В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 33 Сбежавший Новый год

Слышу, как он заходит в кухню.

И судорожно начинаю раскладывать всё по местам.

Тарелки, ложки, вилки...

– Василис... – становится рядом.

– А? Что? – пытаюсь прийти в адекват.

Боже!

Я безнадежно пьяна.

– Всё хорошо?

– Да... – заправляю прядь волос за ухо. – Как раз собиралась идти спать! Вот...

– М–м–м-м...

Склонив голову в бок, азартно смотрит мне в глаза.

– А я думал, ещё посидим... – понижая голос, притягивает меня к себе за руку.

Упираюсь спиной в крепкую грудь.

– Новый год вдвоем встретим... – проводит носом по щеке.

Чувствую через ткань джинс его возбуждение.

Ох, нет...

Подождите!

Я немного не готова к таким сценариям.

К таким масштабным и... огромным вообще–то сценариям!

Мне потом только переезжать в другую Вселенную.

А если останусь в этой...

Придется завтра развеяться от стыда!

В том самом, прямом смысле. Поеду с Костенко в Ростов...

В крематорий!

– Стой. Я к этому не готова... – лепечу в панике.

– Не готова? – вкрадчиво – К чему ты не готова?

Че–е–ерт.

Вась, беги.

Вы вчера это уже проходили...

И, очевидно, что его наводящие вопросы снова заведут тебя в тупик.

– К такой степени...близости.

Его ладонь опускается на мой живот.

– Не понимаю, о чем ты... – пьяным шепотом. – Давай проясним. К такой степени?

Влажный, долгий поцелуй в шею.

За ним ещё один.

И ещё...

Млею, прикрывая глаза. Между бедер сладко сводит.

– М–м–м. Да. То есть... Нет!

К такой близости мое тело вполне...

Новый, жаркий поцелуй.

Вполне готово!

– Тогда...

Горячие ладони ныряют под свитер.

Скользят по коже.

– Что ты делаешь? – шепчу сбивчиво. – Стой.

Касаюсь его рук, пытаясь остановить нахальное нашествие.

Но что–то идет не так...

Это алкогольный дурман, не иначе...

И ладони мои добровольно скользят по телу вместе с его руками, направляя.

К груди...

– Не могу – с наглецой. – Мы ведь хотим найти взаимопонимание?

Взаимопонимание?

Пытаюсь вернуться в реальность и вспомнить, что означает это слово.

Но в голове туман...

Товарищ майор, не нужно разговоров.

Хочу поцелуй...

Моему пьяному телу нужен ещё один поцелуй!

– Да... Взаимопонимания, да... – лепечу я.

– М–м–м-м. Умница – ведет губами по коже.

А пальцы уже ныряют в лиф.

Скользят лениво и чувственно по соскам.

Выгибаюсь от истомы, которая разливается по телу.

С губ слетает стон...

– Чёрт, прости... – хрипит, утыкаясь носом мне в шею. – Снова не то. Нужно искать дальше...

– Да... – шепчу исступлённо.

Весь мир сужается лишь до двух наших тел...

Пьяно смотрим друг другу в глаза.

И кажется, что в кухне уже двести градусов по Цельсию, не меньше.

И мы оба плавимся...

С тихим стоном встречаемся губами.

Прикрыв глаза, медленно скользим языками, теряя контроль.

Боже...

Это все шампанское...

И завтра, когда протрезвею, мне будет очень стыдно!

Но сейчас я в его кухне.

Мой свитер бесстыдно задран.

И я плавлюсь от того, как он ласкает мою грудь и медленно, с наслаждением терзает языком рот...

Через несколько мгновений, не прерывая поцелуя, мы уже оказываемся в моей комнате.

Щелчок замка.

Надсадное дыхание.

И меня впечатывает в матрас мощное, тяжелое тело.

Тимур сзади.

Рывком стягивает мои джинсы до колен. И вдавливается в бедро раскаленным, вздыбленным членом.

Ой–ёй.

Это сейчас будет жесткий "рамштайн"?!

Кровать под нами пошленько скрипит...

Ещё секунда, и...

– Совнышка моя, ты тут? – вдруг раздается совсем рядом шепот Лисы.

Вдвоем замираем на мгновение...

И следом отлетаем друг от друга со скоростью света!

Я – тяну на себя одеяло, Тимур, матерясь, пытается застегнуть молнию на брюках.

Что–то падает с кровати на пол.

В панике оглядываюсь по сторонам.

– Ма–а–ам! – требовательно.

Только спустя пару секунд понимаю, что голос Лисы звучит из радионяни, которая валяется теперь на паркете.

Хватаю аппарат, показываю его Тимуру.

– Блять! – матерится, выдыхая.

– Я тут, зайка! – отвечаю быстро.

– А можно Ися к тебе пидёт?

– А че такое? – недовольно спрашивает Байсаров, забирая радионяню из моих рук. – Ты почему не спишь?

– Кошмавики! – выдает радостно.

И явно улыбается там во весь рот.

Тимур прикрывает на мгновение глаза.

– Вот же врушка... – ворчливо.

– А ты вообще–то почему у мамы там шепчевся? – с подозрением спрашивает Лиса. – У тебя че, тоже кошмавики?

– Да. Так что место занято! Сегодня Василиса будет меня утешать, дочь...

– Ага! – послушно.

Связь обрывается.

– Так и на чем мы...? – чуть агрессивно притягивает меня к себе.

– На утешении? – смеясь, облизываю в предвкушении губы.

– Иди сюда.... – вгрызается мне в шею.

– М–м–м-м...

Но нас уже прерывает настойчивый стук в дверь.

– А я... Я к вам, водитеви!

Новый стук.

– Отквывайте, а ну–ка! Хи–хи...

Снова стук.

– А со мной Новый год пишев... – хитренько понижает голос. – Стоит тут вядышком. Хотите посмответь?

Пауза.

– Ну вы чё там?! – раздраженно.

Байсаров, упав на спину, с отчаянием смеётся, прикрыв глаза ладонью.

Глажу его успокаивающе по плечу...

Смеюсь тоже.

Ну что поделать?

– Дети – они такие, да.

Идет открывать ей дверь.

– Ну и где твой Новый год? – с претензией скрещивает на груди руки.

Но Лисичка уже быстренько пробегает у него между ног с офигевшим дед Васей в руках.

– Сбежав!