Второй шанс для матери-злодейки

Глава 26. Господин

Лю Фан моргнула. Дышать стало трудно. Сидеть, согнувшись в поклоне, было неудобно, начинало покалывать в шее. Она медленно подняла голову, скользя взглядом по черным брюкам, скрывающим длинные мужские ноги, по читающейся за тканью верхней одежды рельефной груди, по широким плечам и остановилась на лице… Таком красивом, что от долгого разглядывания девушке показалось, у нее защипало в глазах.

Неужели это и есть ее муж, папа Баоцзы?

Он был привлекательнее всех виденных ею когда-либо мужчин. Певцы и актеры в «телевизоле» даже в подметки ему не годились. А император из ее прошлой жизни, довольно молодой и носящий негласный титул «подобного солнцу и жемчугу», на фоне ее нынешнего мужа больше походил на лягушку.

Как только прошлой хозяйке тела, при таких внешних данных, удалось стать его женой? Они же как жалкий цветочек рядом с благородной орхидеей.

Пусть Лю Фан и не привыкла еще к мужским прическам этого времени, но даже очень коротко подстриженные волосы невероятно ему шли, открывая гладкий лоб, ровный нос, красиво очерченные губы и блестящие черные глаза, как у феникса.

Девушка поняла: она не ошиблась, предположив, что их общий ребенок перенял в основном черты ее мужа. Отец — нефритовая печать, чья резьба, даже с прошествием времени, оставалась четкой и властной. Сын — свежий, яркий оттиск на рисовой бумаге.

Кончики ушей Лю Фан покраснели. Сердце забилось в бешеном ритме. Она застыла, полная смущения, совсем не зная, куда себя деть.

Малыш в то же самое время, словно мячик, с радостным визгом соскочил со стула и бросился к папе в объятия. Маленькие ручки обвили папину ногу. Кругленькое тельце подрагивало от эмоций. Детский голосок звенел от восторга:

— Папа, папочка, ты велнулся к своему Баоцзы? Мама, мамочка, наш папа здесь!

Наклонившись, Юань Хао подхватил сына на руки, подбросил его в воздух, поцеловал в пухлую щечку и крепко прижал к груди. Такой мягкий и теплый комочек. Мужчине совсем не хотелось его отпускать.

У Лю Фан при виде этой гармоничной картины кольнуло в сердце. Она вдруг почувствовала себя лишней.

Что делать? Как себя вести? В голове ни единой мысли.

Впервые за две жизни у нее появился настоящий муж. Императора, который и лица ее никогда не видел, она таковым не считала. В прошлом, уезжая в паланкине [1] во дворец, главная жена ее отца дала несколько кратких наставлений: быть добродетельной, умной и поддерживать красоту, чтобы его величество посещал ее чаще, чем других наложниц.

Ничего из этого ей не пригодилось.

Проведя в гареме какое-то время, Лю Фан осознала, что, даже обладая несравненной красотой, сложно выделиться среди сотен таких же красавиц. Впрочем, она и не пыталась, предпочитая внутренним интригам дворца тихую и спокойную жизнь.

Но в этот раз все иначе. Теперь она желала иметь настоящую семью с ее уже горячо любимым малышом и его папой. И пусть пока она для них чужая, Лю Фан не собиралась так просто отступать.

Что обычно нужно вернувшемуся домой мужчине? Теплая встреча, уютный дом и вкусная еда.

Теплую встречу ему уже организовал их малыш. В доме у них с Баоцзы тоже полный порядок. Не зря Лю Фан целых два дня, пока ее сын находился в садике, помимо готовки усиленно наводила порядок. Тушеная рыба закончилась, но в холодильнике имелось много других продуктов. Приготовит так, что муж непременно попросит добавки.

— Папа, а как ты узнал, сто мы с мамой здесь? — донесся до Лю Фан, сквозь завесу мыслей, мягкий голосок ребенка.

Юань Хао замаскировал смех приглушенным покашливанием.

— На улице услышал, как поет мой толстячок. Все прохожие тебе хлопали.

Впервые услышав его голос, Лю Фан навострила уши. Какой он у него мужественный, низкий, глубокий. Казалось, в ее муже не было ни единого изъяна.

— Плавда? — широко раскрыл свои глазки-виноградинки малыш; в его детском голосе ясно слышался восторг. — Папа, а ты слысал, как мама пела?

Лю Фан вздрогнула от паники. Неужели муж действительно видел ее проказливое представление, устроенное, чтобы рассмешить малыша? Обреченно прикрыв глаза, девушка мысленно обратилась к предкам, моля их не допустить такого позора. Но тщетно. В раздавшемся мужском голосе слышался отчетливый смешок:

— Конечно.

— Плавда же великолепно? — весело рассмеялся ребенок, искренне считавший, что лучше его мамы певиц не существует.

Юань Хао, покосившись на жену, продолжавшую упорно избегать его взгляда, улыбнулся сыну и кивнул. Лю Фан тут же захотелось найти щель в полу и спрятаться в ней.

Баоцзы, увидев, что мама странно себя ведет — наверное, стесняется, даже глазки покраснели — решил включить ее в разговор.

— Мама, ты же лада, что папа велнулся?

Подняв на сына нежный взгляд, Лю Фан смущенно кивнула.

— Очень, — затем впервые с их встречи, сгорая от смущения, все же осмелилась взглянуть прямо в лицо Юань Хао и выдавить из себя улыбку. — С возвращением, господин. Пойдемте домой. После долгой дороги вам нужно поесть.

Господин?

Юань Хао на секунду показалось, что он ослышался. Когда Лю Фан звала его «господином»? Подобное обращение к мужу сейчас можно было услышать только в исторических дорамах. Раньше она замечала его лишь когда у нее заканчивались деньги, и обращение было довольно коротким: «Эй, ты».

Мужчина нахмурился.

Это точно его жена?

[1]Паланкин — средство передвижения в виде укреплённого на длинных шестах крытого кресла или ложа, переносимого носильщиками.