В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 58 И вот…

Тимур

Курю, сидя на пеньке и щурю глаза от солнца.

Мы наконец–то дома!

Девочки приготовили пончики, позвали в гости Олеговну.

Дочь моя долго рассказывала ей обо всех своих злоключениях, соседка – душевно её жалела, гладя по голове.

Сидели, обнявшись...

А теперь бегают вместе с Василисой по двору, играя с Балу и пуляя в друг друга снежками.

Пёс валит их на снег, девочки – визжат!

И только дед Вася, не желая участвовать в этом веселом безобразии, садится рядом со мной на пенек.

Смотрит на свою белую кошку в окне.

– Э. Дед! Ты ж у нас теперь почти святой! – стебу его. – Не положено тебе все вот это грешное!

Отодвигается, недовольно подминая под себя лапы.

Треплю его по шерсти.

– Ладно. Шуруй!

В конце концов, свою верность семье он уже доказал.

И, кажется, наш дед думает так же....

Потому уже вальяжно топает к забору, когда кошка вылезает из дома.

Пуляю в него снежком.

Остановившись, зло оборачивается ко мне.

– Но чтоб к вечеру дома был! Форточку оставлю в кухне – киваю на окно. – Не вернешься, с хворостиной пойду искать.

Отворачивается и важно идет дальше, приподняв свой пушистый хвост.

А то все хмурый, да хмурый...

В конце концов – герой!

А героям, по правилам жанра, нужна дама сердца, которая будет ждать их после спасения мира.

Мой мир спасен, так?

Значит, заслужил дед свою кошку!

Достав из кармана телефон, переписываюсь с коллегами.

Все дела, которые были начаты против меня на работе, внезапно остановлены.

Голосов принес извинения и даже проведал Лису, оставив ей подарок.

Руководство СК в качестве извинения выписало премию и завтра снова ждет в строю.

Вроде бы, можно отказаться от работы в этой структуре...

Но у меня ведь девочки!

И мне нужно всегда иметь доступ к тому, что происходит в их пространстве.

Какие люди ошиваются рядом, чего стоит опасаться, где запрещено ходить – всё это важно знать.

Вот такой вот я контролирующий псих.

Да и, в конце концов, кто, если не я?

Сядет ещё на мое место какой–нибудь безголовый идиот...

А я свою работу знаю и стараюсь делать её хорошо.

Так что – возвращаемся.

Но все это завтра...

А сегодня у нас впереди ещё целая ночь.

К вечеру погода портится.

За окном снова лютый снегопад, завывает метель...

Но у нас в комнате нереально горячо.

Я наконец–то добрался до своей девочки!

Мы пьем вино в спальне, бросив на пол пуховое одеяло.

Свет отключили, и Василиса расставила свечи, чтобы вокруг стелился приятный сумрак.

Кайф...

Кормлю её с рук сыром в акациевом меду.

– Вкусно?

– М–м–м-м... – мычит, прикрывая от наслаждения глаза.

Её щеки пылают алым, губы налились от долгих поцелуев.

– Очень!

А я тоже хочу, чтобы мне было вкусно...

И стягиваю с неё плед, обнажая шикарную фигуру.

– Хочу на тебя смотреть... – шепчу хрипло.

Веду по нежным розовым соскам. Они моментально напрягаются под моими пальцами...

Вот теперь у меня тоже пир!

– Ах! Как пожелаете, княже... – чувственно выгибается, открываясь ещё больше.

Делаю глоток, любуясь тяжелой грудью под тусклым светом языков пламени.

Моя прекрасная, зеленоглазая ведьма...

Огни свечей игриво пляшут, отражаются в её глазах...

И эта чародейская картина полностью отключает мой мозг, снова отдавая всю власть телу.

Только теперь – с изысками!

Отставив в сторону бокал, целую её везде, пробуя на вкус...

Мучаю свою чувственную красоту, устраивая себе очередное пиршество из её сладких стонов...

А после – снова подливаю нам вина.

Я планирую сегодня ей наслаждаться!

Но, насытив тело, решаю отдать теперь дань и изголодавшемуся сердцу.

Пора!

Я и так слишком сильно с этим затянул.

Ощущая, как поднимается в теле волнение, достаю из кармана бархатную коробку.

– Боже... – шепчет Василиса , распахивая свои красивые глаза.

В груди бешеный стук...

Но теперь я точно знаю, как переводить это надрывное сердцебиение в понятные слова.

И перевожу, не желая ждать больше ни секунды.

– Я буду всегда о тебе заботиться – уверенно читаю прямо "с сердца".

Василиса кусает губы, всхлипывая.

Да, детка.

Ты верно поняла.

Это признание на моем языке.

И мое сердцебиение уже ускоряется, соединяясь в новые буквы.

– Я буду всегда за тебя бороться.

А это – на твоём...

Ещё недавно эти слова казались мне смешными, но теперь они вдруг становятся чертовски правильными, отдаваясь эхом согласия в груди.

Теперь осталось сказать на "международном языке", так?

– Я тебя люблю – шепчем синхронно друг другу в губы.

И финальный вопрос отпадает сам собой...

Взяв её руку в свою ладонь, надеваю колечко на безымянный палец.

А следом – впиваюсь в терпкие губы со вкусом вина.

Долго, с наслаждением терзаю их, плавая в эйфории от того, как нежно она мне отвечает.

Съехав вниз, веду губами по груди, "читая" её быстрое сердцебиение так же просто , как читал свое.

"Люблю"...

Распинаю её под собой, вжимаюсь головкой во влажную, тугую плоть...

Вокруг нас горят свечи.

Мы словно на алтаре...

И наши тела сплетаются в самом, что ни на есть, сакральном действе.

Двигаюсь в ней, чувствуя, как тонет в ощущениях тело.

Её стоны, мои стоны...

Всё это переплетается, полностью отключая голову.

Кончая, целуя влажную кожу с привкусом соли.

Как же хорошо, черт возьми!

И накрывает меня болезненным и щемящим восторгом от того, что она рядом.

Все проблемы позади, а будущее мы будем строить вместе.

Это ли не счастье, ё моё?

Прикрываю глаза от теплой волны расслабления, которая захватывает тело.

И вдруг ловлю флешбэк, слыша топот по коридору.

Сначала явно бежит Лиса, за ней – летит со всех ног пёс, скользя когтистыми лапами по паркету.

Останавливаются у двери.

– Тихо! – командует дочь генеральским шепотом. – Спвячьтесь пока за стеночкой. Когда мне отквоют, свазу бегите внутвь!

Переглядываемся с Василисой, тихо смеясь над этой аферисткой.

Одеваемся, тушим свечи...

За дверью – ещё немного топота собачьих лап, за ним – возмущенное рявканье кота, которому будто наступили на лапу.

Господи!

Они там в коридоре втроем поместиться не могут, что ли?!

– Ч–ш–ш-ш – строго шипит дочь на свою компанию.

Все затихают.

И следом раздается культурный стук в дверь.

Ровно три раза...

– А можно мне к вам, водитеви?

– Ты там одна, я надеюсь? – подкалываю её.

– Очень–очень одна! – отвечают мне честным голосом.

Губы мои сами собой растягиваются в улыбке.

И вот....

Однажды в жизни наступает момент, когда приходится признать, что ты – капитально счастлив.

По всем фронтам!

Иду открывать им дверь...