Плохой мальчик

Глава 61

Марина Чемезова

Я сижу в аудитории, сжимая в руках телефон Анжея… Экран светится, но никаких сообщений больше нет. Ни от юриста, ни от кого-либо ещё. Каждая секунда тянется как час. В голове крутятся страшные картины… Я боюсь за него. Я так сильно за него боюсь…

Преподаватель что-то бубнит у доски, студенты делают вид, что слушают, но я чувствую на себе взгляды. Шепотки за спиной, переглядывания, чьи-то смешки. Всё это раздражает, давит, душит. И мне кажется, что все реально смотрят только на меня с осуждением. С каким-то остервенением… Они меня ненавидят? Быть может… правда я до сих пор не понимаю за что. За то, что он меня заметил? Потому что выделил для себя? Этой какой-то бред… Я уже не могу здесь находиться.

Наконец начинается перерыв, и я не выдерживаю. Встаю и, избегая взглядов Ани и Оли, почти выбегаю из аудитории. Потому что не хочу это обсуждать… И так внутри больно. Нестерпимо… Когда же этот ад закончится?! Когда все оставят нас с ним в покое?!

В коридоре гул голосов отдаётся в висках эхом. Иду в сторону женского туалета — единственное место, где можно хоть на минуту остаться одной…

Захожу, запираюсь в кабинке...

Телефон молчит.

«Ну же, — мысленно умоляю я. — Ответь. Хоть что-нибудь…».

Слышу, как дверь туалета открывается. Раздаются шаги и знакомые, противные противные. Один хуже другого. Арефьева и её свита… Будь они не ладны…

— Ну что, Чернова теперь точно посадят, — громко говорит Арефьева, подходя к зеркалу. — Надолго. Может, навсегда…

Нарочно ведь это делает. Видимо, знает, что я здесь… Сука.

Её подружки хихикают.

— А где же наша Марина… Чемезова — Чемезова… Ко мне…

Я стискиваю челюсть. Так хочется разбить ей лицо после всего. И это я ещё не стала рассказывать Анжею про то, что это она всё придумала с тем изнасилованием…

— Где твои защитницы? — продолжает она. — Спрятались? Или тоже боятся, что и их за компанию заберут?

Я сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Дышу глубоко, считаю до десяти. «Не поддавайся. Не реагируй. Просто выйди и уйди».

Но когда она добавляет:

— А ты, Марина, теперь одна. Без своего крутого парня. Кто тебя теперь защитит? Или ты там планируешь сидеть до конца пар?

…что-то внутри щёлкает. Почти как взрывной механизм срабатывает. Я больше не стану это терпеть…

Резко открываю дверцу кабинки, выхожу.

— Замолчи, — говорю тихо, но так, чтобы она услышала.

Арефьева поворачивается, удивлённо вскидывает брови.

— Ой, смотри-ка, заговорила. Что, без Анжея смелости набралась?

Она делает шаг ко мне, её подруги окружают с боков.

— Я сказала — заткнись, — повторяю я, и в этот раз мой голос звучит твёрже.

Она толкает меня в плечо.

— Что ты сделаешь? Плакать побежишь?

И тут я срываюсь.

Первый удар, как молния, вылетает из меня резко и неожиданно. Прямо в нос. Она отшатывается, вскрикивает. Я не даю ей опомниться, второй раз бью насколько хватает сил в живот, третий — по плечу. Подружки кричат, пытаются схватить меня за руки, но я ловлю момент, резко разворачиваюсь и толкаю одну из них в раковину. Они моментально в ужасе таращатся на меня и боятся подходить.

— Отстаньте! — кричу я. — Оставьте меня в покое!

Кто-то пытается схватить меня сзади, но я вырываюсь, бью локтем назад — попадаю во что-то твёрдое. Слышу сдавленный вздох. Мотаю руками туда-сюда, прекрасно понимая, что если остановлюсь, они меня тут запинают всей толпой. Лишь поэтому я не останавливаюсь и нападаю дальше.

— Ненормальная, Чемезова! Помогите! — вопит Арефьева. — Она меня бьёт!

— Сама начала! — огрызаюсь я.

Вокруг уже толпа. Кто-то кричит мне «Хватит!», кто-то подбадривает, кто-то снимает на телефон — дикари, блин. Но мне всё равно. Я хватаю сумку, которая упала на пол, подбираю рассыпавшиеся вещи — блокнот, ручку, гигиеническую помаду, телефон…

Опускаю взгляд на экран.

Сердце падает в пятки.

Экран телефона Анжея треснут. Видимо, упал и разбился во время драки.

Внутри всё холодеет. Теперь я не смогу даже позвонить ему. Не смогу узнать, что происходит. Вот ведь сука Арефьева. Я её ненавижу…

— Тупая дура, если ещё раз подойдёшь ко мне, останешься без глаз, я обещаю! — выпаливаю на прощанье.

Выбегаю из туалета, проталкиваюсь сквозь толпу. Кто-то хватает меня за рукав, но я вырываюсь, не обращая внимания. Бегу по коридору, вниз по лестнице, через вестибюль — на улицу.

Воздух холодный и резкий заставляет меня съежиться на ходу. Я глотаю его, пытаясь отдышаться. Руки дрожат. Осматриваю разбитый телефон — бесполезно. Экран чёрный, трещины паутиной, и не включается.

Куда идти?

Только домой… Единственный верный вариант. Если он куда-то придёт, то только ко мне…

Быстрым шагом направляюсь к остановке, ловлю маршрутку. Еду, уставившись в окно… До сих пор трясёт всю. Руки как не мои… А костяшки покрасневшие… И я горжусь собой, что наконец постояла за себя. Горжусь, что именно он меня этому научил. Даже если не прямо, но как-то внутренне. Будто стоял со мной рядом в это самое мгновение. Будто бил моими руками…

Поднимаюсь на свой этаж, копаюсь в сумке, достаю ключи…

И вдруг вижу, что дверь в квартиру приоткрыта… Мама точно не может быть дома, у неё работа… Да и дверь она бы оставлять вот так точно не стала…

Замираю. Сердце тут же пропускает удар.

Не могу ни пошевелиться, ни закричать…

Ничего из этого, а по телу пробегает липкая дрожь…