Развод с генералом. Дважды истинная

Глава 26. Дракон

— Всё. Ты свободен. Иди к своей Эллен, — произнесла Алира. — Там тебя красавица твоя ждет, заждалась уже, небось! Когда ее миленький явится? Когда колечко будем выбирать? Или уже выбрали?

Я чувствовал, как удары обрушиваются на меня. И они были пострашнее пролетающих в сантиметре от лица смертоносных заклинаний.

— Мы возвращаемся домой, — произнес я, понимая, что дракон не уйдет без нее.

— Возвращаешься ты! Я у себя дома! — произнесла Алира. — Ты отверг меня. Поэтому я сейчас отвергаю тебя!

Её запах — горький чай, дым и… свежесть. Та самая, что была у неё до проклятия. И это сводило меня с ума. Потому что я знал: это не возвращение. Это прощание.

«Она моя. Даже если метка мертва. Даже если она ненавидит. Она — моя. И я заберу её обратно. Сейчас. Здесь. Пусть кричит. Пусть бьёт. Я не отпущу», — пронесся в голове рёв дракона.

“Если ты сейчас прикоснёшься к ней — ты станешь тем, кого ты убивал перед построением. Не драконом. Насильником. И отец будет прав: ты — не генерал. Ты — зверь без чести!”, — сжал кулаки я.

— Я не отвергал тебя, — произнёс я. — Я всегда заботился о тебе… Да, ты права. Я не видел в тебе женщину. Потому что чувствовал, что ты ранена. А раненых женщин может тронуть только последний подонок! И за это я отрываю голову перед всем строем! Медленно и с хрустом. Чтобы видели, что бывает с теми, кто посмел тронуть раненую женщину! Пусть она- жена врага. Это не повод.

— Нет. Ты отверг не мою внешность. Ты отверг МЕНЯ! Меня! Ту, что скрыта под этим куском мяса, которое так нравится мужчинам! — произнесла она, беря и щипая себя за щеку.

Я видел, что она сгорает от боли.

— На которое они облизываются, как голодные звери! Они не думают о том, что однажды эта красота померкнет! Состарится! Сморщится! Об этом они не думают! Ты ничем от них не отличаешься, Иар! Ничем! Поэтому убирайся! Между нами всё кончено!

Я понимал, что мне нужно уйти. Уйти, чтобы не наделать глупостей. Как говорил отец — сначала обдумай. Разработай стратегию. Выбери тактику.

“Завоевать женщину и завоевать крепость — это одно и то же!”

Голос отца прозвучал в голове. “Говори, говори!”, — шептал я своей памяти, пытаясь воскресить как можно больше воспоминаний об отце. Только голос отца, который муштровал меня с детства, способен был вернуть меня в состояние относительного спокойствия.

Неимоверных усилий стоило собрать с пола бумаги, взять их и резко разорвать на ее глазах. Молча. В тишине.

“Никакого развода!” — без единого слова произнёс я, глядя ей в глаза. — “Ты всё равно будешь моей. Потому что этого хочет дракон. Это, считай, приговор!”

Я бросил бумаги и направился к двери, хотя зверь рвался к ней.

Я вышел на улицу, пытаясь потушить внутренний жар ледяным воздухом.

В танце снежинок перед глазами ее лицо. Лицо прекраснейшей из женщин, которых я когда-либо видел.

Я сел в карету, словно понимая, что чем быстрее я отсюда уберусь, тем лучше для нее. Мне нужно просто успокоиться.

Словно почувствовав мои мысли, лошади понесли карету по снежной дороге. Может, она и увозила меня подальше от нее. Но сердце осталось там.С ней. В холле.