Плохой мальчик

Глава 31

Марина Чемезова

От его предложения под ложечкой сосёт. Странное ощущение… И хочется, и колется… И вроде бы как нужно соглашаться. Ведь это шанс узнать его ближе… Только я всё равно боюсь.

— Но у меня мама дома, ты же знаешь…

— А мы её не потревожим, — отвечает он спокойным тоном. — Ты боишься маму напугать или со мной оставаться?

Я проглатываю ком, а он зачёсывает свои чёрные густые волосы пятерней назад.

— Решай… Поедешь или нет?

Я смотрю в его глаза и мне так не хочется его отпускать. Мне не хочется расставаться, и это так странно на меня влияет. Я никогда не каталась ночью с парнем… Никогда не обманывала маму таким образом. И до сих пор не знаю, стоит ли оно того… Но что-то толкает меня на эти необдуманные поступки.

— А как мы выйдем?

— Легко… Просто доверься мне… И оденься потеплее, там прохладно…

— Угу, — отвечаю, направившись к шкафу. Достаю оттуда свои джинсы, его кофту, а потом застываю возле кровати, заметив его нацеленный пристальный взгляд. — Можно мне переодеться?

— Переодевайся…

— Отвернись…

— Я уже видел тебя голой, Марина…

От этих слов мне становится не по себе… Я с грустью смотрю на него, и он тут же отворачивается от меня.

— Возьми с собой, что надо…

Я пролезаю в джинсы и встаю с кровати, подтягивая их. Затем снимаю верх пижамы и замираю, почувствовав его чёрные глаза на своей спине… Оборачиваюсь, встречаясь с ним взглядами снова… Обнимаю себя за плечи, потому что меня как волной окутывает.

— Анжей…

Он молчит… Рассматривая меня в темноте комнаты… Я буквально ощущаю, как от его взгляда, кожа покрывается мурашками.

И я полностью отворачиваюсь, моментально нырнув в его толстовку… Прямо на голое тело… Тёплая широкая ткань тут же облепляет кожу… И становится так хорошо…

— Что? — спрашиваю у него, достав рюкзак.

— Нравится тебе?

— Да, нравится… Она приятная очень…

Он смотрит так, словно хочет ещё что-то спросить, но больше из его уст ничего не вырывается…

— Я готова… — шепчу, достав из шкафа свои осенние прибранные в коробку кеды.

— Ок, иди за мной…

Мы подходим к окну, он залезает на подоконник, берём мой рюкзак и аккуратно скидывает его вниз.

— Я первый спрыгну, ты за мной… Я тебя поймаю, потом прикрою за нами. Не бойся только, тут не высоко…

— Ладно…

Он быстро и бесшумно перебирается на козырёк подвала, ждёт меня… Я лезу следом. А потом он спрыгивает вниз и вытягивает вверх руки… Обхватив меня за талию, его ладони скользят под мою кофту… Я чувствую их жар, когда падаю на него вниз… А потом он медленно опускает меня на землю.

— Умница… Я сейчас… — сам забирается на крышу, встаёт и тихонько прикрывает за нами окно, и вдруг откуда ни возьмись я слышу голос Антонины Фёдоровны.

— Вы кто такие?! Я сейчас полицию вызову!

Я тут же ершусь, сжавшись внизу. И не знаю куда себя деть, но и нельзя позволить ей разбудить мою маму…

— Антонина Фёдоровна, тише, это я!

Анжей подвисает, а она бегает глазами от меня до него, и обратно.

— Мариночка…? — удивленно спрашивает.

— Да… Антонина Фёдоровна, не говорите никому, ладно?

Она тут же улыбается какой-то доброй улыбкой, и отмахивается, исчезнув в окне и бросив на прощанье скупое и мудрое:

— Я ничего не видела…

Мне становится так стыдно… А потом он вновь спрыгивает ко мне.

— Всё… Готово, — отряхивает руки.

— Ты помогал ей двери открывать?

— Она чё уже спалила меня, что ли? Чё за пиздлявая бабка…

— Прекрати, блин! Она хорошая…

— М-м-м… Идём. Вон там тачка стоит… — он хватает меня за руку и ведёт по тёмной улице, а я еле поспеваю за ним…

— Ты такой грубый всегда! — вырываю свою руку уже возле машины.

— Разве всегда? Садись… — он открывает дверь и швыряет назад мой рюкзак. В машине прохладно, и как только я туда сажусь, я сразу посильнее закутываюсь в его кофту. Даже ворот подтягиваю к носу… И нюхаю, конечно же… Не переставая.

Он садится за руль… Смотрит на меня.

— Учти, что потом спрыгнуть я тебе уже не позволю… — бросает излишне нервно.

— О чём это ты?

— Обо всём… Я правду сказал. Ты моя теперь. Не получится метаться. Поняла меня?

Я хмурюсь, поймав его сердитые своими, и киваю… Хотя так и не понимаю до конца что значили его очередные угрозы… И угрозы ли это были… Ведь он почти всегда ведёт себя как дикарь. «Ты моя теперь»… Это что-то прекрасное или обещание превратить мою жизнь в Ад?

Анжей заводит двигатель, и мы едем куда-то… Я чувствую, как по мере развития скорости моё сердце тоже ускоряется… Я впервые ночью вот так сбегаю. Это тоже очень волнительно, если честно… Будоражит.

Огни города мельтешат перед глазами, потому что он очень быстро едет… Я даже дышать перестаю в некоторые мгновения. Тогда днём мне не казалось, что он лихачит…

— Ты можешь помедленнее?

— Дороги пустые… Расслабься. Я отлично контролирую ситуацию…

— Ладно…

Музыка играет, мы несёмся… И что-то внутри меня заставляет вцепиться в его локоть пальцами. Он это чувствует… И почти сразу же сбавляет обороты, замедлив скорость…

— Трусишка… — усмехается, заворачивая куда-то во двор. Я даже не заметила куда именно мы ехали. Он так быстро управлял машиной…

А сейчас мы оказываемся в каком-то очень красивом дворе, где повсюду стоят элитные высотки…

— А где мы… — осматриваюсь я по сторонам.

— Домой приехали…

— Но… Это же не твой дом… — хмурюсь я, глядя на него, а он уже выходит из машины… И мне ничего не остаётся, как выйти следом за ним…