«Весомый» повод для скандала

Пролог 1.1

Тишина в соборе длилась, возможно, всего пару секунд, но для Элайны она растянулась в вечность. А потом ее разорвал первый сдержанный смешок. Он прозвучал со второго ряда, от подружки ее двоюродной сестры Аниты, которая тут же прикрыла рот веером. Вот только плечи веселящейся особы продолжили предательски трястись от смеха.

И понеслось. Тихие перешептывания, приглушенные, а затем и набирающие силу хихиканья. Они катились по залу, как лавина, нарастая и поглощая былую благоговейность. Аристократы в шитых золотом камзолах и шелковых платьях, с лицами, выражающими показное сочувствие и неподдельное удовольствие от разыгравшегося на их глазах спектакля, переглядывались, кивали. Некоторые откровенно тыкали в невесту пальцами, не считаясь с нормами морали и приличного поведения.

Эти лживые, лицемерные люди… Происходящее их только забавляло, создавая новые темы для сплетен, которые они растаскивали подобно стервятникам.

— Это недопустимо! — теряя всякое терпение, с лавки, украшенной белоснежными цветами, подскочил граф Делакур, отец Элайны. Лицо мужчины покраснело от гнева и унижения. Он метал яростные взгляды на несостоявшегося зятя, но тот в ответ лишь вздернул бровь.

— Согласен, ваше сиятельство! Недопустимо! Недопустимо вместо невесты подсовывать мне… это… безобразие! — мужчина перевел взгляд на Элайну, лицо которой казалось бледнее снега. — Леди… кхм… да, леди, вы правда думали, что я, граф Де Рош, захочу прикасаться к этому? — обвел он взглядом несколько не соответствующую местным стандартам красоты фигуру невесты, понижая голос, ведь теперь его слова предназначались только для ее ушей, но оттого в его замечании появилось еще больше презрения. — Вы — позор для своего рода и посмешище для моего. Наши родители допустили ошибку, договорившись о браке, но я ее исправлю. Свадьба отменяется! — последние слова он произнес громко, так, чтобы все гости услышали.

Мир поплыл перед глазами Элайны, краски смешались в грязное пятно. Золото алтаря, пурпурные одеяния священника, разноцветные наряды гостей — все превратилось в хаотичный вихрь, центром которого был он… Арманд. Отец девушки что-то яростно кричал, но смысл его слов уже не доходил до нее.

Элайна сделала шаг назад… Еще один. Все смешалось в безумный хоровод насмешек. Она видела лица благородных гостей, насмешливые, улыбающиеся.

Видела слезящиеся от сдерживаемого смеха глаза Аниты и ее подружек…

Горло сдавило от оглушительного стыда и сокрушительного унижения.

Дрожащими руками Элайна подхватила пышную юбку, спотыкаясь о подол и лишь чудом удерживаясь на ногах. Небольшой каблучок хрустнул, явно давая понять, что тоже не собирается оставаться на ее стороне.

С трудом сдерживая слезы и боясь разрыдаться на глазах у этой своры веселящихся гиен, которые только и ждали очередного промаха Элайны, она, чуть прихрамывая, рванула прочь.

«Только бы не упасть… Не упасть перед ними!»

Элайна никогда не была стройной, никогда не привлекала внимание мужчин. И пока другие девушки кружили в танцах на балах с кавалерами, бедняжка лишь обрастала коркой из новых комплексов и сомнений. Она годами терпела насмешки тех, кто называл себя ее подругами. Стойко старалась игнорировать их… Но сегодня… Сегодня ее выдержка иссякла, испарилась под лучами всеобщего презрения.

Собор с его высокими сводами закружился над ней в каком-то безумном вихре ужаса и отвращения ко всему этому фарсу. Лица смеющихся гостей расплывались, превращаясь в безликие маски. Элайна больше не слышала смеха, проклятий отца и перешептываний, их заглушал гул в голове.

«Зачем?! Зачем Арманд так поступил с ней?! Он ведь мог раньше отказаться от свадьбы, а не проводить ее через позор!» — ответа Элайна не знала.

Единственным желанием было как можно быстрее выбраться из этого гнусного лицемерного общества. Сердце девушки колотилось где-то в горле бешено и беспомощно. Игнорируя крики матери, которая звала ее, мчась следом, Элайна выскочила на высокое крыльцо собора.

Солнечный луч больно резанул по слезящимся глазам, сломанный каблук зацепился за проклятое кружево свадебного наряда. А потом тело девушки, неуклюжее и непослушное, качнулось и полетело вниз, сбивая вазоны с цветами. Элайна, путаясь в тяжелых складках подвенечного наряда, не могла остановить падение.

Удары о каменные ступени были тупыми и мучительным. Голова с силой стукнулась о выступ, и мир вспыхнул ослепительной, короткой болью, а затем стремительно потемнел, выбивая душу из тела униженной бедняжки…