Измена. На бис! (СИ)

Глава 26

— Пап, что значит «знал»?

Он поворачивает голову медленно. Будто шея перестала его слушаться. Глаза пустые.

— Нет, не то, что они спят. Я просто чувствовал. В последнее время она стала другая. Отстранённая. Смотрит сквозь меня. Думал, может, депрессия какая. Кризис какой. — Он горько усмехнулся. — Кризис, блядь, среднего возраста. У неё. С моим зятем.

Я беру его за руку.

— Папочка… прости. Мне так жаль, что я…

— Не извиняйся. — Перебивает жёстко, почти зло. — Ты здесь ни при чём. Это я. Я привёл её в дом. Я поверил ей. Я тебя не уберёг.

— Пап, перестань…

— Ты права, поздно раскаиваться. — Он сжимает мои пальцы с неожиданной силой. Больно. Хорошо. Заслуженно. — Что будешь делать?

— Я уже сделала. Была у юриста. Подаю на развод.

— Ты уверена? — и сам же ответил на свой вопрос. — Хотя да, конечно уверена. Прости.

Мы сидим в тишине. Из динамиков заиграло что-то старое, я узнала эту песню — «Summertime».

Тут раздаётся звонок моего телефона. «Николай Сергеевич».

— Ариадна, — без приветствия начал юрист. — Извините за беспокойство. Нужно уже завтра запускать процесс. Какие вы можете мне предоставить документы?

— Свидетельство о браке. Паспорт. Документы на квартиру…

О чёрт, все документы, кроме паспорта, остались в старой квартире.

— Отлично. — Слышу, как он что-то записывает на том конце. — Мне нужны копии. Ещё справка о доходах, но это не срочно. Сможете сегодня скинуть?

Пауза. Совсем короткая. Я уже открываю рот сказать «да», но он продолжает.

— Ариадна. Если Арсений узнает, что мы запустили процесс, раньше чем вы заберёте оригиналы… — Он делает паузу. — Документы имеют свойство теряться. Гореть в пожаре. Намокать в воде. Всё, конечно, можно восстановить, но это время. Недели. А время сейчас играет против нас.

— Я… да. Я сейчас поеду домой, отсканирую.

— Хорошо. Буду ждать.

Отключается. Без «до свидания», без «удачи». Деловой какой. И за это я ему благодарна. Слова «всё будет хорошо» сейчас звучали бы как насмешка.

— Я поеду с тобой, — говорит папа, когда я встаю. — Не хочу, чтобы ты там одна с ним была.

— Он на работе. Я быстро. Сама справлюсь.

Папа спорить не стал. Только кивает снова. Он выглядит сломленным. Постарел на десять лет за один час.

На улице зимний воздух врывается в лёгкие, и только тогда я понимаю, что внутри кафе вообще не дышала. Наконец-то можно.

Такси вызываю через приложение. Водитель — мужчина лет пятидесяти, в ушах гарнитура, на панели — иконка Николая Чудотворца. Называю адрес, он кивает, вливается в поток.

— Пробки, — говорит в пространство. — Вечер, сама понимаешь. Ехать будем полчаса минимум.

Киваю. Смотрю в запотевшее окно. Питер. Серые стены, грязный снег, люди в чёрном бегут по переходам. Совсем скоро мне придётся зайти в квартиру, где совсем недавно я так была счастлива.

Только бы не пришёл. Только бы задержался на работе. Дай мне двадцать минут, Господи, просто двадцать минут.

Водитель что-то говорит про погоду, про прошлогодний снегопад. Я соглашаюсь. Не слушаю.

Дом встречает привычной тишиной подъезда. Пахнет чьей-то жареной рыбой. Ну почему всегда этот запах самый въедливый? Терпеть его не могу.

Ключ в замке легко поворачивается. Дверь открывается.

Я стараюсь делать всё быстро. Не думать. Не чувствовать. Забрать документы и уйти.

Скидываю пальто прямо на пол. Пусть валяется, нет времени. Прохожу в кабинет.

Сейф спрятан за репродукцией Кандинского. Арсений говорил, так эстетичнее. Сдвигаю картину в сторону, она на специальных петлях, как дверца.

Набираю код. Дата нашей первой встречи. Двадцать третье марта.

Пальцы дрожат, волнуюсь. Не с первого раза попадаю по нужным цифрам. Но вот он, заветный щелчок. Тяжёлая дверца открывается.

Внутри — ровные стопки документов. Его паспорт, загранпаспорт, диплом МГИМО в твёрдой обложке, договоры с галереями. Мои документы с краю, прижаты прессом в форме балерины. Я сама его купила в сувенирной лавке Большого театра. Милая безделушка.

Выгребаю всё. Свидетельство о браке, договор купли-продажи на квартиру, свидетельство о собственности, где мы оба вписаны. По одной второй. Всё по-честному.

Сканер включается с негромким гудением. Стекло холодное, пальцы оставляют разводы. Начинаю копировать с паспорта.

Световая полоса медленно ползёт. На листе появляется первая страница. Смирнова Ариадна Глебовна. Дата рождения. Место рождения.

И тут я слышу: в замке входной двери поворачивается ключ.

Сердце убегает в пятки. Я смотрю на экран и не могу пошевелиться.

— Ада? — Голос из прихожей. Удивлённый. Радостный, сука. — Ты здесь?