Развод с генералом. Дважды истинная

Глава 39. Дракон

Эллен помолчала, а потом едва заметно улыбнулась.

— Я бы не стала отдавать свою красоту ни за какого мужчину в мире, — спокойно произнесла она, немного задумавшись. — Потому что без красоты я останусь беззащитной. А мужчина…

Она словно смотрела мне в душу.

— Рано или поздно бросит меня ради красавицы. Я знаю это. Я это уже видела.

В этот момент ее глаза скользнули по окнам моего поместья.

Под кожей зашевелилась чешуя — не как знак силы, а как предупреждение: «Ты теряешь контроль». В горле першило, будто я проглотил угли. Зрачки сузились до щелей, и мир окрасился в цвета крови. А Эллен смотрела на меня, как на трофей, не понимая, что стоит перед зверем, который уже перестал быть человеком.

— Ты ведь сам сказал, что не можешь хотеть женщину, которая выглядит как призрак собственной жизни, — прошептала Эллен, и в её голосе не было злобы — только холодное сочувствие. — Она отдала тебе всё... Но ты не можешь лгать себе, Иарменор. Ты не хочешь её. Ты жалеешь. А жалость — не любовь. Это клетка.

— Внутренняя красота — это, конечно, чудесно. Но ей не оборачиваются вслед, — усмехнулась она, склонив голову. — Потому что красивая женщина — это статусная вещь. Да, я вещь! Я знаю. Мне с детства об этом не уставали напоминать.

Она смотрела на меня холодными и грустными глазами. И тут же перешла на «вы».

— Вы же знаете, генерал, — ваше имя должно сиять, а не тонуть в слезах какой-то… несчастной женщины. Задумайтесь, вы — генерал. Общество не прощает больных, убогих и несчастных. Вы должны сиять. Вы — символ нашей победы, — улыбнулась она. — Иначе общество вам этого не простит. От вас хотят не милосердия и доброты. От вас хотят другого. Они хотят видеть, что вы всегда получаете то, о чем они могут только мечтать. И поэтому они идут за вами. Даже на смерть.

— Ты даже не заметишь, если я исчезну, — произнес я, глядя на ее ослепительную красоту. — Потому что тебе нужен не я. Нужен мундир. Так иди к нему. Он висит в гардеробе. Спросишь у дворецкого!

— Не пожалейте о своем выборе, господин генерал, — улыбнулась Эллен. — Помните. Я вызываю зависть. Она — жалость. Так что вы выбираете? Зависть или жалость?