Второй шанс для матери-злодейки

Глава 20. Хороший отец

— Баоцзы, — в низком голосе Юань Хао слышалась улыбка. — Ты еще не спишь?

Малыш отрицательно качнул головой, но быстро понял, что папа его не видит.

— Папа, я только помылся, пелеоделся и лег в кловатку.

На другом конце возникла короткая пауза.

— Ты взял телефон в свою комнату?

— Ой! — испуганно прошептал ребенок и прикрыл ладошкой ротик.

— Забыл, о чем мы договаривались? Играть с ним можно только в гостиной и недолго.

— Папа, я честно-честно не иглался. Я только хотел сплосить, почему ты так долго не отвечаес? Ты был на задании? Когда ты меня навестис? Я скучаю…

Вопросы Баоцзы сыпались на его папу один за другим. Внимательно слушая его, Юань Хао чувствовал, как больно сжимается сердце в груди. Он всегда старался ставить сына на первое место, создавать ему все условия для комфортной жизни, воспитывать его самостоятельным и ответственным мужчиной. Но этого все равно было мало.

Он не мог быть все время рядом, не мог дать ребенку заботливую, любящую маму. Его сын так далеко, страдает от одиночества, а он ничего не может с этим поделать.

Разве таким должен быть хороший отец?

— Прости, Баоцзы, папа весь день был на учениях, только вернулся. Уже подписали увольнительную. Очень скоро тебя увижу.

— Плавда? — воскликнул ребенок, распахнув маленькие глазки. Они все еще оставались красными, но теперь горели от восторга. Белозубый ротик раздвинулся в широкой улыбке. — Я буду очень-очень тебя ждать.

— Баоцзы, как у тебя дела? — осторожно поинтересовался Юань Хао, когда на другом конце на мгновение воцарилась тишина. — Мама не обижает?

Малыш осторожно оглянулся на входную дверь. Убедившись, что она закрыта, заговорил очень тихо.

— Папа, мама попала в авалию и удалилась головой. Тепель она ничего-ничего не помнит.

— Не помнит? — в голосе Юань Хао слышалась скорее насмешка, чем удивление.

Ребенок, не видя лица своего папы, утвердительно кивнул.

— Ага. Я даже показал ей, как пользоваца телевизолом. А еще она не знает, на какие кнопочки нажимать в лифте. Мама стала очень стланной. Задает много вопросов, мне плиходица отвечать.

Юань Хао насторожили слова сына. Разумеется, он не поверил мнимой амнезии Лю Фан. Скорее всего, это очередная уловка, чтобы выманить из него еще больше денег.

Баоцзы, будто почувствовав его скептицизм, поспешил подтвердить:

— Папа, я плавда думаю, что мама все забыла. Она стала совсем длугой. Готовит мне очень вкусную еду, пловожает в садик, сама меня забилает. И она… — малыш замялся, но в голосе сквозила радость. — Она называет меня «мой пиложочек», «мое селдечко», «мое солнышко», «мой золотой». Фу-фу-фу! — малыш состроил смешную гримаску, притворяясь, будто ему неприятны эти липко-сладкие словечки. — Она даже поцеловала меня в лобик, когда думала, сто я сплю. И сказала… сказала, сто сильно меня любит.

Юань Хао привык держать свои чувства при себе, редко проявляя их даже перед самыми близкими, но тут не смог скрыть удивления и громко закашлялся.

Мама Баоцзы при нём в сторону сына лишний раз не смотрела. Если что-то шло не по ней, тут же начинала кричать, бросаясь посудой в стены. С чего вдруг сейчас такая забота? Она что, сошла с ума?

— Папа, ты думаешь, мама плавда меня любит? — в тонком детском голосе слышалась надежда.

В любой другой ситуации Юань Хао поспешил бы подтвердить его предположения, но поведение Лю Фан настораживало мужчину.

Вдруг она что-то задумала и пытается привлечь сына на свою сторону? Наверное, лучше пока не озвучивать свои сомнения, чтобы не причинить ничего не подозревающему ребенку душевную боль. Баоцзы еще слишком мал, чтобы понимать, когда взрослые врут. Вот вернется и сам всё выяснит.

Приняв решение, Юань Хао ответил так, как любой на его месте:

— Разве можно тебя не любить? — и, прежде чем малыш продолжил развивать тему, добавил: — Уже поздно. Убери телефон под кровать и ложись спать. В садике не балуйся, слушайся воспитательницу. Папа скоро к тебе приедет.

— Ну ладно… Пока, папа! — снова позабыв, что отец его не видит, Баоцзы помахал ему ладошкой, прежде чем завершить звонок.

Его маленькое сердечко было удовлетворено. На душе сразу стало спокойно. Убрав телефон, малыш накрылся одеялком и закрыл глазки. Последняя мысль, прежде чем провалиться в глубокий, безмятежный сон, была о вкусняшках, что будут ждать утром.