В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 46 Три года и вся жизнь

Тимур

Заходя домой, тянусь к карману за телефоном.

Снова.

А стрелка часов между тем переваливает за десять.

– Пап–пап! – летит ко мне Лиса из кухни.

Лицо у неё все измазано в муке, на голове колпак повара и он падает ей на глаза, когда она бежит мне навстречу.

– Дочь, пару минут, я занят...

Отвечаю на звонок с работы.

– Папочка юбимый! Ну папочка! Ну свочно...– с улыбкой тянет меня за брюки.

А в телефоне – лютует начальство.

И пиздец на работе, которым мне угрожают уже завтра за последнее задержание.

Вероятней всего, у "хорошего дяди" имелись какие–то связи.

Иных объяснений у меня нет.

Показав дочери пальцем "тише", иду к себе в комнату.

Слышу, как бежит радостно за мной...

– Пап! Но совнышка тебе самый вкусьный, самый пе–увый...

– Пару минут... Лиса! – чуть повышаю голос.

Телефон уже нагрелся от количества звонков, голова раскалывается, начальство орет.

И этот топот по паркету отдается противной пульсацией в висках.

– Ну неть, юбимый мой! Нужно свазу! Он же остынет!

Оббежав, становится впереди и тянет ко мне что–то.

– Пиятного.... – начинает торжественно.

Но я обрываю её, прежде чем сам успеваю что–то сообразить.

– Я сказал, что занят! Ты слышишь меня, или нет?! – срываюсь резко.

И голос не успеваю перестроить с рабочего, на домашний!

Получается с агрессией...

Хреново получается!

И, видя растерянное лицо дочери, мне сразу болезненно хочется отмотать назад, а начальство – послать к чертовой матери.

Потому что, вот он мой приоритет!

Вот!

Стоит передо мной.

– Дочь...

Уголки её губ обиженно ползут вниз, что–то падает на пол.

Болезненно всхлипнув, Лиса удирает прочь.

А я, выдыхая, сажусь на кровать и снова подношу телефон к уху. Сжимаю пальцами переносицу, не понимая, что вообще происходит.

И замечаю, что под ногами у меня валяется... пончик.

Поднимаю...

Теплый ещё.

Ждали тебя, Байсаров, твои девочки, скучали.

А ты капитально облажался!

Закончив разговор, поднимаюсь с кровати и зло откидываю телефон в сторону.

Иду по коридору...

Через приоткрытую дверь слышу, как Лиса тихонько плачет в своей комнате.

– Я уеду от него... Давеко–давеко! – всхлип. – Он будеть искать Исю. И никогда не найдеть!

Захожу к ней, не включая свет.

Василиса рядом.

Гладит её по волосам, успокаивает, говорит, что папа её любит...

– Не нужно уезжать, малыш. Ну как мы без тебя?

В ответ – только горькие всхлипы.

Когда я вхожу, Василиса жалобно сводит брови, беспомощно глядя мне в глаза. Такое чувство, что и сама заревет сейчас.

Дед Вася тоже рядом. Трется об Лису мордой.

Но у него, в отличие от Василисы, вид такой, будто он мне сейчас всечёт.

Ну что ж...

Батя устроил проблему, батя и будет её решать.

Сажусь рядом с дочерью с другой стороны.

– Лиса? – зову я.

Но она в мою сторону не смотрит.

Лишь хмурится, начиная беспокойно теребить шарфик своего Полковника.

Не сдерживаясь, снова всхлипывает...

– Злишься на меня?

Качает отрицательно головой.

– Обижаешься?

Кивает, прижимая к себе медведя.

– Полковнику пока не рассказывала, что папа накосячил?

Снова качает головой и прикрывает игрушке уши ладонями.

– Почему?

– Ну он же будет тебя вугать... – шмыгает носом. – А ты будешь потом пвакать. Я не хочу, чтоб ты пвакау.

– Правда?

Трет ноги друг о друга.

– Неть. Хочу! Но я тоже потом от этого запвачу... А это я уже не хочу!

– Дочь... – пододвигаюсь к ней.

Отодвигается, прижимаясь к Василисе.

– Я тоже не хочу, чтоб ты плакала.

Молчим пару минут.

В тишине слышно только, как она трет ноги друг о друга.

– Ты звой быу....

– Да. Был. Но я злился не на тебя. Папе звонили с работы. Там проблемы. И я не хотел на тебя кричать... Но накричал.

Кулаком вытирает нос.

– Мам! – заплаканная, зовет Василису.

– Ау, солнышко?

– Подевжи уши Пауковнику, пожавуста – аккуратно передает ей игрушку. – Всё? Девжишь? – оборачивается с сомнением.

– Да, Лисичка. Он ничего не слышит. Говори.

Дочка поворачивается ко мне.

– Ты воть понимаешь...– голос у неё дрожит. – Ты Ису товко тви годика юбишь!

– Скоро уже четыре…

– И что?! – с обидой взмахивает руками – А Ися тебя всю жи–и–изнь вообще–то юбит! А ты деваешь Ису пвакающей. Это невьзя так!

Ну.

На такие железные аргументы у бати нет ответа.

– Прости. Мне очень жаль.

Держу её маленькую ладонь в своих двух.

Сжимаю легонько....

– Вадно... – решает милосердно. – Но Иса бовьше ни–икогда не пвинесет тебе пе–увый пончик!

– Справедливо.

– И будет вугаться на тебя тоже! Иса станет звая де–очка! И увыбаться тебе не будет бовьше никогда! – заканчивает патетично.

– Никогда?

– Ни–икогда!

Заигрывая, толкаю её плечом, переглядываясь с Василисой.

Лиса отодвигается.

Пододвигаюсь, снова толкаю...

Цокает, бросая на меня возмущенный взгляд.

– Ну чё?!

Заговорщицки склоняюсь к ней.

– Ну а как мне сделать так, чтобы Лиса не стала злой?

Хмурится озадаченно.

Раздумывает...

– Бастувму купишь мне?!

– Куплю!

– И товта кусок. С вишнями. Бовьшой!

– Ты неделю назад и так много съела...

– Тогда – это пвосто так быво! – тараторит взахлёб. – А сегодня Иса уже почти звая! И дед Вася вообще–то сказав, что увезёт нас в Афйику к водственникам, еси ты...

Ох.

Моя королева драмы!

– Ладно–ладно – смеюсь я, поднимая руки – Бастурма и торт! Понял!

Господи, что угодно вообще!

– И маме тоже!

– И маме... Обязательно – сжимаю ладонь Василисы.

Кошусь на кота.

Ему, так и быть, добровольно что–нибудь куплю...

– Чего ты, морда львиная? – обращаюсь к нему иронично.

И тут же молча получаю когтями по щеке на манер леща.

Всё–таки получаю...

Да!

Про бонусы дед Вася явно урок усвоил.