В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 51 Спасибо, что ты рядом

– Опека и...Мать Лисы. Там была ещё чья–то охрана. Не полиция.

Ладони сжимаются от злости.

Дрянь...

Какая же ты дрянь, Лена!

И ярости внутри так много, что дышать становится невозможно.

Но, стараясь взять себя руки, бегло осматриваю Василису на наличие телесных.

Ей могло сильно достаться. Особенно, если здесь была не полиция, а чужая охрана.

– Тебя трогали? – голос дрожит от злобы. – Ударили?!

Она отрицательно качает головой.

И снова этот беспомощный взгляд...

– Прости меня... Прости! Пожалуйста... – цепляется за мои руки.

– Хватит.

Мне, блять, невыносимо это сейчас слышать!

Это я капитально обложался.

Я – подвел своих девочек.

Именно из–за моей глупости Лиса сейчас неизвестно где, с совершенно чужими ей людьми!

От всех этих чувств меня разрывает...

Выдыхая, поднимаю её с порога и увожу вглубь дома, ощущая, как потряхивает хрупкое, заледеневшее тело.

Сжимаю крепче, закутывая в свою куртку.

Отведя её в спальню, тороплюсь к выходу.

– Ты куда? – хватает меня за локоть, останавливая на пороге.

– Василис... – подчеркнуто аккуратно убираю её ладонь со своей руки, чувствуя, как дребезжат нервы. – Будь дома.

Не хочу на неё накричать.

Но не уверен, что смогу держать себя под контролем.

– Я поеду с тобой – вытирая со щек слёзы, хватается за куртку.

– Нет.

– Тимур...

– Я сказал – нет! – срываюсь на неё. – Ты останешься здесь!

Не обращая внимания на её попытки поехать со мной, сажусь в машину.

У Лисы есть два трекера.

Один вшит в Полковника, второй – всегда в тех ботинках, которые она носит в каждый отдельный период времени.

Открываю приложение для отслеживания....

И Василиса, в этот же момент, залетает в авто.

– Ты говорил. Мы семья, так? Если это были просто слова, говори об этом сейчас!

Прикрываю на мгновение глаза.

– Это не просто слова.

– Тогда я не буду ждать в стороне, пока все разрешиться! – хлопает дверью. – Это и мой ребёнок тоже. Слышишь? – по лицу текут слёзы, но глаза решительные.

Кивнув, снова смотрю в телефон.

Трекер мигает там, где его точно быть не может – за тысячи километров от дома.

Ударяю взбешено по рулю...

Заглушки...

Чувствуя, как прожигает вены злость, звоню Лене.

Сбрасывает, сука!

Прибавляя скорость, еду к дому бывшей свекрови, где Лена жила после развода.

Окна не горят...

Вбежав в подъезд, стучу со всей дури в дверь...

Не открывают.

Из квартиры не раздается ни звука.

Снова звоню, взбешено пиная ногой стальную дверь.

Абонент не абонент...

Недоступна!

Руки трясутся от дозы адреналина в крови. Сев в машину, опять захожу в приложение для отслеживания.

И каждую секунду оттягиваю экран вниз, чтобы обновить информацию.

Снова.

Снова.

Снова.

И...

Да!

Координаты меняются!

Маячок, мигая зеленым, появляется на локальной карте, двигаясь по дороге за город.

Жму на газ, отъезжая от многоэтажки. И, спустя час, я вижу те пейзажи, что были у Лены на новогодних фото.

А путеводный маячок, между тем, уже пятьдесят три минуты не двигается с места...

Лиса здесь.

Родная...

Дом, в котором она находится, стоит у соснового бора между двумя посёлками.

На въезде во двор установлены распашные, кованые ворота–решетки, сбоку от них – будка КПП с охраной.

Понимая, что попытки пройти через них бессмысленны, открываю "досье".

Здесь указан номер Голосова.

Звоню...

И, через пару долгих гудков, на балкон второго этажа ленивым шагов выходит мужчина.

Сверлим другу другу взглядами...

– Вы меня удивили, Тимур Алексеевич – отвечает он на вызов. – Я ждал вас к утру.

– Ребёнок мой где? – цежу зло.

– Успокойтесь.

– Покажи мне моего ребёнка!

– Сбавьте тон, Тимур Алексеевич – говорит, не сводя с меня глаз. – Я, в отличие от вас, не сторонник насилия и у меня нет цели травмировать Алису. Ребёнок с матерью, приходит в себя. А с вами ей небезопасно.

Усмехаюсь, оскаливаясь.

– Это тебе Лена так сказала?

Голосов закуривает, не торопясь с ответом.

А я шумно вдыхаю морозный воздух, прикрывая глаза.

Нельзя с ним конфликтовать, Байсаров.

У него твой ребёнок...

– Верно. Она многое о вас рассказала.

– И что же?

– Например, о вашем пристрастии к алкоголю, о семейном насилии и женщинах легкого поведения в доме, где живет ребёнок. Вы думали, на вас не найдется управы? – зло смотрит мне в глаза.

Влюбленный идиот, блять!

И ведь он и правда в это верит....

Лена мастерски умеет изображать отчаяние измученной женщины.

И последнее мое дело с применением насилия при задержании, – очень кстати.

– Алису вы не вернете. Я в состоянии дать ребёнку хорошее будущее. Вы – нет.

– Ты ошибаешься. Она не любит Лису. Она её не выносит! Поставь дома камеры... Оставь их один на один. Ты сам всё увидишь.

Лена слишком истерична.

Она не сможет долго себя сдерживать.

Но Голосов игнорирует мои слова.

– Давайте лучше я вам дам совет, Тимур. Смиритесь, иначе....

– Иначе что?

– Вначале вы лишитесь работы. Потом я прослежу, чтобы вас лишили родительских прав. А после... После, мы планируем переехать в Германию.

Выдыхает демонстративно дым.

– За что вы предпочитаете сесть, Тимур Алексеевич? Взятка, превышение полномочий? Что вам больше нравится?

Сбрасываю вызов.

И Голосов, напоследок холодно взглянув мне в глаза, тушит сигарету и заходит с балкона в дом.

А ведь самое поганое, что против таких угроз у меня нет оружия.

Да, у меня есть связи.

Но это связи – лишь в пределах моего статуса.

Потому что люди такого материального уровня, как Голосов, решают свои проблемы не через меня.

Они сразу заходят в кабинеты тех, кто стоит гораздо выше.

И их там, в отличие от меня, ждут.

Сжав до скрипа зубы, смотрю на горящие окна дома, лихорадочно пытаясь отыскать в голове лазейку, которая поможет вернуть мою Лису.

И снова не хватает кислорода в легких.

– Это Голосов? – удивленно спрашивает Василиса, вставая рядом. – Богдан Сергеевич?!

Киваю.

– Знаешь его?

– Конечно! Он отправляет деньги в наш Центр. Огромные суммы!

В этом направлении нужно капать.

Мне нужен полный психологический портрет...

Тогда и будет понятно, с какого угла правильней ударить.

Но ядерная моя злость смешивается с беспокойством за Лису...

И оно – рождает в голове кучу страхов.

Сползая по тачке, вдруг вижу как с охраняемого двора ко мне идет знакомый, черный кот.

Прикрываю на мгновение глаза.

И ведь это всего лишь кот...

Это бесполезная скотина, которая ничем нам не поможет.

Но от его присутствия в груди – совершенно иррациональная волна облегчения.

Всовываю сигарету в зубы, молча открывая ему дверь в авто.

Это всё, конечно, интересно...

Но иррациональность я не люблю.

А облегчение сейчас – необоснованно...

Оно злит!

И оставлять старую животину здесь, на холоде, – так себе история.

Уж в такой шикарный дом этого старого, грязного олуха точно не пустят.

Но кот в прогретый салон не идет.

И яростно кусает меня за ладонь, когда я пытаюсь его туда усадить.

Отстояв своё, с гордым видом садится рядом со мной на снег, мордой к светящимся окнам дома.

Переглядываемся с Василисой.

Мне кажется, ей легчает тоже...

– Спасибо, что ты рядом с ней, дедушка – гладит его по шерсти – Для Лисы это очень важно. Знаешь?

Грубовато толкается в неё мордой в ответ.

Знает...