В поисках мамы. Майор с прицепом

Глава 26 Мужская категоричность

Василиса

Кое–как поднимаю себя с постели и, кутаясь в халат, выползаю из комнаты.

Лиса – ранняя пташка.

Приходится соответствовать.

Шаркая в огромных тапочках по полу, иду к ней в комнату.

Вчера мы с ней снова смотрели мультики и она так и заснула в своей кровати.

Заглядываю тихонько к ней в спальню.

Спит, зайка, в обнимку со своим потрепанным и застиранным Полковником.

Кажется, она с ним вообще никогда не расстается.

Уж если у него даже отдельная зубная щетка есть в ванной...

Поправив на малышке одеяло, выхожу из комнаты.

На часах уже половина восьмого.

В доме темень.

Но, спускаясь по лестнице, я замечаю, что из кухни в гостиную льется приглушенный, желтый свет.

И сердцебиение моё ускоряется.

Судорожно пытаюсь привести в порядок волосы и повыгодней завязать халат...

Дергаю пояс за края, чтобы обрисовать талию, тяну ткань у ворота, открывая грудь.

Ох нет, черт!

Возвращаю всё назад, передумывая.

Не хочется выглядеть откровенно…

Или?

Хочется!

Но чтобы это принималось с восторгом, а не с насмешкой, с которой мужчины часто смотрят на влюбленных дур!

Колени мои резко подкашиваются.

И, переступив порог кухни, я замираю, переставая на мгновение дышать. Оглядываюсь взволнованно по сторонам...

Но в кухне пусто.

На столе одиноко стоит недопитый кофе.

Касаюсь кружки.

Еле теплая...

Уже два дня мы с Тимуром совсем не пересекаемся.

Когда он уходит на работу, мы ещё спим, когда возвращается – уже спим.

Лиса скучает...

Мне кажется, что я – тоже.

Потому что...

Да, дура!

И да, влюбленная!

И объяснений этому странному феномену у меня нет.

Ведь Тимур – совершенно не вписывается в тот типаж, который я выбирала прежде.

Ни поведением, ни внешностью, ни даже габаритами.

Точнее, особенно габаритами!

Раньше мне казалось, что мой вкус – это милые парни типажа "вечный мальчик".

Общительные, легкие, смешливые...

С ними легко, от них – никакого мандража в теле и отношения, даже не смотря на секс, больше походят на дружбу.

А здесь...

И секса то не было.

Но на дружбу все это уже совсем не похоже, правда?

Вспоминаю, как он обнимал меня, когда сознание накрыла паника...

"...Это просто мир вокруг сошел с ума" – звучит в голове его шепот.

Мне тогда показалось, что мы в секунде от поцелуя.

И в тот момент это даже напугало...

Но почему?

Специалист, к которому я обращалась, говорил, что одна из возможных причин атак – сепарационная тревога в детстве.

Я боюсь терять близких...

И, наверное, как следствие, сближаться боюсь тоже.

Но сейчас, когда паники нет, и я могу мыслить трезво, мне так хочется снова его обнять...

Весь оставшийся день проходит, словно в тумане.

И развеять дымку в голове никак не получается.

Кормлю Лису, заплетаю ей косички, на автомате играю с ней в развивашку...

Малышка, словно чувствуя мое меланхоличное настроение, ведет себя очень послушно.

Ластится ко мне, в глаза заглядывает...

И даже дает мне спокойно посидеть в туалете.

Только провожает меня туда под конвоем и ходит потом у двери кругами, терпеливо ожидая, когда я выйду.

Когда стрелка часов подходит к шести, на улице вдруг раздается звук подъезжающего авто.

Открывается калитка...

Я слышу его голос и чувствую, как возвращается моя тахикардия.

И снова – халат, волосы, паника...

Всё возвращается!

Тимур стучит ногами на крыльце, стряхивая снег, и распахивает рывком дверь, впуская в дом морозный воздух.

А у меня ощущение праздника внутри.

Пришел!

Говоря с кем–то по телефону, он ступает на порог.

– Дверь не заперли, девочки – отводит телефон от уха.

– Ой... – виновато мямлю я, поднимаясь с места.

А Лиса уже летит к нему и прыгает с разбега на руки.

Ловит её...

Бодаются головой, молча здороваясь по–своему.

– Нет, Костенко! – берет телефон другой рукой. – Никаких отгулов. Никакой «на час»! Ах, ты развеяться хочешь? Так это тебе не к нам, Костенко. Это в крематорий! Других вариантов у тебя сегодня нет. Всё. На связи!

Идет на кухню с огромным пакетом в одной руке и с Лисой – в другой.

За ним тянется уличный мороз.

– А чё ты мне вкусненькое купив?

– Не тебе, а нам всем! Ты ж не одна дома, правильно?

– Ну дя... – задумчиво стучит по губам пальцем. – Точно вообще–то.

Байсаров смеётся...

– Точно вообще–то... – копирует её авторитетные интонации.

Ставит пакет на стол.

Там шампанское.

Кажется, ещё торт, виноград, мандарины...

– Так, девочки! – поворачивается ко мне. – Я в душ, а вы – собирайтесь. В торговый центр поедем. Утепляться и покупать подарки.

Спускает Лису на стул, и она тут же начинается заинтересованно рыться в пакете, нырнув в него головой.

– А мне обязательно с вами? – сипло спрашиваю, опираясь плечом о стену.

Я ведь там буду лишняя…

– Обязательно!

– А зачем?

У него снова начинает трезвонить телефон.

– Василис, – смотрит в экран – у тебя куртка для зимы ни к черту. И сапоги вечно под батарей после улицы. Ещё пояснения нужны?

Шокировано зависаю, пытаясь обработать информацию.

– Стойте. Вы о чем?

Меня что, хотят одеть?

И снова неприятное чувство стыда в груди.

– Тимур Алексеевич, наверное, вы думаете, что я...

– Василис, ты не телепат, а я – не немой – обрывает меня резко. – И свои мысли озвучиваю самостоятельно. Вопросы есть?

– Но... Подождите!

– Вопросов нет. Возражения слушать не намерен.

Отвечает на вызов.

– Повиси минуту – говорит в трубку.

И снова поворачивается ко мне. Вздергивает с претензией бровь.

– Чаем меня хоть напоишь?

– На–пою... – заторможено отвечаю я.

– Вот и умница – дергаются его губы в усмешке. – Вот так и надо...

И снова этот его хриплый, мужской баритон.

По телу мурашки.

И лучше не знать, что за кадры вспыхивают у меня в голове под аккомпанемент этих его брутальных "вот и умница".

Там такая пошлятина!

Ещё и шампанское на столе...

Учитывая, что моя "подушка безопасности" отрубается в десять...

Получается, что Новый год завтра мы будем встречать вдвоём?

Один на один?!

Тимур снова подносит телефон к уху.

– Маркарян! – идет в коридор. – Мне тебя тоже до Ростова в один конец отправить? А ты у Костенко спроси зачем, он расскажет. Работаем! – хлопает дверью.

"Стойте, погодите" – хочется крикнуть мне.

А как же мои возражения? Как же конструктивный диалог?

Я ведь против.

– Но...

Приседаю на стульчик.

Чуть дезориентировано оглядываюсь по сторонам.

Кажется, меня немного придавило этой мужской категоричностью.

– Мам, тут сывок с коковосом! – улыбается мне Лиса. – Хочешь?

– Нет, зайка – глажу её по волосам. – Ешь.