— Выясните, что это за карета и кому она принадлежит! — произнес я, отдавая примерный рисунок адъютанту. — Карета не роскошная. Скорее, та, на которой ездят слишком часто… Она проседает на правое колесо. Позади сундук. Необычный… Слишком большой, чтобы быть стандартным багажом.
— Как прикажете, господин генерал! — произнес адъютант. — Сейчас узнаем, чья повозка!
Эта карета врезалась мне в память. Каждая деталь. Как врезается в память лицо первого убитого врага.
Не прошло и двух часов, как в кабинет снова постучали.
— Войдите, — произнес я, глядя на портрет Алиры. Она смотрела на меня с любовью. Этот портрет всегда был со мной. И всегда лежал или стоял у меня на столе.
— Господин генерал! Разрешите доложить! Мы выяснили! — произнес адъютант. — Карета принадлежит семье Шарп! Точнее, Ларсену Шарпу!
Ларсен Шарп? Мне это имя ничего не говорило.
— Он держит алхимическую лавку в центре города, — отрапортовал адъютант. — Довольно богатая семья. Не аристократы. Скорее, маги.
Значит, Ларсен Шарп?
Что ж, наведаюсь к Ларсену. Поговорим.
Адъютант вышел, а я вдохнул и выдохнул. Нет. Хоть ревность и течет по моим венам, словно раскаленная лава, но я не собираюсь никого убивать. Я думаю поступить иначе.
— Карету! — приказал я дворецкому.
Тот бросился выполнять приказ. Через полчаса я был в лавке.
Лавка пахла не просто травами. Пахла временем. Сушёной полынью, воском старых пергаментов, кислотой, пролитой на каменный пол — той самой, что оставила на нём желтоватые пятна, похожие на следы старых ран. На полках стояли банки с этикетками, выцветшими от солнца, а между ними — магические амулеты в пыльных стеклянных шкатулках: когти грифона, перья феникса, кристаллы, пульсирующие тусклым светом.
Возле прилавка отоваривался старый чародей, придирчиво растирая в руках содержимое банки: «И за что такие деньги? Это же пыль!».
— Чем могу вам помочь? — учтиво и вежливо спросил мужчина, отвлекаясь от привередливого покупателя.
«Не он!» — пронеслось в голове, когда я посмотрел на его лицо. — «Но похож!». У этого короткие волосы. Там были длинные. И этот, скорее, задохлик. «Прохиндей!» — чихнул дракон.
Я пытался урезонить дракона, который чуял соперника.
Сейчас мы всё узнаем у этого зяблика, что его карета делает возле дома моей Алиры?
— Ларсен Шарп? — спросил я, не называя своего имени. Мундир говорил за меня: золотые эполеты, шрам над бровью, осанка, выстраданная в окопах.
Ларсен кивнул, и в его взгляде мелькнуло — не страх. Оценка. Как у торговца, увидевшего клиента с полными карманами.
— К вашим услугам, господин генерал. Чем могу быть полезен?
Старый чародей наконец ушёл, ворча о ценах на пыль. Лавка опустела. Остался только запах сушёных трав, воска и чего-то кислого — будто здесь недавно пролили кислоту.
— Подскажите мне, — заметил я, стараясь быть вежливым. — Что ваша карета делает возле дома моей жены?
— Не понимаю, о ком вы сейчас? — спросил Ларсен. — Я… вообще-то… женат… Просто… Кольцо не ношу… Неудобно, знаете ли… За всё цепляется… Особенно за крышки…
— О красавице… Её мало с кем перепутаешь. Светлые волосы… — вздохнул я. — Глаза цвета янтаря…
«Убью», — зарычал дракон внутри. Я сдержал его. Даже улыбнулся. Вежливо. Как на приёме у Императора.
— Эм… Красавице… Эм… Даже не знаю, о ком вы… — пожал плечами Ларсен.
— Вспоминай, — я проглотил слюну, чувствуя, как внутри рождается пламя. — Красавица… Я уверен, что при виде нее ты чуть на прилавок не залез…
— А! Вспомнил! Приходила девушка… Она купила несколько книг и… весы… И мантифлору…
— Отставить подробности. Ближе к сути, — произнёс я, подаваясь вперёд. Мундир натянулся на плечах. Дракон внутри зарычал — тихо, для меня одного. «Он знает. Он врёт. Он прикрывает».