Грешный король

6. Роум

Я больше не мог смотреть на нее через экраны, поэтому спустился в лаундж, чтобы увидеть вживую. Мне нужно было оказаться ближе к ней, быть в ее поле зрения. Проверить, так же ли сильно меня тянет к ней, когда она всего в нескольких шагах от меня, как это было через видеотрансляцию.

Притяжение стало еще сильнее.

Когда я сел, я дал понять Рите, что хочу понаблюдать, не раскрывая новой девушке, что я её босс. Конечно, Рита и глазом не моргнула. Она давно со мной работает и привыкла к моим странным просьбам.

Мой светлячок была великолепна на экране, но в жизни она само совершенство. Ее изгибы притягивают взгляды всех мужчин в этом зале. Любой из них затащил бы ее в приватную комнату, чтобы трахнуть, будь у него такая возможность.

Мне хочется достать пистолет из-за пояса и застрелить их всех.

И все же я не могу их винить. Пока она суетится за барной стойкой, ее оранжевый топ колышется и приподнимается, давая мне возможность мельком увидеть ее нежную кожу..

Уже довольно поздно, и большинство посетителей переместились из лаунджа в игровую, так что бар работает не на полную. Мой светлячок смеется над чем-то, что сказал Макс, и он хлопает ее по спине.

Тронь её ещё раз, и лишишься руки, Макс.

Она оборачивается и одаривает меня лучезарной улыбкой. Ее глаза зеленые с золотистыми вкраплениями. Помада давно стерлась, но губы у неё полные и розовые, так и просятся обхватить мой член. Она собрала волосы в небрежный пучок — ни одна из моих сотрудниц никогда не пришла бы так на работу, — но на ней он смотрится идеально.

— Я Лулу, — говорит она с улыбкой, подходя ко мне. Эта улыбка согревает мое холодное, мертвое сердце. — Могу я предложить еще?

Я киваю. Я никогда не выпиваю больше одного бокала, когда прихожу сюда, но хочу посмотреть, как она готовит мне коктейль.

— Сейчас сделаю. Как тебя зовут?

— Роум, — отвечаю, и она кивает, берет мой пустой бокал, ставит его в раковину и тянется за чистым.

Прежде чем я успеваю что-то сказать, она поворачивается и тянется за бутылкой на верхней полке, открывая вид на чертовски великолепные...

Синяки. Новые и старые, покрывающие всю ее грудную клетку. Какого хрена? Это что, шрам на пояснице?

Прежде чем я успеваю задать вопрос, я вскакиваю со стула и направляюсь за стойку. Лулу вздрагивает, испуганно оглядывается по сторонам, её зелёные глаза широко раскрыты, и отступает от меня.

— Стой. — Мой голос звучит жестко, и она замирает, но её лицо теперь полно страха, и это злит меня почти так же сильно, как и синяки. Я не хочу, чтобы она боялась меня. — Что у тебя с ребрами?

Она хмурится, и внезапно рядом с ней появляется Рита. Она гладит ее по руке, словно пытаясь утешить.

— Ч-что? — спрашивает Лулу.

— Синяки, — повторяю я.

— А. — Лулу хмурится, а потом морщится. — Извини, я уверена, что никто из клиентов не хочет такое видеть. Не переживай обо мне, я уже готовлю тебе коктейль.

— Мне плевать на коктейль, — отвечаю и подхожу ближе. — Я хочу, чтобы ты ответила.

— Это Роу… — говорит Рита, но я качаю головой, прерывая ее. — Все в порядке, девочка. Ты не сделала ничего плохого.

Лулу приоткрывает рот и облизывает губы.

Я качаю головой, теряя терпение.

— Как. Ты. Получила. Синяки?

— Меня сегодня утром ограбили, — отвечает она с презрением в голосе. — Немного помяли, но я в порядке.

— Тебе больно?

— Нет, я...

— Не лги мне.

Она моргает, удивленная моим резким тоном, но затем слегка улыбается и протягивает руку, чтобы коснуться моей. Глаза Риты расширяются, потому что она знает, что я не люблю, когда меня трогают, но прикосновение Лулу каким-то образом успокаивает мое разгневанное сердце.

— То есть мне больно, но бывало и хуже. Правда, все в порядке. Присядь, я сделаю тебе коктейль.

Когда она убирает руку, это похоже на то, как если бы солнце скрылось за облаком, оставив после себя прохладу. Но вместо того чтобы схватить её и притянуть к себе, я возвращаюсь на своё место и наблюдаю за ней уже более внимательно.

Она весёлая, улыбается и за те несколько часов, что стоит за баром, ни разу не сбавила темп, но я вижу усталость в её глазах. И я, блядь, ненавижу тот факт, что кто-то ее избил. Что у кого-то хватило наглости поднять на нее руку.

Мой светлячок снова принимается за приготовление коктейля и с уверенной улыбкой протягивает его мне.

— Вот, держи, — говорит она.

— Давно работаешь барменом? — спрашиваю я.

— Честно?

— Всегда.

Она покусывает пухлую нижнюю губу, и мой член приходит в движение.

— Недолго. Но я почти год посещала занятия по миксологии и наслаждалась каждой секундой. В приготовлении хорошего напитка много науки.

— Значит, тебе нравится наука?

— Не особо.

Она удивленно моргает, когда мои губы расплываются в улыбке.

— Я имею в виду, мне никогда не нравилась наука в школе, но мне нравятся неожиданные вещи, и меня удивило, что алкоголь — это не просто пиво и студенческие вечеринки, понимаешь?

Я склоняю голову набок, наблюдая за ней.

— Потрясающе.

— Точно.

Лулу поворачивается, чтобы принять заказ, и, видимо, делает это слишком резко, потому что я вижу, как она морщится от боли в ребрах. Мне это не нравится.

Мне это ни хрена не нравится.