В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 4 Контрабанда

Тимур

– Товарищ майор, рада, что вы зашли...

Элина грациозно, словно кошка, поднимается с места и подходит ко мне. Протянув руку, с щелчком запирает дверь.

– Привет – оглядываю её тяжелым взглядом.

Элина – криминалист, я – следователь из отдела по тяжким.

Пересекаемся мы с ней достаточно часто, но не всегда – только по работе.

У нас сугубо деловые секс–отношения.

Качественно потрахались, сняли стресс, а потом – снова трудимся на благо общества!

И никаких намеков на отношения, что устраивает нас обоих.

– Я по делу.

– А что мешает совместить? – вскидывает с вызовом бровь.

Элина – красивая женщина.

Даже нет, не так...

Она – охуенно красивая женщина.

И любой мужчина, на моем месте, потерял бы от неё голову.

Но мне голову терять нельзя.

У меня Лиса!

А безголовые отцы, которые вечно вьются за юбками и забывают про своих детей – не моя история.

Я таких уже навидался по работе и пополнять их ряды не собираюсь.

– Элин, не сегодня – отмахиваюсь и перехожу на рабочий тон. – Сегодня жду отчет по Воропаеву.

Но Элина на рабочий тон не переходит.

– Снова проблемы с дочерью? – спрашивает сочувственно.

– Нет у меня проблем с дочерью! – моментально взрываюсь я. – У меня проблемы с наличием няни. С дочерью проблем нет!

– Хорошо–хорошо... – поднимает руки в успокаивающем месте. – Конечно. Как скажешь. Проблемы с няней.

Выдыхаю.

И ловлю себя на том, что её успокаивающий тон злит меня ещё больше.

Всё–таки, когда тебе не до секса, любовница – это, скорее, раздражающий элемент.

Ладно...

К черту всё это.

– Воропаева до пяти часов, будь так добра – иду к выходу.

– Сделаю.

Прикрыв дверь, собираюсь зайти к операм.

Но, стоит мне только сделать пару шагов, как на меня тут же налетает молодой сержант.

– Майор, там ваш ребёнок...

– Что?

– Дежурного укусила…

– Чего?!

Тут же срываюсь с места.

– И это… К операм залезла, яблоко украла. Скрылась в кабинете, дверь заперла. На просьбы сдаться не реагирует.

Чувствую, как начинает дергаться глаз.

Пять минут!

Прошло всего только пять минут…

И, как только я вылетаю к дежурке, дверь моего кабинета медленно открывается.

Звезда моя уверенно выходит в коридор.

В одной руке у неё яблоко, в другой – нечто похожее на шаурму, а на голове, завершая образ, – целлофановый пакет.

И в таком вот виде она гордо вышагивает мимо дежурного, даже не пытаясь скрыть свое преступление.

– Э! Лиса! – зову обалдело. – Это что ещё за контрабанда?!

Оборачивается.

– А ты меня не видишь – заявляет гордо. – И–ся в шапке–невидимке!

И, маленькими шажками, важно топает дальше с видом шпиона, который абсолютно уверен, что он не спалился.

– Невидимка, значит?

– Дя... – с достоинством.

Сжимаю пальцами переносицу, чувствуя, как раскалывается от пульсации голова.

– Если пакет прозрачный, это не значит, что ты – тоже – пытаюсь говорить спокойно.

– Значит!

– Да ну?! – охренев, выразительно смотрю ей прямо в глаза. – Тогда сломалась твоя шапка. Всё видно!

Испуганно моргнув, дочь переводит взгляд на дежурного.

Понимает, что он тоже смотрит в её сторону...

Глаза её испуганно округляются.

– О–ой – пищит растерянно.

И, повернувшись, тут же быстро–быстро ускоряется, улепетывая от нас, как маленький гномик.

Из шаурмы что–то вываливается на пол…

– Эй, а ну стоп! – срываюсь с места – Стоять, сказал! Лиса! Не подходи туда!

Хватаю её за капюшон.

И торможу прямо у решетки, тут же натыкаясь взглядом на рыжую девчонку, которую привели сюда недавно.

Та резко дергается, пряча детский сок за спину...

– Ховоший чевовек! Нашва! – торжественно объявляет дочь.

Быстренько кладет через решетку шаурму, оставляет рядом яблоко...

У неё даже руки начинают трястись от волнения.

И это – очень нехорошо...

Это хреново, майор!

– Лиса, а ну быстро... – тяну её за руку.

Шикает на меня, вырываясь.

– Пу–а, ну ты че?! Ну не вугайся! А то она подумает, что мы звые... – отчитывает меня шепотом.

И снова подбегает к решетке.

Во все глаза, преданно смотрит на растерянную рыжую.

– Ты не бойся, мам! Он бовьшой, но не звой! Иса тоже не звая. Совсем! Даже в садике все мамы деток гово–ят, что хотят Ису себе забвать, такая она ховошая девочка...

Краснеет безбожно...

Врушка.

– Лиса, а ну–ка пойдем отсюда! – беру её за пуховик.

Но дочка хмурится, цепляясь ладонями за решетку.

Повисает на ней, как мартышка.

– Неть! Не уйду. Достань новую маму! Пауковник отдау пиказ!

– Дочь...

– Отставить! Пожавуста отьставить... – выставляет вперед своего Полковника.

Прямо как крест против нечисти, ага...

Дожил.

– Лиса–а... – повторяю уже с нажимом. – Это не шутки, в конце–то концов!

– Пауковники не шутят, ма–ёу! – топнув ножкой, вдруг начинает плакать.

Твою ж мать...

Ну и как теперь объяснить ребёнку, что мам так не выбирают?!

Есть варианты?

А, майор?

Потому что у нас тут, кажется, намечается лютый звездец...

Вздохнув, просто поднимаю её на руки, силой отцепляя от решетки.

Уже не сопротивляется…

Только горестно ревёт теперь у меня на руках, понимая, что маму таким образом заполучить всё–таки не получится.

Глажу её по голове.

Шепчу какую–то успокаивающую, чертову хрень, которая никогда, сука, не помогает!

И ревёт она от этого ещё громче...

– Это потому, что Иса ствашная двя такой мамы, дя?! – смотрит мне в глаза.

И во взгляде прямо вселенская обида!

– Нет!

– Ствашная... – со всхлипом утыкается носом мне в шею – Монств!

Ну все...

Хреновый ты отец, майор!

Полный провал.

– Эй, Лиса! – мягко окликает вдруг рыжая, когда мы уже заворачиваем в коридор.

Но дочка тут же прокручивается у меня в руках, с надеждой поворачиваясь к ней.

Смотрит во все глаза, пытаясь натянуть на лицо улыбку.

Хреново получается...

И лицо снова сползает в слезную гримасу.

– У меня тут шоколадка есть – достает из кармана маленький кубик "Алёнки". – Хорошо при слезках помогает. Лечебная. Хочешь? – подмигивает.

Лиса всхлипывает, обиженно проворачиваясь ко мне.

– Что? И шоковадку и–чебную невьзя?! – снова с надрывом.

Со вздохом спускаю её со своих рук.

– Можно... Иди, бери свою шоколадку.

Шмыгая носом, грустно топает к решетке, перекатываясь в своем огромном, зимнем пуховике.

Протягивает руку, всхлипнув, берет у рыжей маленькую шоколадку...

– Шпасиба, ма–а–ам! – выдает с ещё большим надрывом.

И все....

В груди моей будто взрывается ядерная бомба. И, разрываясь на осколки, бьет по мозгам, рождая в голове ну очень плохую идею...

Отведя Алису в кабинет, цепляю одного из своих подчиненных с дежурки.

– Косенко! Пробей мне по базе нашу рыжую гостью – прошу раздраженно – Полный пакет. Любой криминал, административка, всё! Вплоть до страниц в соц.сетях. Понял?

– Рыжую? Это Берскую, что ли?

Вздыхаю, охреневая от собственных мыслей.

Ну, рыжая там одна сидит...

Берская, значит?

– Её...