Грешный король

45. Лулу

— Привет, детка, — говорит Скарлетт, открывая дверь квартиры, которую она теперь делит с Люком. На следующий день после инцидента в игровой комнате Люк собрал все ее вещи и перевез сюда, и с тех пор она живет здесь. На самом деле это было очень романтично, и я знаю, что Скарлетт это понравилось. — Проходи. Мне только нужно собрать волосы в пучок.

Она поворачивается, идет на кухню и берет со стола резинку для волос.

— Как твоя спина? Особенно после тренировки.

Она смотрит на меня и пожимает плечами.

— Чешется. Я прихожу в себя, и кожа немного зудит. Но боль прошла. Я просто в бешенстве из-за того, что у этого придурка хватило наглости так меня покалечить. Люк сказал, что они с Роумом с ним разобрались, и я никогда бы не подумала, что скажу такое, но это хорошо.

— Согласна с тобой, — отвечаю и притягиваю ее к себе, чтобы обнять. — О, черт, я забыла телефон в пентхаусе. Я быстро сбегаю за ним и возьму его. Встретимся в холле?

— Конечно. Мне все равно нужно еще раз сходить в туалет. Увидимся через десять минут?

— Отлично. Прости.

— Даже не беспокойся об этом.

Я выскакиваю за дверь, улыбаюсь охранникам и направляюсь к лифту. Двое идут за мной, а двое остаются со Скарлетт.

— Забыла телефон, — говорю им, и они просто кивают.

Эти двое не особо разговорчивы, но это нормально. Мне особо нечего им сказать.

Я открываю дверь в пентхаус ладонью и захожу внутрь. Похоже, Матео, Джулиан, Карсон и Роум сейчас в его кабинете, но я не хочу их отвлекать.

Где я оставила телефон?

Помню, что он был у меня, когда прощалась с Роумом, но куда я потом пошла? В спальню?

Поднимаясь по лестнице, я думаю о маячке. Я не до конца понимаю, как к этому отношусь — иметь внутри себя такую штуку, — но Роуму в этом я доверяю. Как, похоже, и во всём остальном, что касается моей жизни. А то, что он без колебаний согласился поставить такой же себе в шею? Такой уровень… доверия и преданности до сих пор меня удивляет.

Неудивительно, что я люблю этого мужчину.

Не слишком ли рано говорить ему о своих чувствах? Не то чтобы я когда-либо была влюблена, но ведь несколько недель — это слишком рано, правда? Может, позже, когда наступит подходящий момент.

Найдя телефон на краю кровати, где я его оставила, я разворачиваюсь к выходу и думаю — может, заглянуть к Роуму, махнуть ему, дать знать, что я зашла.

Но стоит мне свернуть к его кабинету, как я слышу имя, от которого по спине бегут мурашки.

— До меня дошли слухи, что Риццо работает с Адамом Дэмиеном.

Я застываю в дверях. Ноги не слушаются.

Боже.

Я качаю головой, когда Роум переводит на меня взгляд и прищуривает голубые глаза.

— Я не вернусь.

— Иди сюда, Элоиза.

— Нет, — качаю головой и делаю шаг назад. — Я уйду… и ты меня никогда не найдешь.

46. Роум

От одних этих слов моя кровь вскипает, а к горлу подступает желчь.

Элоиза трясет головой, пытаясь сглотнуть, и я вскакиваю и бросаюсь к ней, прежде чем она успевает что-то сказать.

— Я просто хотела взять свой телефон, — говорит, уткнувшись мне в грудь. — Я з-з-забыла его. Я не хотела...

— Дыши, Светлячок, — беру ее на руки и несу в кабинет, не беспокоясь о том, что она услышала наш разговор. — Я же говорил, что ты можешь приходить сюда, когда захочешь. Ты не сделала ничего плохого.

— Пожалуйста, не отправляй меня обратно.

— Этого никогда не случится.

Джулиан встает, я усаживаю ее в освободившееся кресло и смотрю на своих братьев, которые выглядят обеспокоенными. Все ее тело дрожит, а страх в глазах напоминает мне о том дне, когда мы ее нашли.

Что, черт возьми, происходит?

— Я не выйду за него замуж, — говорит она, кусая губу.

— За кого? — спрашиваю, вытирая слезы с ее щек.

— За Адама Дэмиена.

Я быстро переглядываюсь с остальными.

— Это тот, за кого тебя хотел выдать отец? — спокойно спрашивает Джулиан.

Карсон выглядит так, будто готов пробить кулаком стену и, скорее всего, кого-нибудь убить.

— Да, — она делает глубокий прерывистый вдох. — Я не знаю, кто он, но это его имя. И я не выйду за него. Так что, если ты собираешься отправить меня обратно, чтобы я не путалась под ногами, а мой отец мог заключить какой-нибудь мерзкий союз с этим парнем, я просто соберу вещи и уйду.

— Стоп. — Я не хочу больше слышать, как она говорит, что уходит от меня. Вытаскиваю ее из кресла, сажусь в него сам и притягиваю ее к себе на колени, не обращая внимания на удивленные взгляды остальных. — Ты моя, и ты никуда не уйдешь. Мне жаль, что услышанное напугало тебя, но это не имеет к тебе никакого отношения, Светлячок.

— Но я не хочу создавать тебе проблемы. — Она прикусывает губу и смотрит на меня. — Если держать меня здесь опасно, если это ставит тебя под удар, мне нужно уйти. Я не могу… ты не должен быть в опасности из-за меня.

— Мы разберемся с этим, милая барменша, — говорит Карсон с ленивой улыбкой. — Не беспокойся за нас.

— Я знаю, что не всем нравлюсь, и это нормально, но...

— Кому ты не нравишься? — спрашиваю я, нахмурившись.

— Возможно, это не совсем подходящее слово. Доверие. Не все вы мне доверяете. Но я вам всем доверяю и… вы мне нравитесь. И я не могу остаться, если из-за меня вы в опасности. Я что-нибудь придумаю.

Я рычу и хватаю ее за подбородок, поворачивая к себе.

— Нет. Ты никуда не уйдешь. Ты не доставляешь неудобств. А если кто-то из них тебе не доверяет, это их проблемы.

Она качает головой.

— Я тебе доверяю, — неожиданно для меня говорит Матео. И, судя по тому, как Элоиза резко оборачивается и смотрит на него, я бы сказал, что это удивляет и ее. — После сегодняшнего, после того, что ты сказала, я тебе доверяю. Мы тебя никуда не отправим.

Джулиан секунду смотрит на нее, потом вздыхает.

— Я им доверяю, — говорит он, указывая на нас. — Так что, если ты не дашь мне повода усомниться, я поверю тебе на слово.

— Нам нужно уладить кое-какие дела, касающиеся твоего отца и Дэмиена, — говорю, перебирая ее волосы. — Но это никак не связано с тем, чтобы отослать тебя. Ты моя. Никогда не забывай об этом.

Элоиза выдыхает, и хотя я вижу, что она успокоилась, мне ненавистна мысль о том, что даже имя этого ублюдка выбило ее из колеи. Но не только из-за страха за себя. И за нас. Она боится его — своего отца — и имеет на это полное право. Но то, как она переживает за нас? Это просто уму непостижимо.

— Прости. Я в порядке. Я… пойду пообедаю со Скарлетт. Может, еще и выпью.

— Нет, — говорит Карсон, качая головой. Его лицо становится жёстким. — Ты сегодня днём стреляешь, и будешь трезвой.

— Ну вот, — Элоиза смеется. — Хотя ладно, так даже лучше. Выпущу пар на мишени.

Она чмокает меня в щеку и встает, но я тяну её обратно и крепко целую.

— Скажи ещё раз, что уйдёшь, и я тебя отшлепаю так, что сесть не сможешь. Поняла?

— Поняла, — шепчет она. — Прости.

Затем выходит из комнаты, и как только мы слышим, как закрывается входная дверь, Карсон потирает руки.

— А теперь давайте спланируем, как мы убьем этих ублюдков. Мне надоело смотреть, как она сходит с ума. Пора с этим заканчивать.