Плохой мальчик

Глава 43

Марина Чемезова

Люблю. Мне кажется, я его люблю…

Чувствую, как он кладёт меня на кровать… Как бесконечно глубоко заглядывает. Будто внутрь меня… Я вся покрываюсь мурашками.

Он замирает, смотрит на меня, в его глазах читается смесь тревоги и желания. Я чувствую, как дрожат мои пальцы, когда я осторожно кладу ладонь ему на грудь. Слышу его сердце. Чувствую его…

— Анжей… — мой голос звучит едва слышно, почти как вздох. — Я не понимаю, что происходит…

Он молчит, но я вижу, как напрягаются мышцы на его шее, как тяжело вздымается грудь. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах, опускается ниже.

— Марина, — хрипло произносит он. — Я же говорил тебе, чтобы ты уходила… Я не шутил…

— Почему… У тебя кто-то появился… Зачем это всё… К чему… Где ты был и почему такой пьяный, объясни мне… — мой голос дрожит, волнение достигает пика. Мало того, что я голая, так ещё и в такой ситуации, где я совершенно ничего не контролирую. В первую очередь, потому что не понимаю, что между нами. И мне так больно из-за этого…

Я киваю, сглатывая ком в горле.

— Значит… Это всё? Ты просто бросишь меня…

— Марин…

— Я ждала тебя… Я думала, что ты приедешь и мы будем вместе… А теперь это всё… Я дышать не могу, Анжей… Я просто…

— Тише… — чувствую, как он накрывает меня собой… Прижимаясь к моей голой груди своим по торс раздетым телом. Его запах уже внутри меня. Он где-то там, где физическое выходит за пределы разума. Потому что я слишком много к нему испытываю, чтобы списывать это просто на телесное. Нет. Это что-то большее… Неужели он не чувствует того же?

Слышу ведь как долбит его сердце.

— Расскажи мне… — глажу его затылок. Вся в слезах… Реву…

— Не могу…

— Нет, ты можешь… Можешь, Анжей… Можешь…

— Даже если я расскажу, это абсолютно ничего не изменит, Марина…

Звучит так, как будто он всё уже решил…

— Но я хотя бы буду знать… Почему ты так со мной поступаешь…

Он чуть отстраняется от меня. Кладёт ладонь на мою щёку, стирая с той слёзы.

— Я бы всё изменил, если бы мог, маленькая… Я, кажется, впервые что-то чувствую. С тех пор как мамы не стало… Я чувствую это к тебе, и мне максимально дерьмово сейчас, Марин…

Моё сердце в груди так мощно бьётся. Как раненная птица… Его мама… Умерла? Господи…

— Как давно её не стало… — спрашиваю сквозь слёзы.

— Уже давно, десять лет как…

— Мне очень жаль, Анжей… Мне правда очень жаль…

— Я знаю… Парадокс, но я впервые ощущаю в ком-то настоящие эмоции… Ты понимаешь?

— Да…

— Я не хочу тебя обидеть… Но так выходит, блин, постоянно… Я такой какой есть. И у меня никак не получается измениться…

— Я не просила тебя меняться… Но я вижу, что ты не такой, каким пытаешься быть… Я ведь тоже всё вижу, Анжей. Что это за следы… — бормочу, ощущая, что голос вновь дрогнет. И меня трясёт под ним, как Каштанку. Мне кажется, я сейчас умру от ревности…

Он хмурится, глядя на меня, и останавливается на моих глазах своими чёрными омутами.

— Как я уже говорил, я не лажу со своим отцом… — проглатывает он ком, но с меня так и не двинется. Я держу его за плечи. Чувствую, как горит его кожа в местах наших соприкосновений… — И есть одна девушка… Ему по бизнесу нужно, чтобы мы были вместе…

— Диана? — переспрашиваю я, ощущая как силы покидают меня. Горло дерёт. И вообще вся я словно вата под ним.

А он смотрит на меня с удивлением.

— Откуда знаешь это имя…

— Читала… Девочки говорили тогда…

— Ясно… Тогда ты знаешь…

— Я не понимаю… И что… Ты к ней что-то чувствуешь?

— Нет. Но это никого не волнует… — отрезает он и тут же резко сползает с меня, откинувшись на другую сторону кровати на спину.

— Как это… А её саму… Вы же не…

— Не что?

— Ну вы… Не любите друг друга…

Он усмехается над этими словами, а у меня внутри всё горит.

— Риша, Риша… Какая ты у меня всё-таки наивная… Любовь тут не имеет никакого веса или значения…

Я чувствую, что слёзы снова текут по щекам.

— Мне поставили условие, малыш… Я просто не могу спрыгнуть…

— М-м-м, — мычу, взглянув на него ещё раз и обняв себя за плечи. Мне хочется спрятаться. Свернуться в кокон и никогда-никогда из него не вылезать.

«Не могу спрыгнуть» звучит так же, как и «я просто не люблю тебя настолько, чтобы бороться».

— Я поняла… — тихо сползаю на край и смотрю в одну точку. — Получается, я такая дура, что на секунду подумала, будто ты действительно чувствуешь ко мне то же, что и я к тебе…

Пытаюсь уйти, но он резко хватает меня за запястье.

— Отпусти!

— Нет. Не отпущу… Ты, блядь, просто не понимаешь… Ты не понимаешь, какие условия за всем этим стоят…

— Разумеется… Я просто не понимаю… — повторяю, проглатывая слова. — Я всё прекрасно понимаю, Анжей! И у меня чувство, словно меня на куски рвут! Спасибо, что сначала полностью меня влюбил, а теперь делаешь вид, будто так будет лучше… Ты спасаешь меня, да?! Спасаешь от себя?! Так вот я тебе скажу, что ты не герой, ты просто чёртов трус! — выпаливаю, срывая горло до крови, а хватка на моём запястье становится только жёстче. Он тянет меня к себе, но я упираюсь, ощущая, как всё внутри взрывается. Пытаясь оттолкнуть, но он сжимает меня в своих руках, словно маленькую хрупкую бабочку. Я словно стираю пыльцу с крыльев о его грубые руки… Я чувствую эту боль физически. И я его ненавижу за это… — Отпусти меня! Отпусти! Ну и будь тогда со своей Дианой! Хоть залюбите там друг друга, хоть женитесь, мне вообще плевать! Я с другим буду! Ты понял меня?! Я нарочно буду с другим!

Чувствую, как осколки проходятся по нам обоим самыми острыми краями… И это только слова… Только жалкие буквы… Тогда что могут поступки? Когда я представляю, как он обнимал другую, меня тошнит… Даже если сейчас его руки прижимают меня к себе… Въедаются в кожу на моей спине и не отпускают. Он как кислота для меня. Сейчас я ощущаю её повсюду…

— Я ненавижу тебя… — рыдаю у него на плече, пока глаза горят от слёз.

— Я знаю, языкастая моя… Я знаю…