В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 19 Уроки Хагрида

Тимур ушёл на работу.

А прячусь в ванной, забившись в угол...

Делаю вдох, считая до четырёх, задерживаю дыхание на семь счётов и выдыхаю, считая до восьми...

Раз. Два. Три...

Затем снова.

Пытаюсь думать только об этих цифрах, а не о том, что каждый нерв превращается в иголку и больно протыкает сердце.

И оно бешено бьется, бьется, бьется...

Вдох.

Раз. Два. Три.

Волнение по майору неожиданно вывело из равновесия нервную систему и трансформировалось в паническую атаку.

Уже вторую за это утро.

Вдох.

Задержка дыхания.

Длинный выдох...

Кажется, постепенно проходит.

И, поднявшись на ноги, я долго брызгаю в лицо холодную воду.

А после – на ватных ногах иду в кухню и завариваю себе травяной чай, который принесла с собой из дома.

Ненавижу это пограничное состояние после...

Словно ты не можешь очнуться от крепкого сна.

Открываю форточку, чтобы подышать свежим воздухом.

Потихоньку отпускает...

И я позволяю себе немного расклеиться, безжизненно утыкаясь лицом в стол, пока Лиса наверху.

Когда более–менее прихожу в себя, беру в руки телефон.

До того, как начались приступы, я спрашивала Тимура о том, можем ли мы поехать к Балу.

Читаю его ответ...

И через минуту уже бегу по лестнице.

– Лисичка! – залетаю в детскую.

– А?

Малышка сидит на полу у батареи вместе с Полковником.

Спряталась под тюлем и рисует что–то в своем альбоме.

– Хочешь познакомиться с Балу?

– С Баву?! – шокировано прикладывает ладонь к груди.

Улыбаюсь.

Мне кажется, она перенимает мои жесты.

– Котовый мишка?!

– Ну почти. Вообще–то он пёс. Но огромный! – распахиваю глаза. – Почти как медведь.

– Но он тоже из Афийки, мам? – спрашивает деловито.

Подойдя к ней, поправляю два её забавных хвостика.

У неё с ними такой шкодный вид...

– Не–а. Из Италии.

– Ой. Хочу! – подскакивает на ноги. – А он сам к нам пвишев?

– Нет. Мы к нему поедем.

Байсаров разрешил нам с Лисой проведать старичка.

Но с условиями...

Первое – мы едем на такси.

Второе – такси вызывает он, чтобы следить за нашим передвижением.

Третье – отсутствовать дома мы можем не больше трех часов.

Такие вот правила!

Собрав Лисичку, пишу ему и, через десять минут, мы уже садимся в авто.

Держа малышку за руку, задумчиво смотрю в окно, любуюсь тем, как порхает снег.

Медитирую на него, пытаясь ни о чем больше не думать, но не получается.

В груди всё никак не унимается мандраж.

Панические атаки случаются у меня довольно часто, и обычно я пью назначенные врачом препараты, чтобы гасить их в зародыше.

Но, увы, нынешняя дозировка уже плохо помогает.

Как там?...

"У красивых девушек недостатков нет, только спецэффекты", да?

Мой "спецэффект" сильно портит жизнь.

В том числе, в плане отношений...

"Мужчины тебя любят, только когда ты здорова и удобна" – так говорит мама.

Но мне кажется, это не только про мужчин.

Это вообще про всех!

Поэтому, я пичкаю себя таблетками, чтобы быть "здоровой" для окружающих.

Не хочу, чтобы кто–то увидел мой приступ.

Я в это время ужасно жалкая....

А мужчины...

Они вообще не понимают всех нюансов психологических проблем.

У тебя повышенная тревожность?

"Просто не переживай".

Ты стала плаксивой?

"Истеричка".

Депрессия?

"Черт, ну возьми себя в руки, в конце–то концов!"

Как будто всё это так просто...

И, если в конфетно–букетный период они ещё делают вид, что поддерживают тебя, то потом...

Потом ты их раздражаешь своими проблемами.

У меня так уже было.

И я не хочу снова разочаровываться, глядя на свои проблемы через призму чужих глаз!

Не могу...

Моему сердцу нужен покой, оно болеет и у него "постельный режим"!

Поэтому – никаких отношений!

Лучше просто дружить и не развивать эту тему дальше.

Такси останавливается, подъезжая к школе, и мы выходим из машины.

– Ой. А я ему точно понвав–юсь, мам? – спрашивает Лиса.

С волнением поправив шапку, цепляется за мою руку.

Недовольно щурит нос от летящих в лицо снежинок.

– Уверена, он будет в восторге!

Веду её на задний двор, уже издалека слыша бренчанье цепи.

Он нас ждёт...

Завернув за поворот, останавливаюсь, встречаясь взглядом с умными, янтарными глазами.

– Привет, дружище – улыбаюсь я.

И замечаю, как Лиса отходит бочком, прячась за моими ногами.

– Ого! Какой огвомный!

Да...

Балу у нас – великан даже среди собак своей породы.

– А он не кусается, мам?

– Нет, малыш. Он очень добрый.

Хотя...

Мама считает, что к собакам такая характеристика неприменима...

Что ж.

Если говорить её языком, Балу – социализированный пёс с устойчивой психикой, который, по наблюдениям, всегда очень дружелюбен к детям.

Он научен понимать свою силу и габариты, а также умеет анализировать оппонента.

Этот навык отточен до совершенства.

– Красивый, да?

– Ну дя...

Смотрю на Балу.

Расслабленно виляет опущенным хвостом. Взгляд мягкий, явно расположенный.

– Мам, а как с ним познакомиться, чтобы он захотев со мной двужить?

Вообще, он уже хочет.

И заинтересовано склоняет голову в бок, ожидая, когда к нему подойдут...

Но предисловие нам всё равно не помешает.

– Скажи ему ласковым голосом что–нибудь приятное. Он всё понимает.

– Пвиятное? – растерянно.

– Ага...

Молчит какое–то время, размышляя.

– Ой. Я знаю! Знаю!

– Давай...

– Это что за квасота такая?! – выглядывает из–за моей ноги. – Ваше ве–и–ко–ве–пие пвосто свепить гваза! – пародирует интонации майора.

– Отлично! – смеюсь я.

Смотрю на Балу.

Словно делая одолжение, лениво опускается, демонстрируя животик.

Поднимает лапы...

– Он разрешает себя погладить – перевожу я.

Чувствую себя Хагридом, который привел ученика знакомиться с диковиной зверюшкой.

И Лисичка справляется на отлично!

Через пару минут она уже вовсю гладит Балу, приговаривая, какой он замечательный пёсик.

Сначала аккуратно, едва касаясь пальцами.

Но постепенно – смелеет.

– А давай немного с ним прогуляемся? – предлагаю я.

– Давай! – счастливо улыбается. – Баву, ты же хочешь погувять? Да?

Киваем ему с умным видом.

Делает вид, что слушает.

– Мам, он сказав, что да! – поворачивается ко мне.

– Вот и хорошо...

Отстегнув его от цепи, надеваю поводок...

Из–за высоких нагрузок в молодости, у Балу риск артрита.

Но шанс ещё есть!

Наш ветеринар говорит, что, при выполнении всех условий, мы сможем этого избежать.

Балу нужен особый корм с большим количеством омега–три, регулярные курсы хондропротекторов и своевременный осмотр.

А ещё – нужно двигаться!

Нагрузки должны быть частыми, но небольшими.

И, если все необходимое я могу ему купить, то с последним у нас проблема.

Увы...

Цепь движения не подразумевает.

А Балу нужен хотя бы самовольный выгул по территории.

Раньше ведь так и было!

Все сотрудники его знают, клиенты с другими собаками работают в специально огражденной территории и это – абсолютно безопасно.

Но нет...

Мама запрещает.

Он ведь сейчас "недекоративный"...

Неудобный!

И, если меня от подобной напасти спасают таблетки, то Балу, увы, уже ничего не спасает.

Прогулявшись, заводим его в помещение школы.

Хотя...

Ему теперь и это строго запрещено, но мамы здесь нет.

Она сегодня в соседнем городе.

Там запланирован кинологический конкурс и её попросили принять участие в составе жюри.

Поэтому мы с Балу позволяем себе некоторые вольности...

– Ховоший пёсик...– суетится вокруг него Лиса. – Мой зайчик... Ты мой совнышка!

Прижимается к нему щекой, гладит.

– Подружилась?

– Мхм…

Улыбается в ответ так широко, что даже глаз не видно!

Ставлю рядом с Балу обогреватель.

Помимо всех прочих рекомендаций, его дряхлым суставам очень нужно тепло!

И это сейчас – тоже огромная проблема.

Пока Лиса дурачится с ним, делаю несколько милых фото, чтобы разместить их в городских и волонтерских группах.

Может, кто–нибудь заберет его в хорошие условия и подарит дом?

Прикусываю до боли губу.

Это как вынужденное предательство!

И мне до ужаса тошно, что я сама не могу дать своему другу все необходимое.

Но если это и правда поможет спасти ему жизнь?

Псы с артритом в таких условиях долго не живут.

Они мучаются от боли...

И нам нужно эту боль предотвратить!

Пишу к посту рекомендации, указывая, что ему нужно тепло и легкие физические нагрузки.

Желательно – ещё и массаж.

Делаю пометку, что буду оплачивать нужный корм, лекарства и ветеринара.

Главное – дом!

– Мам! А давай его себе забевем! – оборачивается ко мне Лиса. – Он сказав, что он хочет. Пообещав двужить с дед Васей.

Улыбаюсь ей, чувствуя, как закрадывается в сердце надежда.

А ведь и правда, можно спросить об этом у Тимура.

Мало ли?

Вдруг согласится?

"Тимур Алексеевич, а вам, случайно, не нужен пёсик?" – пишу ему смс.

Но надежда моя моментально гасится.

"Даже не вздумайте" – прилетает в ту же минуту.

"Ну почему?!" – ставлю жалобный смайл.

"В моем доме – никаких животных. Это не обсуждается".

Увы....

Погасив экран, обнимаю Балу за шею...

– Мы обязательно что–нибудь придумаем... Слышишь?

Даю себе несколько минут, чтобы погрустить о нашей тяжкой доле и поднимаюсь на ноги.

Так...

– А теперь у нас массаж!