«Весомый» повод для скандала

Глава 51. Чужие роли

Каин

Тишина в гостевых покоях поместья Лакруар была оглушительной. После того как за Маркусом и Баденом закрылась дверь, воздух сгустился, наполненный невысказанным напряжением. Я стоял у окна, сжимая и разжимая кулаки, привыкшие ощущать рукоять меча, а теперь пустые и бесполезные. За стеклом безмятежно шелестели листья, играло солнце, и эта картина умиротворения вызывала во мне яростное раздражение. Пока весь город наслаждался спокойным утром, Элайна оставалась там, впустившая в свой дом волка.

Я чувствовал на себе чужой взгляд. Обернувшись, заметил Бадена. Мальчик сидел на краю дивана, сжимая в руках новую деревянную лошадку — купленную мной сегодня утром. Его большие глаза, уже не такие испуганные, как прежде, смотрели на меня с безмолвным вопросом. Он видел, как я метаюсь по комнате, как сдерживаюсь, чтобы не разнести вдребезги эту дурацкую золоченую мебель.

Заставив уголки губ дрогнуть в подобии улыбки, я кивнул ему. — Все хорошо, сорванец. Играй.

Мои слова не убедили ребенка, но он послушно опустил взгляд на игрушку, начав водить ею по бархатной обивке дивана. Его доверие, хрупкое, как первый лед, было мне одновременно наградой и тяжелым грузом. Я дал ему слово, что отныне все будет хорошо. И сдержу его, даже если для этого придется перевернуть чертов прогнивший город с ног на голову.

Шаги у двери привлекли мое внимание. Маркус, вернувшись после поручения, стоял на пороге, скрестив руки на груди. Его обычная насмешливость куда-то испарилась, уступив место серьезности, которую я видел лишь на поле боя.

— Эй, малец, на кухне повариха шоколадные кексы из печи достала. Просила тебя позвать, — улыбнулся Мар мальчишке.

Глаза Бадена засияли. Я видел, как в них отразился детский, наивный восторг, который всякий раз касался моей очерствевшей за годы службы души. Взглянув на меня, ребенок сглотнул слюну.

— А можно я… — тихо начал он.

— Конечно. Беги, пока без тебя все не съели, — подмигнул я ему.

Смотря на то, как мальчуган, забыв про игрушку, соскочил с дивана, рванув к двери, ощутил тепло, настойчиво разливающееся внутри.

Первоначальная мысль найти ему дом постепенно отступала. Мне хотелось, чтобы Баден остался рядом, чтобы стал частью моей семьи, чтобы видел во мне не просто чужого человека, однажды давшего ему крышу над головой, а того, на кого можно положиться в любой ситуации… Родителя? Отца? Которого у него, по сути, не было.

Я и сам рос сиротой, воспитанный командиром королевской армии, получившим увечья. Смог бы я так же? Смог бы дать ребенку шанс на достойную жизнь? С каждым днем все отчетливее казалось, что да. Баден уже был моей семьей, тем, ради кого я хотел бороться. Вот только оставались тревоги. Сначала меня съедало осознание собственного положения. Простой вояка, живущий в пути. Отставка мне пока не грозила. Что такой человек мог дать ребенку? А сейчас пришли новые волнения… я с опаской думал, как на мое желание отреагирует Вероника…

— Не хочешь рассказать, что за демон тебя гложет? — вырвал меня из тревожных мыслей Маркус. — Ты с самого возвращения выглядишь так, будто готов пробить стену головой.

Я отвернулся к окну, не в силах больше притворяться спокойным. — Они там... Семейство Де Рош. Явились с визитом, как и предупреждал осведомитель.

— И? — Маркус подошел ближе. — Ты же знаешь леди Делакур. Дерзкая, с характером. Она не даст себя в обиду.

— Не в обиде дело! — голос сорвался, и я с силой выдохнул, стараясь взять себя в руки. Я — генерал. Мои эмоции не должны брать верх. Но, черт побери, когда дело касалось ее, все тренировки шли прахом. — Мне не нравится, что Оливер Де Рош рядом с ней… Его не получится водить за нос, как Арманда. Он намерен договориться о помолвке. И меня корежит от мысли, что Элайна согласится.

Я провел рукой по лицу, снова ощущая на губах призрачный вкус ее поцелуя, жаркий и отчаянный. Воспоминание обжигало и парализовывало. Я, Каин Ривенгер, прошедший сквозь десятки сражений, привыкший командовать и контролировать, сейчас был беспомощен, как юнец.

— Я вообще не хотел, чтобы она в этом участвовала, — прорычал раздраженно, больше себе, чем Маркусу. — С самого начала. Это мое дело! Моя работа! Но, проклятье, эта упрямая, все равно вознамерилась влезть. Она бы поступила по-своему в любой ситуации, не оставляя мне выбора.

Маркус фыркнул и, подойдя к столу, налил себе вина из графина. — Так почему не запретил? — спросил он, отхлебнув. — Особенно теперь, когда вы… кхм… разобрались в чувствах. Раз уж она твоя женщина, должна была послушаться. По идее.

Я резко повернулся к нему, и короткий, невеселый смешок вырвался из моей груди. — Запретить? Элайне? — я покачал головой, представляя ее реакцию на подобный ультиматум. Эти восхитительные глаза, вспыхнувшие изумрудным огнем, гордый, упрямый подбородок. — Ты же ее видел! Она не из тех, кому можно что-то запретить. Эта безумная просто… — я искал слово, но все казались слишком слабыми. — Ураган в юбке, не поддающийся контролю. Ее можно попытаться направить, но остановить? Нет. Она восприняла происходящее слишком болезненно. Успех уже то, что Элайна согласилась ограничиться организацией этого проклятого праздника, который позволит мне попасть в дом. Если бы она сама собралась лезть в кабинет…

— Седина тебе не страшна, — усмехнулся Маркус, встречая мой раздраженный взгляд.

— Остроумие из ушей лезет? — буркнул я в ответ.

Я подошел к столу, где была разложена карта Вудхейвена, испещренная пометками. Порт, склады, поместья Де Рош и Уоткенс. Все это знал почти наизусть.

— Я сегодня утром, пока ты ездил за Баденом, передал гонцу отчет для короля, — произнес тихо, проводя пальцем по маршруту от поместья Лакруар до столицы. — И письмо с просьбой отправить сюда мой отряд. Они должны быть готовы к аресту. Всех. И Де Роша, и Уоткенса.

Маркус присвистнул, поставив бокал. — Наконец-то! Значит, действуем. А то в этой помойке не продохнуть! Одни крысы кругом. Аристократы прогнили, а стража… — он с отвращением махнул рукой. — Совсем обленилась. Ни на что не реагирует.

Я перевел взгляд с карты на него. Мысленная тонкая нить, не дающая мне покоя, наконец обрела пугающую четкость. Все это время мне казалось, что стража подкуплена… А что если все не так… Если посмотреть на ситуацию под другим углом? — Не обленилась, Маркус, — произнес я медленно, и мой голос прозвучал зловеще тихо. — Кто-то из стражников закрывает глаза на исчезновения, возможно находясь в доле. Кто-то достаточно влиятельный, чтобы другие подчинялись. Или боялись ослушаться.