Ночная мелодия

Глава 10

Борис

Поскольку эмоций не было изначально, а собаке желания вполне хватило одной косточки, включать голову не понадобилось — она и так оставалась в рабочем состоянии. По дороге домой Борис анализировал ситуацию, словно составлял очередной план по выводу бизнеса из кризиса. В его деле крайне важным было вскрыть именно те болячки, которые прятались глубоко под шкурой, поэтому он привык ставить под сомнение все слишком очевидное.

Разумеется, у Натальи он не остался. Просыпаться вместе — это было достаточно интимно и не входило в понятие «просто секс». Так и сказал ей, внимательно отслеживая реакцию. Как до этого наблюдал за ее лицом, предложив изобразить пару, чтобы от нее отстала родня. Однако ничего не мелькнуло, не блеснуло. Либо она говорила правду, либо была более тонкой актрисой, чем казалось.

— Как хочешь, — Наталья нырнула под одеяло. — Свет только выключи. И дверь захлопни.

Одевшись, Борис вышел из спальни и, подумав с полминуты, завернул на кухню. Взял из стаканчика бумажную салфетку, написал свой номер телефона, повесил под магнит на холодильник. С одной стороны, давал Наталье возможность инициативы, с другой, ставил ее в положение просительницы. Если захочет новой встречи, позвонит сама. Нет — ну и ладно. Совсем не драма.

В такси он думал, зачем ему вообще все это понадобилось. Возможность секса без обязательств с красивой и при этом неглупой женщиной? Положа руку на сердце, даже при таком раскладе он предпочел бы ту, которая вызывала бы хоть какой-то душевный отклик.

Скорее, это было такое… интеллектуальное казино. Наталья оказалось шкатулочкой с секретом. Тоже своего рода челлендж — раскрыть, разгадать ее. Действительно ли ее устраивают такие вот отношения без перспективы, или это просто хитрый план по загону мамонта в яму?

Разово притвориться дичью было любопытно, но если бы Борис понял, что его таким образом хитро заманивают в брачную ловушку, прекратил бы все немедленно. Впрочем, он подозревал, что, если Наталья не обманывает и действительно не хочет ничего серьезного, наверняка с ней станет скучно, как только облетит флер новизны. Секс, замешанный на одном физическом желании, без намека на чувства, казался ему таким же суррогатом, как и мастурбация.

До Кати у него были девушки — и на один раз, и те, которые нравились, но ни одну из них Борис не любил. Кроме Милы — соседки по даче.

Им было по пятнадцать, он катал ее на велосипеде, незаметно касаясь губами волос, плавал на другой берег озера, чтобы нарвать для нее кувшинок, рисовал портреты, которые тут же рвал на мелкие клочки. Так наивно, по-щенячьи, но вспоминать было приятно. Может быть, потому и приятно, что осталось нежной, романтической, ничем не омраченной влюбленностью.

Она позвонила через два дня. То ли тоже думала, насколько ей это надо, то ли решила поводить рыбку на крючке.

Борис за это время передумал всякое. Будь он уверен, что Наталья не врет, все было бы намного проще. Никаких сантиментов, постель, ну и поговорить. Пока не надоест. Но что-то мешало поверить. По правде, игра эта ему не слишком нравилась. Вроде и занятно, но… с душком. Как сложное блюдо в экзотическом ресторане. Не знаешь, то ли повар взял несвежие продукты, то ли так и было задумано.

В общем, если б Наталья не позвонила, он бы не расстроился. Но и отказываться от встречи не стал. Договорились, посидели в ресторане, поехали к нему домой. Все это мало отличалось от первого раза.

Неплохо.

Пожалуй, вот и все, что Борис мог сказать.

За две недели они встретились три раза, а потом Наталья спросила вскользь, не будет ли он возражать, если их пригласят в гости ее родители.

— А тебе не кажется, что рановато? — спросил он, прикидывая, как лучше поставить в этой комедии точку.

— Ты же сам предложил изобразить пару, — Наталья пожала плечами.

— Да. Но, думаю, твои родители знают, что мы познакомились недавно. К чему форсировать?

— Послушай, Боря, — она закинула руки за голову, и он невольно уставился на ее призывно приподнявшуюся грудь. — Давай начистоту. Ты ведь думаешь, что это такой хитрый план? Что я уверяю, будто не хочу серьезных отношений, чтобы усыпить твою бдительность и потихоньку заставить жениться? Ну вот честно, думаешь же?

— Ну… не исключаю такую возможность, — похоже, отпираться не имело смысла.

— Спасибо за откровенность. Ты умный мужик, и задурить тебе голову было бы сложно. Если б я действительно собиралась это сделать.

— Взаимно спасибо, — все эти игры в один момент показались глупыми и никчемушными. — Тогда давай предельно честно. Уж у меня-то точно нет никаких хитрых планов. Потому что жениться в обозримой перспективе не собираюсь. Сыт по горло. И прости, Наташа, но ты не та женщина, в которую я мог бы влюбиться. Поэтому если думаешь, что вот сейчас просто потрахаемся, а там как карта ляжет, то не стоит. Не ляжет. Меньше всего хотелось бы причинить тебе боль, если вдруг окажется, что твоя френдзона взяла и превратилась в тыкву.

— Тогда просто допусти, что я сказала правду. Мы друг другу ничего не обещали. Давай договоримся, что в любой момент любой из нас может сказать: извини, но на этом все. И не думай, пожалуйста, что это тоже пункт хитрого военного плана. Люди или доверяют друг другу, или нет.

— Хорошо, — Борис подтащил ее к себе. — Make love, not war*

Люди или доверяют друг другу, или нет…

Наталье Борис не доверял. Вроде и причины не было, но… чуйка говорила: что-то не так, а она редко его подводила. Если хорошо подумать, то вообще не подводила. Иначе не смог бы заниматься тем, что получалось и приносило неплохой доход. Другое дело, не всегда ее слушал, а потом чесал репу: эх, блин, а ведь интуиция предупреждала.

Разве он не замечал, что с Катей происходит что-то не то? Замечал. И то, что нервничает не по делу, и что проваливается в какие-то грезы, и ее новые юбки с ярким макияжем на работу.

«Это ты для Оли с Юлей так прихорашиваешься? Или для попугая?»

«Ну я иногда тоже на продажи встаю. И вообще… если я замужем, что, должна ходить как пугало? Может, мне еще паранджу надеть?»

Он тогда в шутку спросил, а получил злобный ответ из реактивной установки «Змей Горыныч». Совершенно неадекватно. Задуматься бы. Но когда любишь, страшно задумываться в этом направлении. Проще сказать себе, что все это глупости. Показалось.

А вот сейчас уже не казалось. Если сначала Борис и сомневался, то после «разговора начистоту» перестал. Эффект получился прямо противоположным тому, на который рассчитывала Наталья. Хотя стоило признать, что она крепкий орешек, достойная противница. Умеет ловко чувствовать настроение и переобуваться в прыжке. Взять хотя бы тему знакомства с родителями, которая моментально закрылась, стоило Борису отозваться об этой идее неодобрительно.

Непонятным было одно: почему именно он. С такой ловкостью Наталья могла бы захомутать кого-нибудь на порядок выгоднее. Впрочем, откуда ему было знать. Озвученная версия о женихе, отдавшем предпочтение девушке с папой из Форбса, сильно смахивала на правду. Возможно, охотилась в тех угодьях, до которых не дотянула, обломалась раз-другой и решила поумерить аппетиты. А тут подвернулся пусть и не олигарх, но небедный, нестарый, разведенный и собой не урод. Почему бы и не да?

По большому счету, надо было прекращать этот цирк. Воспользоваться ее предложением. Сказала ведь: расстаться можем в любой момент без вопросов. А вот не стоит, Наташа, предлагать в надежде, что твою инициативу отвергнут.

Надо было прекращать. Но Борис все тянул. Почему? Хороший вопрос. Из-за технически годного секса? Или из-за интриги: ну-ну, посмотрим, что ты еще придумаешь? Или все дело было в той пустоте, в которую его засасывало после развода? Хотелось чем-то заткнуть эту дыру. Если не чувствами, то присутствием живого человека, пусть даже не слишком подходящего и всего лишь на время.

Как бы там ни было, что-то мешало сказать: прости, Наташа, но давай на этом остановимся.

В тот день он закончил работу с ритейлом, сделав почти невозможное. По итогам его переговоров удалось реструктурировать долги и кредиты, заключить новые контракты. Полным ходом шла аттестация персонала, несколько убыточных точек готовили к закрытию, а три новых магазина — к открытию в более удачных местах. Все рекомендации были аргументированными и подкрепленными расчетами, и теперь все зависело исключительно от исполнителей. Впрочем, Бориса это уже не касалось, гонорар на карточку упал.

Обычно после окончания большого проекта он устраивал себе небольшой отпуск, на неделю максимум. Уезжали куда-нибудь вдвоем с Катей, на море или в не слишком засиженное туристами место. После кирпичного завода была дача, но сейчас туда совсем не хотелось. Сыро, грязно, холодно.

Гоа? Шри-Ланка? Малайзия? Или, может, Сингапур? Но уж точно не с Натальей.

Вдруг само собой, сразу, пришло решение: хватит, наигрался. Сегодня он с ней попрощается. Эти отношения напоминали табуретку без одной ножки. Хоть и стоит, но надо прилагать усилия, чтобы не навернуться, и он от этого устал. Если уж так припрет, можно снять какую-нибудь одноразовую давалку. Переспали — разбежались, и никаких сложностей.

Расставание — всегда неприятно, но через это предстояло перешагнуть.

— Привет, Наташ, — сказал он, набрав номер. — Вечером сходим куда-нибудь?

— Слушай, мне тут про один грузинский ресторанчик рассказывали, недалеко от Лесного, — подумав, ответила Наталья. — На Комиссара Смирнова. Говорят, неплохой.

— Грузинский так грузинский. За тобой заехать?

— Наверно, нет, — она задумалась. — У меня тут аврал на работе, могу задержаться. Давай прямо там встретимся, часиков в семь. Если что, позвоню.

Борис нашел ресторан в интернете, заказал столик. Настроение упало ниже плинтуса. Сидеть с ней, есть, разговаривать о чем-то, чтобы в конце вечера сказать: «Наташа, спасибо за все, но… прощай»? Закончить в постели и попрощаться после этого? Вообще отстой. Перезвонить и поставить точку без особых рассусоливаний, парой фраз? Ну, блин, может, еще смску отправить?

Нет уж, доктор сказал в морг — значит, в морг.

Раньше у него таких проблем не было. Но, по правде, и отношений таких дурацких — тоже. И о чем только думал, когда подписался на этот балаган? Да еще и пару предложил изобразить, идиот. Хотелось посмотреть, что из этого выйдет? Посмотрел? Доволен? Ну вот и выгребай теперь как знаешь.

Узкая улочка оказалась усыпанной красно-синими знаками, как подросток прыщами. А где стоянка была разрешена, там густо теснились машины. Приткнуться удалось только у поворота к Выборгскому дворцу культуры. Минут пять пешком, но на холодном сыром ветру — неприятно.

Закрыв машину, Борис вышел на тротуар, и тут в кармане зажужжало. Отойдя к стенду с афишами, он достал телефон и нажал на соединение.

— Боречка, извини, — хныкнула Наталья. — Не получится сегодня. Припахали так, что вряд ли раньше девяти освобожусь. Даже позвонить не могла, вот только сейчас на минутку вырвалась.

— Ладно, ничего. В другой раз сходим. Счастливо. Позвоню.

Убирая телефон, он вздохнул то ли с облегчением, поскольку разговор откладывался, то ли с досадой — уж лучше было бы покончить со всем сразу. Скользнул равнодушным взглядом по афишам и вдруг за что-то зацепился. И посмотрел еще раз. Уже внимательнее.

_______________

*Make love, not war (англ.) — "Любите, а не воюйте", известный антивоенный лозунг 60-х годов прошлого века