В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 39 Розовые единороги

Тимур

Пока еду на работу, бывшая разрывает телефон.

Ага.

Нашелся вдруг мой номер, да?

Сбрасываю звонок и ставлю контакт в блок.

Иди к чертовой матери!

Но выдохнуть не получается...

Как же это злит!

Злит, что мой адекватный и уже устоявшийся мир будто снова пытаются раскачать и перевернуть вверх дном.

Ну не верю я в то, что она может что–то осознать и измениться!

Нет у таких людей этой кнопки в мозгах.

Тут либо в секту ударилась, либо решила привлечь какого–нибудь кошелька.

Но зачем моя Лиса?

Чтобы надавить на жалость мужику и выставить себя жертвой, у которой забрали ребёнка?

Очень на неё похоже, но...

Не знаю.

Даже думаю всё–таки позвонить и спросить прямо, а потом вспоминаю её манеру вести диалог, и осознаю, что ответа не добьюсь...

К черту!

Сделав несколько дел на работе, скорей возвращаюсь домой.

К своим девочкам.

И не хочется мне больше ни размышлений о бывшей, ни новогодних трупов.

Имею же я право хоть на один спокойный вечер?

И ночь, да, Байсаров?...

На ночь у меня вообще много планов на одну прекрасную барышню...

Как там говорится?...

"Удержание власти на другой день революции не менее важно, чем взятие власти!".

Так что, будем ночью всеми силами удерживать новые позиции...

И мыслями я уже дома...

Но, поднимаясь по горе, опять замечаю у соседского забора девочку в голубом комбинезоне.

Снова жизнерадостно машет...

В шесть часов вечера!

Отворачиваюсь, чтобы не разгонять мысли в определённом направлении.

Но не выходит...

И перед глазами пробегают цифры из статистики по преступлениям против несовершеннолетних.

Вздыхаю...

Да, я тоже косячный отец, знаю.

Но мой ребёнок сиганул с окна один раз, а этого – уже, считай, три раза украли!

Не выдержав, сдаю назад и раздраженно оглядываюсь по сторонам.

На этот раз, родителей нигде не видно...

Ну зашибись вообще!

В каком мире вы живете, люди?

Где, блин, те розовые единороги, которые от меня всю жизнь прячутся?

Сбросьте мне геолокацию!

Почему у меня всю жизнь вокруг одни мудаки?!

Включаю камеру на телефоне, чтобы слегка отрезвить этих блаженных.

Пусть посмотрят, как легко можно увести их ребёнка.

– Привет! – начинаю разговор с девочкой. – Что делаешь тут?

– Пливетики! – радостно крутится, цепляясь руками за забор. – Я жду свою подлужку...

– Ого, правда?

– Ага – смешливо морщит нос. – Она там живет.... – показывает в сторону нашего дома.

Моя Лиса?

– Так вы ж с ней поругались.

– Ну да. Но а я уже не обижаюсь. Лисичка тоже! Она сегодня целый день на меня в окошко смотлит!

– Серьезно? – вскидываю бровь.

– Да! Она глустит, а я ей машу... Она тоже машет иногда.

– Да ты что...

– И кота мне показывает. Чёлный такой! Класавец! – говорит, задирая нос.

– М–м–м-м. Интересно.

– А меня зовут Есения Олеговна, кстати! – улыбается мне лучисто. – А вас?

Внутри от этой улыбки нарастает тревога.

Ведь именно таких они и выбирают...

Милых, жизнерадостных, доверчивых.

И под моей юрисдикцией я такой херни на своей улице не допущу!

Это принципиальный вопрос!

Если необходимо – каждый день буду всех тут дрессировать.

– Меня Тимур – отвечаю я. – У тебя очень красиво имя. Хочешь конфетку, Есения?

– Хочу!

– Беги сюда – понижаю злодейски голос.

Пусть родители полюбуются.

Прочувствуют, блять, торжество момента!

Снимаю, как девочка тихонько открывает затвор на старой калитке и жизнерадостно летит ко мне...

И никакого сомнения.

По глазам вижу – разговоров на тему опасных незнакомцев в голове у неё нет.

Моя Лиса, например, сразу кричит "помогите".

Я её несколько раз проверял через своих людей...

Вымуштровал!

И нет, дело не в том, что я мнительный.

Просто когда ежедневно видишь ту жесть, которую вытворяют люди, живущие с тобой в одном городе, перестаешь быть легкомысленным.

Это у других родителей мир состоит из работы в офисе, из домашнего быта и выездов на природу по выходным.

А страшные истории – всегда происходят не с ними.

Они где–то в интернете, за пределами их безопасного пространства.

Но мои будни – это всегда то, что не могло случиться, но всегда случается.

А безопасное пространство – это иллюзия.

Мыльный шар, который однажды может попросту лопнуть!

Так что, в моей картине мире – я не мнительный.

Я объективный.

– Так. А ну пойдем с твоими родителями знакомиться... Почитаем им статистику... – бормочу себе под нос.

Не выключая камеру, выхожу из машины.

– А конфетку?

– Дам, когда родители разрешат – отвечаю ей строго.

Девочка растерянно хлопает глазами.

– Вам что, стало глустно, дядя? – тянет ко мне руку.

– Да… Очень – отвечаю ворчливо.

Мне грустно!

Я, блин, в депрессии от того, что всё это так легко работает.

И я уже держу чужого ребёнка за руку, даже не приложив к этому особых усилий.

Да...

Мне очень грустно!

Но ребёнок моей грусти не разделяет и, задрав голову, широко мне улыбается.

Смотрю на неё с подозрением.

– Чего эт ты, Олеговна? – спрашиваю настороженно.

В конце концов, кто из нас маньяк?

Я не понял.

– Мама с папой говолят, когда кто–то глустит, надо ему улыбнуться! Ему будет лучше!

Ох ты ж.

"Ебнутые" – моментально ставлю им диагноз.

А ребёнок милый...

Но ему по возрасту положено, а им – уже, как бы, нет...

Раздраженно отвожу взгляд.

Хоть сгоняй всех детей в округе и репетируй с ними правила поведения...

Не улыбайтесь мне тут!

Зависаю, обдумывая эту неожиданную идею и с сомнением оборачиваясь на пустые окна своего дома.

Ты, значит, целый день машешь и грустишь, да?