В комнату заглянула Урсула.
— Что у вас, леди? — прокряхтела она. — Что случилось? Помочь чем? Бьянка, ты чего? — Урсула перевела взгляд на девочку и в голосе служанки появилась обеспокоенность. — Чего несчастная такая? Вставать не хочешь? Поспи еще. Чего вы ребенка мучаете, леди? — укоризненно уставилась она на меня.
Попытавшись встать еще раз, Бьянка снова вскрикнула и расплакалась. Рухнула обратно на кровать.
— Что случилось? — я не выдержала и подбежала к ребенку.
— Не могу, — пожаловалась Бьянка, — не могу встать на ножку.
Я опустилась на колени и сняла повязку. По детской ножке расползся огромный фиолетово-желтый синяк на всю лодыжку.
— Гадство, — пробормотала я.
— Не помогли припарки-то, — охнула Урсула, — теперь Бьянка ножки лишится! — взвыла служанка, — уж простите, леди!
Бьянка побелела как мел. Глаза стали огромные на пол лица.
— Как лишусь? — перепуганным голосом пробормотала девочка. — Я не могу. Я не хочу! Рейна, помоги!
— Прекрати пугать ребенка, — шикнула я на Урсулу. — Просто растяжение. Так бывает. Выглядит жутковато, да. Но все хорошо, Бьянка. Сейчас же поедем ко врачу в Ярден.
— Так он стоит то сколько, леди, — шмыгнула служанка.
Бьянка перевела полный ужаса взгляд с меня на Урсулу и обратно.
— У нас нет денег на мою ножку? — сипло, едва слышно пробормотала она.
— У нас есть деньги, — твердо отрезала я. — Нам хватит на врача, один золотой есть.
— Я передумала, — вдруг воскликнула Бьянка.
— И не надейся, — возмутилась я. — Ко врачу обязательно поедем прямо сейчас!
— Нет, — покачала головой Бьянка, и прежде чем я успела прервать девочку, добавила, — я не хочу больше быть лекаркой. Точнее, обычной лекаркой. Я хочу быть лекаркой для тех, у кого нет денег!
Я выдохнула. Погладила девочку по волосам.
— Хорошо, солнышко, ты станешь, кем захочешь, — улыбнулась я. — А сейчас едем в Ярден.
Пять часов туда, несколько там и столько же обратно, — промелькнуло в голове. — Хорошо, на телеге будет быстрее, чем пешком, но ненамного.
— Без завтрака ехать не дело, — пробормотала я, силясь решить: то ли приготовить что-то на скорую руку, то ли впихнуть детям в зубы бутерброды с маслом, сгрести всех в охапку и бежать в Ярден. И поесть нормально уже в городе.
Обед и ужин точно будут в городе. Но без завтрака за три-пять часов дети просто сил лишатся.
Но есть ли у нас время рассиживаться за столом? Когда ребенок страдает от боли.
А ведь еще повозка нужна. Найти нужно того, кто нас отвезет. Своей у нас нет.
Пешком мы туда не дойдем. Да и Бьянка наступать на ножку не может. Как-то нужно сделать так, чтобы смогла. Гипс, шина, костыли… что можно сделать на скорую руку и самой?
Глина! — вдруг осенило меня. — Я же вчера баночку антисептическй на всякий случай купила.
— Так, — скомандовала я. — Сейчас намажем тебе ножку глиной, должно стать полегче. А завтрак…
— Завтрак готов, леди, — заметила Урсула.
— Да? — удивленно обрадовалась я. — Ты во сколько встала? — тут же растерялась я.
— Так я со вчера еще полбы наварила на сегодня, — хмыкнула служанка. — Не все вам самой делать. Нужно и другим работу уступать.
Я облегченно рассмеялась. Одной заботой меньше. Как же хорошо, когда тебя поддерживают и помогают.
— Ты молодчинка, Урсула.
— Спасибо, леди, это же моя работа, — пробормотала служанка, но вопреки словам, Урсула легонько покраснела.
Доброе слово оно и кошке приятно, так говорят.