Через десять минут помощники капитана уже вынесли на пирс небольшой деревянный столик, поставили два стула. Украсили стол белоснежными салфетками, серебряными чашечками, даже вазочку с цветами организовали!
Я сидела за столом, теряясь в догадках, откуда они жасмин взяли? Его чрезвычайно сложно удержать от того, чтобы лепестки облетели. Вот и сейчас они белоснежными хлопьями медленно падали на салфетки.
Через полчаса от ветки останется только… ветка!
Но пока что жасмин одуряюще пах и вызывал удивленную зависть прохожих. Самих прохожих отгоняли подчиненные капитана. Стояли они полукругом, спинами к нам.
Справа я видела их, а слева борт судна.
Вот жеж!
Если капитан окажется проходимцем, мне не удрать. Останется только прыгать в море между пирсом и кораблем.
А я прыгну. Пусть даже не надеется, что испугаюсь.
Капитан насмешливо поглядел на меня, кажется, прочтя мои мысли.
— Я не желаю вам зла, леди, — улыбнулся он. — Но в вашем городе редко встретишь того, кто любит пить кофе. Вы считаете его слишком горьким.
— А жаль, правда? — улыбнулась я. — Но с молоком и сахаром он неплох.
— С молоком? — удивился Дерунг. — Сахаром? У вас необычный вкус, госпожа.
— Сливки? — предложила я.
Дерунг только нахмурился.
— Вы не добавляете ничего в кофе? — догадалась я.
Дерунг покачал головой.
— Зачем? Это перебьет вкус напитка, — хмыкнул он.
Так вот почему кофе непопулярен! Точнее, пьют его только аристократы. Эти пытаются переплюнуть друг друга в изящности вкусов. А простой народ честно признается — горький напиток им не нравится.
А я запросто их мнение изменю!
Капитан располагал к себе. Да, он выглядел умным и хитрым торговцем, но в то же время прямым, уверенным и храбрым.
Наверное, для капитана торгового корабля такие качества и нужны.
Звали его Дерунг.
— Айтай далекая страна, — поделился он, наливая мне кофе. — Мой корабль идет сюда много месяцев. Потом обратно. Жену не вижу, детей не вижу, друзей не вижу, — он вздохнул. — Но у вас в крупных городах любят чай и кофе. А моя жена любит жемчуг. Я продаю чай и покупаю ей жемчуг, — улыбнулся он. — Вы из Ярдена, госпожа…?
О, жена!
— Рейна. Нет, из пригорода, — покачала я головой. — А книги? — осторожно спросила я. — Да, они дорогие, но порадовать любимую стоит того, не так ли?
— Да, — серьезно кивнул Дерунг, — романы о любви. — Такие нечасто встретишь.
Я широко улыбнулась.
— У меня как раз одна такая книга есть!
— Хотите продать? — изумился капитан. — Рукопись?
— Инкунабула, — поправила его.
— Инкунабула… — протянул он. — Хорошее предложение. Выгодное, — признал он. — Но Кин-рин не читает на вашем языке.
— Я полагаю, книга написана на айтайском, — с легким торжеством произнесла я.
— Покажете? — засомневался Дерунг.
— Я не брала ее с собой в порт, но… я могу нарисовать название, — предложила я.
— Нарисовать, — рассмеялся Дерунг. — Хорошо, — он помахал рукой, поманив одного из матросов.