Плохой мальчик

Глава 17

Марина Чемезова

«Ничего написать мне не хочешь?».

Отправить абонента в чёрный список?

Я смотрю на эту кнопку уже час… И столько же читаю его последнее сообщение. Вспоминая наш поцелуй и последний разговор, не нахожу себе места. Сердце отказывается слушаться. Оно, кажется, придумало для себя какую-то глупую сказку, которая никогда не сбудется… Это всё чушь собачья.

Я и Чернов… Чернов и я… Мы, словно Земля и Нептун…

Очень далеко друг от друга…

Краем глаза я снова лезу в сеть и ищу информацию про какую-то там Диану… Зачем читаю это? Понятия не имею. Мне неинтересно. Наверное… Только руки сами создают новый запрос, а потом так же быстро я ощущаю укол прямо в сердце, когда читаю о том, что говорила мне Аня…

Какой абсурд. Почему я вдруг так на это реагирую? Какая мне разница?

«У меня к тебе странные ощущения»…

Я ведь точно готова была снова его поцеловать…

«Хочешь научу тебя целоваться?

Ты реагировала… На меня. Я не мог этого перепутать».

Боже… Зачем я думаю об этом…?!

Читая разную ерунду о химическом взаимодействии тел, я пытаюсь сравнить то, что здесь написано с тем, что я ощутила с Черновым… Пытаюсь и… Всё сильнее погружаюсь в собственные ощущения.

Телефон вдруг издаёт новое оповещение, и я дёргаюсь, чтобы взглянуть туда.

«Ау, языкастая. Спишь, что ли?».

«Нет, я не сплю, — всё же пишу ему ответ, и мне тут же приходит фотография… Огни города, снятые с высоты здания.

Я уж испугалась, что он себя пришлёт.

«Высоко».

«Не сильно. Девятый этаж. Хочешь в гости?».

«Нет».

«Зря».

«Анжей, не трогай меня, прошу тебя».

«Разве я трогал? — он вынуждает меня вновь спрятаться в ракушку. — Ты сама хотела поцеловать».

«Не правда!».

«Правда. Но я никому не скажу, можешь не переживать».

«Она не нажалуется на тебя за эту ситуацию с зелёнкой?».

Знаю, я уже достала, но… Я не хочу, чтобы у кого-то были из-за меня проблемы. Достаточно и того, что уже произошло.

«Нет», — уверенно присылает он, словно знает все их слабые места. Хотя, наверное, так и есть… Мне этого просто не понять.

«Я ложусь спать, спокойной ночи».

«Ты многое теряешь», — приходит следом, но я ставлю телефон на зарядку и отворачиваюсь к окну… Понимаю, что он был здесь… Лежал прямо на моей кровати… Даже подушка всё ещё отдаёт его ароматом. И я не могу… Я просто не могу не думать об этом…

Утром первым делом срываю телефон с зарядки и просматриваю новые сообщения. Он больше не писал… И меня отчего-то пронизывает холодок по этой причине… Очень странно, ведь по идее это именно то, о чём я мечтала всё это время.

Завтракаем вместе с мамой… Она смотрит на меня с улыбкой, но всё равно замечает мои изменения…

— Рина… Темнишь…

— Что?

— Что-то у тебя всё же есть с тем мальчиком… Я же вижу…

— Мам…

— Ладно, ты можешь не рассказывать, просто я хочу, чтобы ты знала, что в этом нет ничего постыдного. Чувства — не плохо… Это, наоборот, здорово…

Слушаю маму и к горлу подкрадывается ком. Если бы она только знала кто такой этот мальчик и что ему от меня нужно, она бы так не говорила…

— Спасибо за завтрак, мам…

— Пожалуйста, дорогая…

Из дома я выхожу в половину восьмого и снова натыкаюсь на Антонину Фёдоровну.

— Ой, здравствуйте…

— Здравствуй, дорогуша… А я вчера машину такую видела… Ни к тебе ли приезжал, а? — спрашивает она, заставив меня осунуться.

— Нет…

— Да? Как жаль… Под окнами стоял там курил… Дверь мне помог открыть, я прям удивилась, что у нас тут такие делают… Весь в чёрном, брюнет такой, красавец… Ух…

— Антонина Фёдоровна… я опаздываю. Вам помочь?

— Да, помоги… помоги, — причитает себе под нос. — Матери твоей сказать надо, чтобы ты дурью не маялась, а мальчика себе хорошего нашла…

Господи, Боже… И она туда же. Меня что тут все решили агитировать на отношения с Черновым?! Бред какой-то…

Помогаю ей дойти до квартиры и тут же пулей лечу вниз.

Все мои мысли теперь от и до заняты Анжеем. Я уже не знаю куда от них бежать, реально. Это дурдом какой-то…

Как только подъезжаю к универу, тут же набираю номер Ани, потому что одной после всего идти страшно…

— Вы где?

— Я опаздываю, солнышко… Проспала… — жалуется она. — Оля, кажется, тоже…

— Блиииин… — жалостливо выпаливаю, увидев его машину на парковке. А потом и его самого на крыльце.

Вот что мне делать, а?! Идти через задний вход, точно…

Я тут же бросаю всё и обхожу здание сзади, потому что выбора нет. Он будто нарочно меня караулит там… Хотя… Он вроде бы всегда там стоит, но… Я не хочу с ним видеться…

Вижу толпу людей, которые смотрят на меня с осуждением. Включая подружек Арефьевой… Однако её самой нет… Видимо, не смогла отмыться… Или же… Разбитое сердце не выдержало его поступка. Я не представляю как это больно. Ведь между ними однозначно что-то было. Даже если постель. Даже если один раз… Но она ведь от него была в восторге, а он с ней так поступил. И ради кого? Ради меня?!

На пару прибегаю без пяти… Сажусь на своё место, оглядываясь по сторонам… Девчонки прибегают примерно в пять минут, а сам, его Величество Чернов приходит, как тогда, в пятнадцать… И я тут же прогоняю в голове очередную его цитату…

Его взгляд моментально находит меня. Я понимаю, что ждал и искал, а я обманула, пробежав мимо.

И теперь он обходит мой рядом стороной, но лишь для того, чтобы сесть прямо за мной и прожигать в моей спине дыру…

Оля и Аня бесконечно оборачиваются, я стараюсь просто сидеть ровно и не вертеться, хотя понимаю, что уже не могу… Он даже так на меня влияет…

Затем я чувствую, как его рука проводит вдоль моего позвоночника, не касаясь, но… Очень-очень близко. Я просто ощущаю вибрации по ткани блузки… Оборачиваюсь, сталкиваясь с его чёрными глазами.

Он рассматривает меня, словно картинку на экране. Сердце носится, как одурелое. Конечно, внешне я не могу оторвать от него своих глаз.

А он тем временем указывает мне на преподавателя, мол «смотри туда, чего ты обернулась».

Я тут же растерянно отворачиваюсь, ощущая себя дурочкой. По коже табуном скачут мурашки, и в эту же секунду мне прилетает ещё одно новое сообщение. Я моментально смотрю на экран, будто вот-вот должна получить что-то очень-очень важное… Но смотрю, будто в весточку из Преисподней…

«Ещё не передумала? А-то моё терпение начинает иссякать»…