В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 47 Неудачные признания

Василиса

Лиса блаженно сопит, раскинувшись на Тимуре звездочкой.

Снова...

Мне кажется, это какой–то особый метод успокоения – спать на любящем сердце.

Особенно, после ссор.

Видимо, такой у неё способ получить признание от майора – вот так лежать на его груди и слушать биение сердца.

Красота...

И внутри немного отпускает.

Мне не хочется, чтобы она снова так плакала.

И ведь даже не позвала.

Вся сжалась в маленький комочек на полу у батареи... И звук рыданий был до того сдавленный, словно её больно держат за горло.

Ох, нет.

Не хочу опять такое слышать.

Глажу её по волосам, а Лиса, засыпая, водит пальчиком по моей щеке.

– Мам, а ты ховошо вазбиваешься в совнышках? – спрашивает тихо.

Переглядываемся с Тимуром.

Он едва заметно улыбается...

– Думаю, что да.

Волнуясь, Лисичка отводит взгляд.

– А они... Они могут иногда мёвзнуть? Ну совсем чуть–чуть!

– Могут. И даже не чуть–чуть.

– Ой – хихикает смущенно. – А то я уже испугавась, мам, что я – непвави–йная совнышка.

– Неправильных – не бывает, малыш.

Прикрывает блаженно глаза.

Ладонь постепенно расслабляется, медленно падая вниз.

Иногда мне кажется, что я вижу в ней свои черты.

Глупости, конечно, знаю...

Она просто неосознанно меня копирует, перенимая некоторые привычки и особенности характера, жесты, мимику.

Но мне хочется верить, что где–то у неё внутри уже есть небольшой мой отпечаток.

Даже за такое короткое время...

И впервые мне кажется, что этот кусочек меня – не так уж плох!

Есть же во мне хорошее?

Касаюсь ласково её щеки.

Вот пусть оно будет тут...

Стоит ей окончательно провалиться в сон, как на её спину залазит дед Вася.

– Не–не–не. Слышь? Э! – шипит на него Тимур . – Это наглость! Пшел вон!

Кот с гордым видом выслушивает все возражения.

И только после – принципиально поворачивается к Тимуру пушистым задом.

Байсаров раздраженно поднимает глаза к потолку.

– Масонская пирамида, которая тайно управляет этим домом – изрекает философски.

А кошачий хвост, словно в издёвку, медленно скользит под его носом.

– Вы что, верите в теории заговора, товарищ майор? – хихикаю я.

Устало усмехается в ответ.

– Кажется...

– У тебя тяжелый день, да? – переключаюсь я.

– Есть немного... – отвечает задумчиво. – Знаешь, иногда попадаются такие подонки, что хочется запереть всю семью дома и не выпускать в этот мир. Но это ведь хреновая идея, да? – с сомнением скашивает на меня взгляд. – Иногда я уже не понимаю.

Веду пальцем по его лбу, разглаживая суровую морщинку.

– Сделать чай?

– Спасибо, Василис – вздыхает. – Чай – вот прям в тему будет. Пойду, отнесу нашу пирамиду спать – медленно поднимается с дивана.

А я бегу в кухню.

Ставлю чайник, кладу на тарелку пропитанные медовым сиропом пончики...

Боже!

Какой крышесносный запах...

Заварив крепкий чай, скорей несу всё это добро на столик перед диваном.

– Вроде, получились вкусные...

С беспокойством расставляю все на столе, смущаясь под прямым, мужским взглядом.

– Иди ко мне...

Тимур аккуратно берет меня за руку и тянет вниз, к себе на колени.

– Посиди со мной, ладно?

– Хорошо...

Обнимаю его, с теплым наслаждением прижимаясь к крепкой груди.

Скучала по тому моменту, когда смогу снова его обнять.

И мне хочется от него ласки, поцелуев, а потом...

Я планирую всю ночь спать на его сердце, чтобы получить свою дозу признаний!

Но, обхватив мощную шею, улавливаю вдруг не очень приятный запах.

Сначала как–то смутно, но постепенно – отчетливей и ярче...

Шокировано зависаю, хлопая глазами.

– Боже. Я пахну пончиками.. – сокрушенно шепчу, пытаясь от него отстраниться.

Но меня, наоборот, притягивают ближе.

– О да – укус в шею.– Очень аппетитно.

Хихикаю, пытаясь натянуть стремительно опускающийся халат.

Но мое сопротивление тут же гасится.

Тимур заваливает меня на диван и щекочет щетиной шею.

– Придется тебя съесть...

– Прекрати! – смеюсь, выставляя ладони. – У женщин и пончиков разные критерии аппетитности!

К тому же, запах отпечатался не крышесносным медовым сиропом, а тем самым жареным в масле тестом.

У–у–у-у!

Кошмар какой...

– А, может, я фетишист...

– По пончикам?!

– Вероятно... – злодейски понижает голос.

– Ужасно – морщу стыдливо нос. – Нет. Все. Я пошла в душ! У меня там где–то был Баккра Руж! Погоди...

Приму душ и нанесу его на себя...

В косметичке только маленький отливант, конечно!

И мне он совсем не нравился...

Я просто повелась на маркетинг и купила "запах роскошной женщины, который сводит мужчин с ума".

Но, видимо, роскошная женщина не вписана в мой ДНК и аромат вызвал только стойкое отторжение.

Но лучше пусть так!

Что угодно, только не пончики...

– Фу. Вась, по–братски, он вонючий, капец... – шепчет Тимур возмущенно. – Стоять!

И на мне уже развязывают пояс халата.

Нахальные пальцы освобождают из бюстгальтера тяжелую грудь...

– Всё. Закрыт вопрос. Член проголосовал за пончики!

Смеюсь, успокаиваясь в его руках...

Нет...

Не могу с ним спорить.

К тому же, от его горячих взглядов я уже чувствую себя роскошной даже без тех самых духов.

Расслабляясь, шкодно провожу рукой по натянутой ширинке.

– С таким...весомым аргументами сложно спорить... – шепчу игриво.

Байсаров весело усмехается, наклоняясь к моему лицу. И мы нежничаем, касаясь друг друга носами...

Оказывается, он умеет и так.

И сэнсэй ему вовсе не нужен!

Он сам, без моих просьб, дает ту самую ласку, которая была мне так нужна.

Неторопливо...

Трепетно...

Переплетая наши пальцы, топит меня в ней, гася мои стоны губами...

А потом....

Потом мы лежим на пушистом ковре, стащив вниз подушки с дивана. Его пальцы расслабленно рисуют узоры на моей обнаженной спине. Мои – ведут по его груди.

Свет в гостиной потушен, вокруг полумрак...

Только коридор позади освещен уличным фонарем...

– Василис? – зовет задумчиво.

– М?

– Включить тебе камин?

– А он работает?! – спрашиваю удивленно.

– Вообще–то...– хрипло смеётся, приподнимая вверх указательный палец. – В этом доме работает абсолютно всё!

– Ох, ну простите – хихикаю, снова прижимаясь к нему грудью.

И да...

Я чувствую то самое биение...

Всем телом вбираю каждый мощный толчок сердца.

И меня прижимают крепче...

– Патрикеевна его заказала, когда дом строил – расслабленно гладит мое плечо большим пальцем. – Ей хотелось камин! Но мы редко его включаем. Лиса здесь особо не сидит, а мне по душе настоящий огонь.

– А почему поставили электрический?

– Другой – опасно. Особенно учитывая, что меня вечно нет дома.

– А я тоже люблю камины... Даже электрические!

– Понял.

Напрягая мышцы живота, поднимается с пола и идет включать камин.

Любуюсь его могучей грудью, широкой линией плеч...

И меня от макушки до пят заполняет невозможная теплота...

Потому что....мой!

Включив камин, он подходит к приоткрытому окну, чтобы покурить, а иду к нему и кутаю нас двоих в верблюжий плед.

Смотрим на улицу...

За окном – россыпь звезд, небо ясное–ясное...

– Видишь вон тот участок? – зажав сигарету в пальцах, показывает на улицу.

Киваю.

– Здесь у нас беседка будет, печку к лету дострою, мангал... А чуть дальше, там, баня будет. Любишь баню?

– Люблю...

Затягиваясь, скашивает на меня хитрый, прищуренный взгляд.

– Ну! Следующей зимой буду лупить тебя по заднице веником, значит.

Улыбаюсь, опуская ресницы...

Меня словно крутит в водовороте.

Его взгляд. Нежные поцелуи. Эти планы на будущее.

Они для меня очень важны...

И чувств внутри становится так много, что их невозможно держать внутри.

– Я тебя люблю – признаюсь ему тихо и просто.

А следом зажмуриваюсь, переставая на мгновение дышать.

Но на голову словно выливают ушат ледяной воды...

– Вот же черт, а... – говорит Тимур почти одновременно со мной.

И это – совершенно не то, что я ожидала услышать.

На подоконнике горит от смс экран телефона.

Байсаров смотрит туда...

А я нервно поправляю на себе плед, желая провалиться сквозь землю.

– Прости... – выдыхает, взяв смартфон в руку. – Твою ж мать! Как некстати!

Вот уж точно...

Едва дыша, смотрю как он пишет кому–то, зло стукая пальцами по экрану. Потом, психанув, жмет на дозвон и отходит на кухню, прикрывая дверь.

Ругается...

Подняв с пола халат, натягиваю его на себя, стараясь удержать тот поток мыслей, который вот–вот обрушится мне на голову.

По телу уже пробегает знакомый озноб...

Тимур выходит из кухни и направляется к входной двери.

– Мне нужно отъехать по работе – бросает, не глядя в мою сторону.

– В такое время?

– Да. В такое время.

Его голос звучит очень холодно и раздраженно. А учитывая то, что я сказала – это больно бьет куда–то в солнечное сплетение.

Он не услышал?

Или сделал вид?...

– Хорошо... Ладно – бормочу я.

"Ладно".

"А разве он тебя спрашивал, Василис?" – высокомерно звенит голос матери в голове.

"Он – свободный мужчина...." – продолжает голос.

"И твоего согласия на поздние выезды ему не нужно, так? ".

Кажется, это действительно так, но я зачем–то провожаю его до порога.

Плетусь позади...

Сейчас мне уже не кажется, что я для него особенная, и, что со мной всё совершенно прекрасно...

Мне словно выбили опору из под ног.

А самостоятельно стоять после таких ударов я пока не умею.

И, если прежде психика моя ощущалась как бетонная стена, которая выдержала даже атаку матери, то теперь суперсилы меня покидают.

И я – это просто я.

Со всей своей иррациональностью и сознанием на грани паники.

– Я запру дверь – бросает, обуваясь. – Не провожай. Холодно, а ты босая стоишь.

Ладно.

Разворачиваюсь и скорей ухожу из прихожей...

Мороз, который заползает в дом, едва успевает коснуться ватных ног, но мне достаточно и того холода, который заполняет меня изнутри.

Больно…