций, как Агния.

Агния нежная, милая, красивая. Такая умная и сообразительная. Рукодельница. Кажется, она собрала в себе всё, что я так ценю в женщинах.

Но в то же время она невыносимо упрямая.

Хочется её обнять, расцеловать и разорвать одновременно. Бесит своей мнимой независимостью и желанием стать свободной. Этим маниакальным упорством вылететь с отбора и принадлежать другому.

Греет душу, что полюбила она меня, а не князя.

Другие девушки вышли бы за князя, будь он хоть косой, хоть кривой, хоть старый.

Но не она.

Ей не нужен князь, ей нужен любимый мужчина.

Девушка из обнищавшего древнего рода, не ведающая, в чём её сила, имеет больше достоинства, чем все они, вместе взятые.

Да я даже имени ни одной девушки с отбора не помню.

Ложусь и просыпаюсь с именем Агнии на устах.

Агния – моё наваждение.

Агния – моя отрава.

Агния – моё искушение.

За время отбора я только и делаю, что шлю подношения богиням Макоши и Ладе, чтобы даровали мне любовь самой прекрасной девушки на свете.

Когда я был с ней не князем, а простым воином, Агния была любезнее. Да, боги свидетели, чуть ли не отдалась мне на складе. А от князя нос воротит.

Знаю же, что любит меня. Но что за натура: нужно повыделываться, жилы из меня потянуть.

Я с такой силой натягиваю поводья, что конь становится на дыбы.

Нет, так дело не пойдёт.

Мой тотем признал её. До встречи с Агнией никому не удавалось увидеть покровителя рода князей Арденских.

Волк – дух моего рода. Волк – дух её рода. Они нашли друг друга. Почувствовали и свели нас вместе, чтобы не расставаться самим.

Нас свели вместе боги, и не нам нарушать их волю.

Если Агния этого не понимает, то я объясню.

Покажу, чего хотят от нас духи рода и светлые боги.

От мысли, как я буду ей объяснять и показывать, с какой целью мы вместе, в штанах становится тесно.

Вернусь и вытрясу из неё слова признания.

Зацелую до смерти. Задушу в объятиях. Заставлю признаться в своих чувствах.

К тёмным богам этот отбор!

Сегодня же объявлю Агнию своей княгиней. Сегодня же сделаю своей.

Несусь во весь опор обратно к тому месту, где оставил эту несносную упрямицу.

Весь с ног до головы покрытый пылью, я мчусь по дороге навстречу Агнии.

Найду её и уже никуда не отпущу.

Чем ближе я к месту нашего расставания, тем больше сердце наполняется тревогой.

Я не вижу Агнии. Её просто нет. Где же она? Я же оставил её здесь, на этом самом месте совсем недавно?

Проезжаю несколько раз туда и обратно, напряжённо всматриваясь в траву, растущую по обочинам дороги, но не могу найти и следа её. Волнение перерастает в панику, а затем и в ярость. Как я мог допустить, чтобы с ней что-то случилось?

Идиот! Болван! Тупица!

Как я мог бросить свою девочку одну? Чем я думал?

Мне хочется съездить по роже самому себе.

Никогда не прощу себе, если с Агнией что-то случится.

Внезапно мой взгляд цепляется за знакомый женский силуэт, лежащий в стороне от дороги. Нет, это не Агния!

Боги, пусть это будет не она! С ней же остались ещё девушки.

Слабая надежда толкает меня к телу и, подбежав ближе, с ужасом вижу, что это она. Моя Агния. Моя любимая.

Она лежит без сознания, с разбитой головой. Падаю на колени рядом с ней, пытаясь привести её в чувство, но тщетно.

При виде бездыханного тела любимой, леденящий душу страх за её жизнь сковывает меня. Я понимаю, что она может быть серьёзно ранена или даже умирает. Отчаяние сдавливает мне грудь стальными обручами.

Это я во всём виноват! Я оставил её одну на дороге, позволив причинить ей вред.

Я наклоняюсь к её груди и пытаюсь услышать сердцебиение. Её сердечко слабо бьётся.

Не знаю, что делать, как помочь ей. Я легонько похлопываю Агнию по щекам, но она не приходит в сознание.

Я чувствую себя жалким и беспомощным, не зная, что предпринять, чтобы ей помочь.

В этот момент весь мир для меня сужается до спасения единственной и горячо любимой Агнии. Все мои мысли и чувства сосредоточены только на ней, я готов на всё, чтобы вернуть её к жизни.

Поднимаю её на руки и несу к дороге.

Волна дикой неуправляемой ярости от того, что кто-то посмел причинить ей вред, накрывает меня с головой.

Всё, о чём я могу думать в этот момент – это найти того, кто посмел причинить ей вред, и заживо содрать с него кожу.

Только бы довезти её живой до города.

Только бы успеть.