Последняя из древнего рода 2. Тень забытых клятв

Глава 47

Благодаря заботе, которой я была окружена, силы я восстанавливала довольно быстро… Хотя, конечно, немалую роль в процессе моего возвращения в мир живых сыграли зелья, которыми меня без остановки потчевал дедушка Дарт. Иногда я чувствовала себя флакончиком, внутри которого плещутся исключительно зелья.

Силы возвращались, и спустя три дня мне сделали послабление – разрешили вставать с кровати. Удивительно, но даже у Лиары проснулись родственные чувства, и она довольно часто приходила ко мне, читала вслух какие-то слезливые баллады, под которые меня неизменно тянуло в сон. Виртэн и Дарт были счастливы, а я начинала злиться, потому что в Жемчужном просто-таки кипела жизнь и всё мимо меня проходило!

А ведь это я дала всему толчок. Это с моей лёгкой руки сейчас госпожа Шарн за голову хваталась и не знала, в какие закрома запасы запихнуть!

Как только мне разрешили подниматься с кровати, я первым делом к лесу потопала… Ну, это я, конечно, преувеличила… скорее, поползла. Мне надо было с Вайлдвуртом поговорить, нужен был его мудрый совет. Пусть я никому и не говорила, но я несла ответственность за гибель воинов Тшерийского, за смерть лорда Виара и древогорцев. Это по моей вине они оказались в той пещере, и по моей вине ушли за грань.

Виртэн поддерживал меня при каждом шаге, чуть прихрамывая, потому что он игнорировал лечение и получил за это от меня отповедь, но ему это даже нравилось, и он улыбался при каждом взгляде на меня. Когда я озвучила ему свои мысли, то не нашла у него понимания: тот, кто всю жизнь ходил по тонкой грани, кто встречал смерть слишком часто, считал, что погибнуть в бою – это достойный конец жизни любого воина, логичный.

Дарту говорить о терзающем меня чувстве вины я вовсе не стала: он только притих со своим настойчивым желанием яда кому-нибудь подлить… решила не провоцировать лишний раз. У лордов Эйшар и Дравурда тоже понимания не стала искать: эти и первоначально добротой и всепрощением не страдали… одна я такая была.

Вайлдвурт ждал меня на границе своих владений – всё такой же мощный и несокрушимый: та же корона, тот же плащ, тот же мудрый и понимающий взгляд.

– Юная Гэррош, ты была слишком близко к грани, – осуждающе качнул он головой, устраивая небольшой листопад. – А сейчас ты ходишь по краю себя. Я знаю, что тревожит тебя, о чём плачет твоё сердце…

Посмотрев на меня пару секунд, он повёл рукой, и земля перед нами вздыбилась, образуя приглашающие травянистые кресла. С неимоверным облегчением я опустилась на одно из них. Виртэн расположился около меня на земле, словно верный рыцарь, касаясь плечом моей ноги.

– Я виню себя, – выпалила я без подготовки, потому что Вайлдвурту и так были известны мои самые сокровенные мысли. – Столько смертей, уважаемый Вайлдвурт. Вы же Хранитель Жизни, вы должны меня понять. Пока мы усиливали темницу, пока запечатывали дархинов, наши воины… я не смогла уберечь их, у меня не хватило ни сил, ни времени.

– Жизнь и смерть всегда идут рука об руку, – тихо сказал Вайлдвурт, и в глубине его глаз отблески вечного пламени вспыхнули. – Всех спасти невозможно, глава рода Гэррош. Эти храбрые воины погибли, чтобы другие могли жить. Удел мужчин – защищать слабых и хранить мир, это их право, это их предназначение. Их подвигу всегда будет место в наших сердцах и в нашей памяти. Ты ещё слишком юна, дитя древнего рода, и первозданная сила жизни всё сильнее будет петь в твоей крови. Но даже ты не можешь всех спасти. Даже дерево не в силах удержать на своих ветвях каждый лист, но на их смену придут новые…

Я прекрасно понимала, о чём он говорит, но это надо было не только понять, но и принять сердцем и душой.

– Ты победила там, где иные потерпели бы поражение. Ты сильнее многих отважных воинов, и эта сила в твоём сердце и в твоих мыслях. Храни этот свет, но научись принимать и другую сторону жизни… Чувство вины – это как мокрая земля: если ты будешь копаться в ней бесконечно, то не сможешь ничего посадить. Не сможешь дать прорасти новому саду прекрасных цветов.

– Благодарю вас за мудрость, Хранитель Жизни, – разговор с Вайлдвуртом мне действительно помог. – А ещё я бы хотела обсудить некоторые моменты выращивания трав и ягод для древогорцев…

– Род Гэррош определённо заслужил милость Богов, – хмыкнул Вайлдвурт, и на его бороде сразу три цветочка проклюнулись… светло-жёлтых с оранжевыми прожилками. Скосив удивлённый взгляд на свою самостоятельную растительность, Хозяин Леса расцвёл в улыбке, один в один, как цветочки на его бороде. – Три новых ростка ты подаришь этому миру. Один пустит корни на родной земле, второй станет главой рода защитников жизни, а третья выберет свой путь. Готовься к свадьбе, юная Гэррош, даже самое крепкое дерево нуждается в корнях и желудях. А после придёт время и для разговора о делах.

Посчитав разговор законченным, Вайлдвурт величественно поднялся, нежно пригладил своей могучей рукой хрупкие цветочки на бороде и растворился тенью в своих владениях, приветствующих его шелестом листьев.

– Трое наследников, значит, да? – посмотрел на меня сияющим взглядом Виртэн.

– Точнее, двое наследников и одна наследница, а ещё точнее, три желудя… – рассмеялась я, отвечая своему избраннику таким же сияющим взглядом.

Вайлдвурт прав: с принесением брачных клятв надо поторопиться. Три наследника, как-никак… К этому вопросу надо со всей серьёзностью отнестись. А ещё у Вайлдвурта просто прекрасно получилось сменить направление моих мыслей.

– Раз нас уже торопит сам Хозяин Леса, то стоит заняться подготовкой к обряду принесения брачных клятв, – решила я, а Виртэн помог мне подняться, тут же заключил в объятия и зарылся лицом в мои волосы.

– Меня до сих пор преследует страх, Лия… страх тебя потерять, – глухо прошептал он. – Он сильнее меня. Я не смог защитить тебя, родная, не смог. Несмотря на все свои умения и силу, несмотря на все навыки и опыт, я не смог уберечь тебя.

– Виртэн, в этом нет твоей вины…

– Как и твоей в том, что воины выполнили свой долг. Они навсегда останутся в нашей памяти, но…

– Я всё поняла, – я чуть отстранилась и приложила палец к его губам, чтобы тут же почувствовать поцелуй на них. – У нас много дел.

– Леди Аэрита начала подготовку к нашей свадьбе в тот день, когда мы в Хрустальные отправились, – ошарашил меня новостью Виртэн. Заметив, как вытянулось моё лицо, он поспешил добавить: – Если ты считаешь её вмешательство неуместным…

– Леди Аэрита готовит наше свадебное торжество? – я не злилась, я просто очень сильно удивилась. Зато теперь мне становилась понятна суета слуг и то, что леди Аэрита целый заговор устроила у нас под носом. Я даже не удивлюсь, если она в этот процесс всех присутствующих в Жемчужном лордов и древогорцев втянула… Эйшар такие – они могут.

– Просто от подготовки к своему собственному торжеству её нагло отстранил лорд Родерик и принцесса Шеридара, – лучезарно улыбнулся Виртэн. – Предполагаю, она теперь навёрстывает упущенное. Честно говоря, я совершенно не в курсе, что там и как.

Конечно, чего бы это ему быть в курсе, если он от меня ни на шаг не отходит.

– Знаешь, не будем им мешать, – я лукаво улыбнулась. – Когда все при деле – это очень хорошо. Ты не против, если мы твоих учеников ещё раз на ярмарку с моими людьми отправим? Подозреваю, что большая часть запасов уйдёт на нашу свадьбу, а ещё надо подсчитать, что нужно твоим школам с учётом увеличения количества учеников. Древогорцы не хлебом единым живы.

– Люблю тебя, родная, как же сильно я люблю тебя! – вновь засиял улыбкой Виртэн.

Вмешиваться в дела леди Эйшар я не планировала ещё по одной причине: я совершенно не знала, как здесь проходят свадьбы. Знала, что приносят клятвы, что делается запись в книгу рода, а кто должен засвидетельствовать эти клятвы? Или не должен? Поэтому решила оставить этот сложный и выматывающий процесс в более опытных руках.

Больше всех досталось господину Оларту. Теперь в подвалах Жемчужного было достаточно золота, чтобы купить всё необходимое, и мы снова начали составлять бесчисленные списки, к которым отдельной статьёй шло необходимое для постройки причалов. Тут взвыл уже лорд Рагош, который мало что понимал в этом, но был мной назначен на почётную должность куратора стройки.

Леди Эйшар сочувствующе похлопала по плечу бывшего главаря разбойников, у которого на лице отчётливо читалось, что лучше бы он и вовсе свой нос не совал в Жемчужный, жилось бы спокойнее, и отправила его к своему супругу, который рабочую силу обещал. Лицо лорда Рагоша стало ещё несчастнее: лорда Тшерийского сторонились практически все, кроме госпожи Шарн, отважной управляющей было глубоко плевать на все титулы.

Через пару дней я и вовсе по своим владениям порхала… правда, к воротам меня не подпускали. Там, судя по шуму и стуку молотков, что-то грандиозное затевалось. Поэтому главе рода Гэррош, то есть мне, приходилось пользоваться проходом в разрушенной стене, которая возле Жемчужинки была. Порталами пользоваться мне ещё запрещали, зато лесная тропа открывалась буквально с одной искры – лес меня полностью признал.

Со старостой Браем мы перегнали телеги в Лесную и проверили, как там идёт восстановление складов и мастерских. Дело спорилось, и в течение месяца должны были закончить. Весть о том, что я почти в чертогах Тартаса побывала, облетела всё баронство, и сейчас каждый считал своим долгом лично выразить радость, что я жива-здорова. В Лесной пришлось задержаться на сутки, как и в Залесье…

Дни летели с неимоверной скоростью, но наведаться в Источник родовой силы Гэррош я всё-таки смогла. Чувствовала, что надо. Вниз я спустилась без всяких приключений и очередных испытаний. Снаружи ничего не поменялось: всё та же светлая дверь, всё тот же изящный резной мотив, который приветственно дрогнул, едва его изумрудная сила Гэррош напитала… значит, и в первый раз не показалось.

Зато внутри перемены были разительные. Сердце земель Гэррош выглядело просто шикарно: прозрачно-изумрудный, сияющий, вспыхнувший радостью при моём появлении, таким меня встретил Источник. И пусть его уровень оставался прежним, не увеличившись ни на миллиметр, но он был чист, а объём наполнится со временем – в этом я была уверена.

Заодно захватила световой артефакт в виде зайчика, как-никак, нам Вайлдвурт троих детей предсказал, так что пригодится. И зелья для лорда Дарвурда тоже не забыла, давно надо было их отдать.

– Это то, что я думаю? – руки у второго наследника Поднебесной чуть дрогнули, когда я передавала ему флакончики.

Лорда Дарвурда я нашла на тренировочном поле, где они с лордом Фраем новичков без пощады гоняли.

– Да, это то зелье, за которым вы и пришли в Жемчужный. Оно усилено америумом, – улыбнулась я красноволосому дракону. – Надеюсь, оно поможет вашей сестре. А в других флакончиках зелье, о котором вы с дедушкой Дартом договаривались…

– Боги! Леди Эллия! Моя благодарность не знает границ, – прочувственно заявил Кристиан. – Вам всё же стоило поберечь себя, а не сразу за изготовление зелий браться. Я мог бы и подождать.

– Слушай, чешуйчатый, я всё больше убеждаюсь, что из родного дома тебя всё-таки турнули, – в своей манере сказал лорд Эйшар, точнее, он как раз в этот момент появился не пойми откуда, и сразу издеваться начал. – Что за навязчивое желание в Теорсии обосноваться? Сперва тебя из Искристого еле выпроводили, теперь ты в Жемчужном решил корни пустить! И опять это: «Моя благодарность не знает границ!» Ты так пытаешься сказать, что сундуки с монетами сил не хватит дотащить, или леди Гэррош с тебя плату за зелье придётся вместе с чешуёй сдирать?

– Помощь лорда Дарвурда бесценна, лорд Эйшар! А уж про его дружбу я и вовсе промолчу, – с достоинством парировала я беспокойному представителю рода Эйшар.

– Помощь, может, и бесценна, а вот ингредиенты для зелий – нет, – с непередаваемо насмешливой улыбкой возразил Эйшар. – Ваш Дарт вам не простит, если просто так зелья отдадите, тем более с легендарным америумом!

Это правда. Дедушка Дарт такой – долго припоминать мне этот широкий жест будет…

– Думаю, двести золотых будет вполне уместной ценой, – отважилась я всё же озвучить цену.

– Я удвою эту цену, леди Эллия, не сомневайтесь, – Дарвурд бросил гневный взгляд в сторону всё так же ухмыляющегося лорда Эйшара.

– Да хоть до тысячи округли, ты же всё равно с золотом с трудом расстаёшься!

– Прошу прощения, леди Аэрита ждёт меня в швейной мастерской. Завтра свадьба, а я только платье увижу… – поспешила я покинуть благородных лордов, одного из которых хлебом не корми, а дай только поспорить.

– Точно! Дарвурд, а ну-ка, давай в свой величественно-чешуйчатый образ перекидывайся, нам же Виртэн пирушку обещал! – мгновенно забыл о денежно-товарных отношениях лорд Эйшар.

– Я не потащу на себе Ария! Он мне хребет переломает! – сорвался на возмущённое шипение дракон императорского рода.

– Ваше Высочество, да вы слабак! – парировал лорд Эйшар, довольно скрестив руки на груди.

– Я вам лесную тропу к границе Виртэна открою, а там уже порталом перенесётесь, – вздохнула я.

Боги, как же я сочувствую будущей избраннице лорда Эйшар…

– Леди Эллия! Вы мне всё веселье испортили! – бросил обиженный взгляд в мою сторону Родерик.

Сдержав желание показать язык, я всего лишь издевательски подмигнула и поспешила в Жемчужный, меня там действительно ждали. А ещё я безумно скучала по Виртэну, который три дня назад вернулся в свой замок.

Просто древогорцы не дождались нас и сами решили в Жемчужный пожаловать: себя показать, мир посмотреть да новости узнать. Уважаемый Шаур Запасливый с господином Олартом уже второй день в кабинете сидели. Молодых представителей Зеленоскала Виртэн с собой забрал, а вот ещё десяток древогорцев мы в Лесную отправили – там работы много было.