Вероника
Стараясь игнорировать любопытное внимание и перешептывания, я, чуть придерживая подол неудобного платья с жестким корсетом, прошла к двери, ведущей во внутренний двор.
Напоследок мой взгяд нашел встревоженную мать Элайны. Женщина стояла у лестнице, с осуждением смотря на удаляющихся болтливых девиц, явившихся за новой порцией сплетен. Она так отчаянно хотела защитить дочь от травмирующего, ядовитого внимания, и сейчас пребывала в недоумении, видимо не до конца уверенная, стоит ли ей вмешаться.
В голове было множество тревог. Я понимала, что Ребекка Делакур замечает перемены, понимала, что хоть и нахожусь в теле Элайны, веду себя совершенно иначе.
Возможно однажды она поверит в безумную историю о переселении душ. Вот только… «Имею ли я право рассказывать ей правду? — спрашивала саму себя, не решаясь дать ответ. — Не слишком ли это жестоко по отношению к родителям хозяйки моего тела? Истина уничтожит их… Причинит такую же боль, от которой сейчас разрываются сердца у моей семьи».
Своим отцу, маме и брату я помочь не могла, зато имела возможность защитить любимых людей Элайны от страданий, пусть и ценой обмана. А значит… Значит должна молчать.
Прикусив внутреннюю сторону щеки и стараясь скрыть одолевающее меня смятение, улыбнулась новой маме. Надеялась, тем самым получится хоть немного убедить ее в том, что я держу ситуацию под контролем.
В ответ она мне подбадривающе кивнула, провожая нас на улицу.
Мы устроились в беседке, увитой плетущимся сиреневым клематисом. Это место было настолько красивым, что захватывало дух. Но насладиться им шанса не представилось, так как ядовитое общество только и ждало момента, когда я расслаблюсь.
— Этот ужасный Арманд, как он мог так с тобой поступить? — не прекращая причитала Анита, используя любую возможность, чтобы потоптаться по больным мозолям. — Бедная Элайна. Я бы умерла от позора! Вся аристократия гудит, словно пчелиный рой, обсуждают случившееся.
— Ну, если им больше нечем заняться, — повела я плечом, отпивая ароматный чай с лепестками гибискуса, — ничего не поделаешь. Поболтают и успокоятся. Не конец света.
— Очень мудро. Как ты только держишься? Я бы не перенесла такого унижения, — жалостливым голосом произнесла Инесса, изображая из себя сострадательную подругу, словно во время церемонии ни она хохотала в голос, подобно подавившейся гиене. — Арманд просто чудовище!
— Вам больше не с кем о нем поговорить? Полагаю, это не так, раз весь высший свет обсуждает несостоявшуюся свадьбу. Дамы, какова истинная причина вашего визита? — выгнула я бровь, сохраняя на лице маску вежливой учтивости и переводя внимание с одной сплетницы на другую.
— Элайна, дорогая! О чем ты говоришь?! Мы просто волновались, — засуетилась Анита, нервно подхватывая свою чашку. — Восхитительный чай. Пусть твоя Манон научит мою новую служанку заваривать такой.
— Я ее попрошу, — кивнула в ответ, продолжая наблюдать за переглядывающимися гостьями.
— Кстати, — делая вид, что только что вспомнила, Инесса, смакуя, откусила сдобную булочку с корицей, — ты ведь помнишь, что в конце октября герцог Лакруар дает бал в честь дня рождения своей супруги? Поговаривают, что в этом году его посетит гость из столицы, человек приближенный к самому королю.
— Я слышала, что он молод и красив. А еще холост, — раскрасневшись, поддержала подругу Анита, взволнованно задышав. — Хм… кто знает, может пройдет совсем немного времени и я стану столичной замужней дамой, приближенной к его величеству! — обмахивая себя тонкими пальцами, глупо хихикнула она.
— Столичной дамой? Анита, ты ведь его даже не видела, — усмехнулась я, искренне удивляясь поверхностным рассуждениям двоюродной сестры.
— Так ли это важно?! — возразила мне Инесса. — Бедняжка Элайна, твоя наивность просто очаровательна. И вообще, Анита, кто сказал, что он заинтересуется тобой? Может, уважаемый гость предпочитает рыженьких.
— Это мы еще посмотрим, — теряя всякое дружелюбие, фыркнула блондинка. И на короткий миг у меня появилось навязчивое ощущение, что она словно бешеная кошка вот-вот вцепится в волосы подруги.
«Вот вам и честное соперничество!»
— Дамы… Еще булочек? — сдержанно спросила я, с трудом скрывая веселье.
Словно вспомнив о манерах, обе девицы вновь собрались, изображая кроткую утонченность.
— Как жаль, милая, что в этот раз тебе придется пропустить бал, — театрально вздохнула Анита, вновь затевая прежнюю песню. — После такого удара… светские рауты — последнее, что тебе нужно. Мы все прекрасно понимаем.
Они вновь затихли в ожидании моей реакции. Хотели увидеть, как я сникну, заплачу, сбрасывая маску спокойствия, соглашусь с ними и закроюсь в своей комнате, став удобной темой для сплетен: «Бедняжка Элайна, так и не оправилась, совсем затворницей стала».
Наблюдая, как девушки пьют чай, поглядывая на меня поверх своих чашек, мысленно призвала себя к спокойствию.
«Настырные какие!»
Глубоко дыша и старательно скрывая свою неприязнь, сделала глоток, ставя изящную кружку на блюдце.
— Анита, с чего ты взяла, что я не пойду? — выгнула я бровь, намеренно придавая голосу демонстративного удивления.
Двоюродная сестра застыла с приоткрытым ртом, смотря на меня в растерянности. Инесса шумно поперхнулась чаем.
— Но… как… после всего, что случилось… — попыталась объясниться Анита.
— А что такого случилось? Разве я совершила что-то неподобающее? Вроде нет, — улыбнулась сдержанно, намеренно делая паузу, прежде чем продолжить. — Вы ведь не считаете, что я должна стыдиться и прятаться от всего света из-за дурацкой выходки невоспитанного мальчишки?
Наблюдая за «сострадательными» гостьями, с трудом удержалась от смеха, замечая, как на их лицах отразилось разочарование, которое просто не получилось скрыть. Видимо в этот момент Анита и Инесса окончательно потеряли надежду вывести на эмоции свою жертву, которой они так «сочувствовали». На их лицах читалось смятение и явное недовольство от сложившейся ситуации.
— Дорогая моя, ты ведь понимаешь, что Арманд будет там? — предприняла последнюю попытку Анита.
— Не вижу причин пропускать праздник. Приглашение от герцога Лакруар получено, — пусть я и слышала о нем в первый раз. — И было бы крайне невежливо с моей стороны проигнорировать день рождения герцогини. Так что, полагаю, пора озаботиться подбором наряда.
— Конечно! — первая нашлась Инесса. — Ты такая умница. Очень достойное решение! Времени осталось совсем мало. А лучшие швеи города сильно заняты. Нужно поспешить!
Чай мы допивали в неловком молчании. Легкомысленная болтовня девушек иссякла. Вскоре они сослались на неотложные дела и поспешили ретироваться.
Я осталась в беседке одна, глядя на их удаляющиеся, перешептывающиеся фигуры. Сердце колотилось от адреналина. Это была моя первая маленькая победа. Первый шаг в длинном пути к становлению новой Элайны…